Чтение онлайн

— Я делаю всё, чтобы избавить тебя от него! Я нашёптываю Бернхарду, что он опасен, непредсказуем, пытаюсь увезти этого безумца как можно дальше от Аннаба, от тебя! Ты идешь прямо к нему в объятия, кладя и свою, и мою голову на плаху своей глупости!

Ишмерай сжала голову руками, пальцы впилась в свое лицо, затем опустила дрожащие руки и выдохнула:

— Прошу тебя, не рискуй больше. Мне не нужна твоя защита, я всё сделаю сама! Прошу тебя, не рискуй!

— Ты уже сделала сама, когда довела его до бешенства!

Ишмерай вновь замотала головой, уткнулась лицом в спинку кресла. Она попыталась успокоиться, но что-то так сильно сдавило её грудь, что она не смогла глубоко вздохнуть, и слезы выступили на глазах.

— Всё, всё, он ушел, — Александр взял её лицо в свои руки, прижался лбом к её лбу и прошептал: — Хладвиг тебя не тронет.

Ишмерай пыталась убрать его руки со своего лица, но дрожащие пальцы её не слушались, и она нервно громко жалобно всхлипнула.

— Какой ты Рианор?.. — прошептал он. — Ты простая, очень смелая, упёртая и совершенно безголовая девчонка…

— Нет, я… я Рианор… — упрямо повторила она дрожащим голосом. — Я не боюсь Хладвига.

— Дьявол бы тебя побрал, зато как я перепугался, когда увидел, что он вытаскивает нож. Перестань плакать.

— Я не плачу, — ответила она, трясясь.

— Какая же ты холодная, мокрая! За полтора года ума у тебя не прибавилось… Жди меня здесь.

— Не уходи! — взмолилась она, хотя еще несколько секунд назад упрашивала покинуть её.

— Я сейчас вернусь, — твёрдо повторил он и вышел.

Ишмерай обхватила себя руками, затем прижала ладони к лицу и громко, истерично взрыдала. Заставив себя успокоиться, она остановила срыв, подняла голову и начала глубоко дышать, злясь на себя и люто ненавидя Хладвига.

Александр действительно вернулся через несколько секунд, но не один. Следом за ним в комнату ворвался Бернхард и, подскочив к Ишмерай, воскликнул:

— Альжбета, дорогая, как же это произошло?!

Ишмерай дико уставилась на него, затем на Александра, не веря своим глазам — неужели Александр всё рассказал Бернхарду?!

— Альжбета! — воскликнула Бернхард, обняв её. — Как ты умудрилась свалиться в сугроб?! Зачем ты вышла на улицу, как тебе пришло в голову погулять по снегу в столь легкой обуви в подобный мороз?! Какая ты холодная! Ты вся промокла!

— Сударыня Камош долго не могла выбраться, — сказал Александр. — Она совсем замёрзла и выбилась из сил.

— Альжбета! — Бернхард растирал её, но только раздражал еще сильнее. — Ты должна выпить что-то горячее.

— Нет! — наконец, вымолвила Ишмерай. — Прошу Вас, господин Бернхард, я не хочу, чтобы гости знали?.. Я не желаю поднимать шум. Я обсохну и…

— Я сейчас же отвезу тебя домой!

«Нет! — горько подумала Ишмерай. — Не увози меня от Александра! Оставь меня с ним, иначе я сойду с ума в том пустынном доме! — она яростно поглядела на Александра. — Зачем ты увозишь меня?! Чтобы я не мешала тебе праздновать Рождество рядом с ней?! Чтобы я больше не доставляла тебе хлопот?! Зачем ты так поступаешь со мной?!»

Но Александр глядел на неё так, будто говорил: «Это необходимо».

Когда Бернхард и Ишмерай ехали в карете к Вайнхольдам, девушка все еще никак не могла согреться.

— Вас знобит… — тихо проговорил Бернхард. — Я останусь с вами до приезда Вайнхольдов.

— Уверяю вас, в этом нет никакой необходимости, — ответила Ишмерай еле слышно. — Я сейчас выпью чего-нибудь горячего и лягу спать. Вы беспокоитесь, и мне очень неловко.

— Вас надо было оставить у Вильхельмины.

— Я бы не осталась. И прошу вас, не говорите ей, что произошло.

Бернхард проводил девушку до входа и после долгих уговоров все же согласился оставить ее.

— Обещайте, что прямо сейчас выпьете что-нибудь, согреетесь и ляжете спать, а под матрасом у вас будет лежать грелка, — пробормотал Бернхард, держа ее руки у своих губ.

— Да, благодарю вас, — улыбнулась Ишмерай. — Счастливого Рождества.

— Счастливого Рождества, моя дорогая Альжета… — выдохнул он, вдруг будто испугался своей вежливости и ушел к карете.

«Наконец-то», — со вздохом облегчения подумала девушка и вошла в тёмный дом.

Разумеется, празднество у слуг шло полным ходом ходом на кухне. Они громко смеялись, шутили, пели и даже танцевали. Когда Ишмерай вошла к ним, они страшно удивились, а девушка объяснила свой ранний приезд плохим самочувствием.

— Прошу вас, веселитесь, — улыбнулась та. — Я просто возьму с собой выпить чего-нибудь горячего и уйду к себе.

— Да ты вся дрожишь! — воскликнула Лейлин. — Грета, нагрей ей воды. Пусть выкупается. Я налью тебе чего-нибудь покрепче и положу грелку в постель!

Вскоре Ишмерай уже нежилась в горячей воде. А Лейлин, уже немного пьяненькая, сидела рядом.

— Что произошло в этом чёртовом доме, Альжбета? — спросила подруга, внимательно глядя в её расстроенные глаза.

— У Вильхельмины было не так весело, как мне хотелось, — грустно улыбнулась Ишмерай.

— Садеган? — Лейлин пристально смотрела на Альжбету.

— Остался с ней… — ответила Ишмерай, вздохнув. У неё не было сил скрывать свою подавленность. Даже перед Лейлин.

— Тебя это сильно расстроило?

«Там ещё был Хладвиг… — подумала девушка. — Он чуть не задушил меня… Но это мелочь!»

— Расстроило сильнее, чем должно было, — вздохнула Ишмерай.

— Ох, дурёха… — вздохнула Лейлин. — И Бернхарда ты совсем не любишь. Как лечь в постель с мужчиной, которого ты не любишь?..

Ишмерай откинула голову на свёрнутое полотенце, обратила взгляд к потолку, задумалась.

— Это ужасно, — ответила Ишмерай. — Я слышала, сам процесс болезненный. А если ещё нет никакой радости и удовольствия, так ещё и противный наверняка.

— Мне говорили, это больно в первый раз. А потом очень приятно. Если мужчина умелый любовник.

Ишмерай вспомнила поцелуи Александра, его объятия. Её трясло от одних воспоминаний о нём. Она млела, душу наполняло блаженное тепло. Интересно, что творилось с Вильхельминой, когда Сагдиард завладевал ей? Сейчас наверняка он это и делает.

Одинокая слеза скатилась по щеке. Захотелось утопиться прям в этой мыльной воде.

— Только не говори, что ты влюбилась в него! — протянула Лейлин, наблюдая за Ишмерай. — Как тебе на это мозгов хватило?!