Чтение онлайн

– А чего убегала? – с прищуром спросил Корвин.

– Испугалась, – дерзко ответила та.

Мужчина какое-то время сверлил Марису взглядом, а затем резко схватил её руку и поднёс к носу.

Нина удивилась и уже собиралась спросить, что он делает, но Корвин вновь заговорил:

– Пахнет земляным маслом. Кого ты хочешь обмануть? – его голос звучал резко и мрачно.

– Это…

– Это не она! – внезапно крикнул кто-то неподалёку. Нина посмотрела в ту сторону и увидела бегущего к ним из деревни мужчину. – Это я! Я это сделал!

Добежав, человек моментально рухнул на колени, принимаясь кланяться.

– Молю, госпожа, не казните. Это была моя идея. Я всё сделал. Она ни в чём не виновата.

Узнать мужчину не составило труда. Это был Гастон, муж Амиры и отец Марисы.

– Ерунда! – нервно крикнула Мариса. – Отец тут ни при чём. Это я всё сделала. Он ничего не знал.

У Нины заболела голова. Так и хотелось спросить: что здесь происходит? Впрочем, долго думать не приходилось. Поджог явно каким-то образом устроила Мариса. Об этом она, видимо, упоминала при отце. Тот ночью проснулся, не нашёл дочь, увидел пожар и прибежал, чтобы взять вину на себя. И он не зря так волновался.

– Почему? – спросила Нина, посмотрев на Марису.

Та вскинула подбородок.

– Это тебе за мать и Вигеля! – крикнула она. – А ты думала, сможешь жить спокойно, пока мы будем вынуждены скитаться по чужим землям? Не бывать этому. Тьфу! – Мариса плюнула в сторону Нины, но ту загородил собой Корвин, поэтому плевок не долетел.

– Нет, нет, – вновь запричитал Гастон. – Всё было не так. Она ничего не сделала. Это я разозлился. Я всё придумал. Молю вас, госпожа… Наина, пожалуйста, мы ведь тебя воспитали. Ради прошлого, молю, отпусти дочку. Неразумная она, меня выгородить пытается. Меня казните, не её.

Нина не знала, что на всё это сказать. Она не имела власти, чтобы судить их.

– Где Дрион? – спросил Корвин.

– Там валяется. В кустах, – пренебрежительно ответила Мариса.

Дриона нашли. Оказалось, что Мариса обманом увлекла его, а потом разбила о его голову кувшин. Дрион потерял сознание и поэтому не смог никого предупредить. После этого девушка подпёрла дверь и закидала дом подожжёнными промасленными тряпками. Соломе много не потребовалось, чтобы загореться.

По-хорошему ей следовало сразу после поджога уйти, но она решила убедиться, что месть настигла адресата. К её огорчению, все проснулись слишком рано.

Нина какое-то время смотрела на Марису и не могла поверить, что это та самая весёлая и жизнерадостная девушка, которую помнила Наина.

– Ты знаешь, почему наказали твою мать? – спросила Нина.

– Знаю, и что? – голос Марисы звучал непримиримо. – Какая разница, что она сделала? Мать всю жизнь тебя растила, а ты? Могла бы и заступиться за неё! Получила титул и сразу зазналась. Неблагодарная!

Становилось понятно, что девушка была зла и совершенно не считала себя виноватой в чём-либо.

Нина понятия не имела, что с ней делать. Повесить? Мариса была ещё совсем юной и явно глупой. Но её поступок не мог остаться безнаказанным. Получись у неё всё, погибла бы не только сама Нина, но и дети. А этого прощать было нельзя.

– Госпожа? – позвал Корвин, явно намекая, что нужно принять решение.

По сути, сейчас следовало отправить девушку к Рейнару. Именно он, как властитель этих земель, мог провести суд и вынести вердикт.

И всем было ясно, каким будет приговор. В этом мире, как и в прошлом Нины, за поджог строго наказывали. Чаще всего приговаривали к смертной казни.

– Пожалуйста, госпожа, – умоляющим голосом произнёс Гастон. – Я это сделал. Я.

Нина ощутила, как головная боль стала сильнее.

– Отправьте её в монастырь. На десять лет. Пусть сестры научат её правильному пути, – решила она и отвернулась.

– Спасибо, спасибо за милость, – мгновенно разразился радостью Гастон.

– Но, отец…

– Молчи! – прикрикнул он. – Молчи, – добавил уже тихо и глубоко, устало вздохнул.

Нина его не жалела. Ему явно следовало лучше следить за тем, что делали его жена и дети.

Огонь удалось потушить только к рассвету. Впрочем, тушить было уже и нечего. Ферма сгорела почти полностью.

Нина не знала, что она чувствовала по этому поводу. Ферма была тем местом, которое в своё время спасло её от участи стать женой Вигеля. Благодаря дару простых людей, она смогла не только уйти от навязываемой судьбы, но и встретить Рейнара.

Несомненно, она грустила. Пусть ей и не довелось прожить в этом месте слишком долго, Нина всё равно ощущала к ферме благодарность.

К тому же к её эмоциям примешивались старые воспоминания Наины. Вот та провела здесь довольно много времени.

Но теперь всё было потеряно.

– Что будете делать? – спросил Сигурд.

Он выглядел уставшим. В волосах кое-где застрял пепел, а на лице виднелись чёрные разводы.

Нина не ответила сразу. Она ещё раз посмотрела на дымящиеся останки фермы. Всё сгорело. Ни дома, ни сеновала, ни сарая не осталось. Пахло дымом и травой.

– Проверьте, пожалуйста, чтобы всё точно было потушено, – попросила она с грустью.

Сигурд внимательно на неё взглянул, кивнул и развернулся, чтобы отдать приказ охранникам. Те сидели неподалёку, отдыхая после часов, проведённых в попытках хоть что-то спасти и не дать огню перекинуться на поля и деревню рядом.

– Простите, госпожа, – услышала Нина чей-то хриплый голос.

Повернувшись, она увидела стоящего неподалёку Дриона. Мужчина держался за раненую голову и выглядел так, словно в любой момент мог рухнуть.

– Вам не стоило вставать, – пожурила его Нина. – При сотрясении лучше быть аккуратным.

Дрион поморщился, будто голос Нины причинял ему боль, но не подчинился. Немного постояв, он осторожно поклонился.

– Ещё раз прошу прощения. Мне следовало проявить большую осмотрительность, – прогудел он.

– Иди, – велела ему Нина, не желая разбираться прямо сейчас. Она подозревала, что, даже несмотря на её прощение, Дриона в будущем вряд ли допустят до охраны.

Мужчина ещё раз поклонился, а потом, пошатываясь, отошёл. Он всё время хватался за голову и держался так, будто боялся её даже повернуть.