Чтение онлайн

Заручившись поддержкой Беллона, она получит в союзники Эрсавию и Сильван, которые без одобрения Беллона не могли и шагу ступить. Поговорив с Беллоном, она убьёт трех зайцев, а потом отправится в дружественный с Карнеоласом Полнхольд. После останется разобраться с Акидией.

«Арнил советовал мне с ней не связываться… — подумала Акме. — Пожалуй, я ослушаюсь его».

Атийцы редко говорили с нею и только исполняли ее приказы. Они, будто верные псы, следовали за ней на другой конец Архея. И Акме была благодарна им, будто брошенным герцогом за их верность ей.

«Любопытно, — подумала Акме со вздохом. — Когда до нас дойдет весть о том, что Гаральд согласен на развод, покинут ли они меня сразу или останутся со мной на некоторое время?.. Не желаю думать об этом теперь…»

Акме, сопровождаемая атийцами, въехала в Беллон поздно вечером. Во многих домах уже не горел свет, люди мирно спали, видя сказочные сны, не ведая о той угрозе, которая подбиралась к ним со стороны Иркаллы, с каждым днём все быстрее. Акме тихо сидела в карете, отодвинув занавеску и глядя на улицы. Ее впустили в город только после тщательной проверки. Внимательному изучению подверглось все: карета, герцогиня и бумаги, скрепленные подписями и печатями Карнеоласского короля.

Когда ей сообщили, что Верховный Магистр Ордена Святой Лусы ждёт её, Акме кивнула, а когда дверца кареты закрылась, вздохнула с облегчением. Хорошее начало — ее не отправили восвояси.

Акме помогли выйти из кареты, и она огляделась. Территория резиденции была большой, архитектура довольно модной и изящной, не похожей ни на одну из резиденций королей Архея.

Здание было окружено высокой стеной с черными железными иворотами. Ко входу в дом вела белокаменная лестница, расширявшаяся к низу, а напротив — фонтан с белокаменной девой, державшей на плече кувшин с водой, а рядом с ней горделиво восседала огромная белая полосатая дикая кошка с длинными клыками. Многочисленные тропки парка уводили во тьму, и Акме представила, до чего хорошо в этом маленьком парке весной и летом.

— Ваша Светлость! Я рад, что вы добрались благополучно!

По лестнице в легком колете спускался высокий седовласый мужчина, немолодой, но еще довольно крепкий и способный очаровать женщину в свои пятьдесят девять лет.

Акме уже однажды встречалась с Киарием Аргирисом, Верховным Магистром Ордена Святой Лусы, и Верховным Судьей Беллона, он произвёл на нее весьма благоприятное впечатление. В его лице она рассчитывала найти верного союзника. Пусть Арнил называл Беллон старой матроной — с большим прошлым и без будущего — но Беллон оставался приятной иллюзией прочной стены. Он был традицией.

В холодной ночи сверкнула улыбка Киария Аргириса, и Акме поежилась. Ей захотелось домой особенно сильно. Но она не могла развернуться и все бросить.

— Вы совсем устали. Дорога дальняя.

— Мои люди устали. Я нет.

— Здесь позаботятся о ваших людях и, разумеется, о вас. Прошу вас, заходите скорее.

Акме вошла в трехэтажное здание. Хозяин дома хотел, чтобы герцогиня поужинала и отдохнула до утра, но она отказалась, попросив горячей настойки на успокаивающих трав, и тогда они уже смогут немного побеседовать. Господин Аргирис выразил свою готовность провести некоторое время за беседой с герцогиней, несмотря на поздний час, намекнув, что госпожа Акме Алистер — не просто посланник Его Величества государя Карнеоласа, а посланник воли всего Архея перед угрозой усиления Кунабулы.

Казалось, Киарий Аргирис был рад, словно ребёнок, ибо к нему приехала легенда Архея, пусть почти разведённая и отказавшаяся от титула герцогини, но господин Аргирис видел дальше своего носа. Его, как и многих других, заботила её способность плодить Рианоров, наследников могущественного рода, достаточно сильных, чтобы защищать Архей все оставшиеся эпохи мира.

С ним было приятно общаться, он был отличным малым для тех, кто любил развлекаться. Людей же прямых и крайне заваленных чрезвычайно важными делами он страшно раздражал. Акме было приятно иметь возможность вести с ним дела — ей нравилось слушать то, что он говорит, и при этом размышлять, в каком именно месте он слукавил и солгал.

— Я слышал, что случилось с вашими дочерями, сударыня, — тихо произнёс он, мастерски состроив сочувствие. — Мне очень жаль.

— Благодарю вас, господин Аргирис, — по губам Акме скользнула тень улыбки. — Я обязательно найду их, как только мощь Кунабулы перестанет угрожать нам.

— Сколь тяжела доля ваша, сударыня, — продолжал господин Аргирис. — Вы не можете бросить все и отправиться в Заземелье на поиски пропавших детей. Вы должны оставаться здесь и хранить всех нас. Сколько в вас благородства, сударыня! Господь хранит нас, ибо посылает ангела нам во спасение.

Лёжа в тёплой мягкой постели в отведённой для неё комнате, Акме размышляла о том, сколько времени ей придется быть вдали от сына. Ей понадобилось несколько дней, чтобы добраться до Беллона. Еще несколько дней ей придётся пробыть здесь, чтобы закончить все дела и не обидеть кратким визитом столь щепетильного в подобных делах человека. Не меньше четырех-пяти дней ей понадобится, чтобы добраться до столицы Полнхольда. Там она пробудет не менее недели, а, быть может, и больше, если Полнхольд начнёт упрямиться. Как только всё будет обговорено, и условия устроят обе стороны, она выедет в Акидию, путь до которой займет от восьми до десяти дней. Там ей придется пробыть не менее двух недель.

Акме горько вздохнула, закрыв глаза. Просчитав все по дням, герцогиня решила, что путешествие ее займёт больше времени, чем она планировала и обещала Гаспару. Она закрыла лицо руками.

«Столько времени, чтобы уговорить всех этих лжецов! Столько времени не видеть свою семью!..»

Акме уткнулась лицом в подушку.

«За эти это время я получу развод, Гаральд найдет себе другую жену, женится на ней и, быть может, приживёт с ней ребёнка… Король или он сам уведомит меня об этом, где бы я не была… Так закончится история нашей любви. Сначала он будет долго ненавидеть меня, затем будет презирать, а в объятиях новой жены я стану ему безразлична… Зачем я уехала?!»

Стук в дверь отвлек ее от горьких мыслей, и Акме, стерев слезы, надела халат и направилась к двери, даже не представляя, кто это мог быть.

«Должно быть, срочное послание от короля или от брата…»

Акме открыла дверь, и сердце ее наполнилось холодом. В коридоре стоял Карим и испытующе глядел на нее.

— Что случилось, Карим? — испуганно осведомилась она. — Известия из Карнеоласа?!

— Нет, — спокойно отозвался он.

— Из Атии?!

— Нет. Нет никаких известий.

— Что тогда?!

— Я пришёл убедиться в том, что вы хорошо устроились.

— Я хорошо устроилась, благодарю, — крайне холодно ответила герцогиня, изумляясь его наглости. — А теперь позволь мне отдохнуть. Нам всем нужен отдых и покой. Уже глубокая ночь.

— Я бы не смог заснуть, пока не убедился, что у вас все хорошо.

— Я уже уведомила Горана о том, что у меня все хорошо и я ни в чем не нуждаюсь. Теперь я была бы весьма благодарна, если бы ты дал мне отдохнуть…

— Вы избегаете меня, сударыня, — тихо произнёс Карим, пристально глядя ей в глаза. — Почему?