Чтение онлайн

За бескорыстие и усердный труд мне захотелось хоть как-то отблагодарить Игната, и я ему выделил из тех немногих средств, что достались мне от дедушки, пять золотых червонцев. На радостях он мне натащил провизии чуть ли не на неделю, да и сам наведывался чаще обычного. Я был не против - с ним все ж веселее.

Однажды ночью Игнат меня разбудил: "Барин, барин, - шептал он, тряся меня за плечо, - началось!".

Мы подошли к окну.

Луна хоть и была частично скрыта облаками, но света от нее было достаточно, что б разглядеть какие-то темные фигуры, как-то безвольно, без всякой цели, на первый взгляд, шатающиеся по двору, походкой раненных солдат, бредущих с передовой. Приглядевшись, я с ужасом понял, что эти существа - покойники, причем на разных стадиях разложения. Некоторые из них поднимались на крыльцо, и деревянный скрип свидетельствовал о том, что это не видение и не бред.

Кроме того, я обратил внимание на то, что местность перед домом как-то изменилась - кустарники стали гуще и больше, деревьев прибавилось, небольшой бассейн, ровные и ухоженные дорожки по двору....

Игнат стоял рядом со мной и неистово крестился, нашёптывая какие-то молитвы. Я ему даже немного позавидовал, ведь он - простой, малообразованный, сильно набожный крестьянин, поэтому его, как меня в тот момент, совершенно не терзали сомнения по поводу творящегося вокруг дома. Игнат все это видел, а значит - для него это было реально! И плевать ему на разные современные научные мировоззрения, напрочь отвергавшие все то, что творилось сейчас у него перед глазами!

Около часа потусторонние сущности, а по-простому - мертвецы, бродили по двору, по колена, а то и по пояс в туманной дымке, рваными клочьями заползшей во двор. Подходили к дому, скреблись в стены, дергали за ручку двери, пытались заглянуть в окна. Свет луны, пробившийся сквозь муть облаков, отражался в их глазах, заставляя гореть мертвенно-бледным огнем. В реальности происходящего, спустя какое-то время, я уже не сомневался. Казалось, что даже сквозь стены дома чувствовался запах разложения и тлена. Кроме того, складывалось впечатление, что именно дом привлекал нежить, а точнее - что-то в нем. Вот только что?! И какая сила смогла поднять покойников из своих могил?!

На минуту луна скрылась за более плотными облаками, а когда появилась опять - все представление закончилось.

Той ночью мы, естественно, больше не спали. Игнатов самогон был весьма кстати, хоть и пился, поначалу, как вода. Откуда-то снизу и сверху еще доносились какие-то звуки, шорохи, но вскоре стихли. Игнат говорил, что с них все, каждый раз, и начинается.

В ту ночь мне пришлось существенно пересмотреть некоторые свои взгляды и убеждения, порою замешанные на прагматизме, которые ранее казались мне незыблемыми. Я понял, что на этом свете существуют силы и явления, которые человек не в силах объяснить, а должен просто принять как данность, как объективную реальность.

А еще мне стало понятно, откуда "дул ветер" по поводу мистики вокруг этого имения, о которой я несколько раз слышал от дедушки, но просто никогда не воспринимал всерьез. Посадив перед собой Игната, я попросил, нет - потребовал рассказать все, что он по этому поводу знает, до самых мелочей. На тот момент я был готов поверить во все самое невероятное и фантастическое.

Все что рассказал мне Игнат, дошло до него от деда, который, как упоминалось ранее, служил при усадьбе. Не могу сказать, что узнал много нового, кроме того, что слышал от своего дедушки.

Нужно сказать, что крестьяне в графе Левашове, который выкупил у старых хозяев земли с двумя деревнями, просто души не чаяли. Обе деревни, сейчас что-то не припомню их названия, быстро поднялись, выбрались из нищенства, расстроились, расцвели. И все благодаря тому, что новый барин, прадед мой, снял со своих крепостных то ярмо, которое они вынуждены были носить при старом хозяине.

Кроме всего прочего, он на свои средства построил православный храм, который я видел по пути к хутору. Это он сейчас в таком жалком состоянии, совсем заброшенный, а тогда на службу приходили люди со всех окрестных деревень, что бы помолиться Господу о ниспослании его милости на их благодетеля.

А графу Левашову, как оказалось, милость божья ох, как нужна была!

Его любимую дочку медленно убивала какая-то страшная болезнь.

Мне еще дедушка рассказывал, что ее пытались лечить самые именитые доктора тогдашней Российской Империи, благо - у графа средств на них было достаточно, но, не смотря на все свои старания, единственное, что они могли сделать, это только облегчить страдания умирающей.

И тут появляется еще один доктор.

Дед говорил, что этого человека вернее было бы назвать не доктором, а знахарем, чуть ли не колдуном, потому что врачевал он Наденьку не обычными, традиционными средствами - пилюльками, там, или микстурами разными, а все больше травками какими-то, порошками да отварами, при этом все наговоры всякие нашептывая. Да и выглядел он как-то странно: на голове носил, никогда не снимая, кожаную шапочку с нехитрым орнаментом по краям, из-под которой выглядывала короткая косичка черных как сажа волос, из одежды - длинная, до колен, куртка из темно-синей плотной ткани с кожаными вставками. Штаны из такого же материала, что и куртка, были заправленные в добротные короткие сапожки. К какому роду-племени он принадлежал, так же, как и определить его возраст, было нельзя. Говорил он мало, но на хорошем русском, с еле заметным акцентом.

Откуда он взялся, где его прадед нашел - никому неизвестно, но вот что удивительно - девочке стало гораздо лучше! Болезнь стала отступать! Граф просто был вне себя от счастья, знахаря чуть ли не на руках носил! Казалось бы - живи да радуйся, но Левашов именно в это время покинул свое имение в Тамбовской губернии и вместе с дочерью и прислугой отправился в эти края.

Дальнейшие события можно восстановить лишь по скудным воспоминаниям Игната, вернее - по тому, что он когда-то слышал от своего деда.

Странности начались лет через пять тихой и спокойной жизни в имении. До этого не выезжавший дальше уезда граф вдруг уехал куда-то на целых три месяца. По слухам, он навещал свои владения в Тамбовской и Московской губерниях. По приезду Михаил Константинович сразу уволил земского доктора, а так же всю прислугу, которая работала на хуторе. В это же время у него произошел какой-то разлад с настоятелем церкви (Игнат даже вспомнил, что его звали отец Афанасий). Доподлинно никто не знает, что именно между ними произошло, но, поговаривали, что настоятель чуть ли не проклял графа, оставил приход и уехал из этих мест. Вместо него появился другой священник, и он, видимо, был более сговорчив, чем предыдущий, потому что провел, по настоянию графа, какую-то богопротивную службу, после чего исчез, а великолепный, но оскверненный храм остался чахнуть и рушиться.

И вот, как говорится, жирная точка в этой загадочной и удивительной истории. Всего лишь через несколько дней после свершенного святотатства граф Левашов, его дочь, верный денщик и нянечка исчезли! Мало того, вместе с ними исчезла целая деревня, рядом с которой был расположен графский хутор! Почти две сотни крепостных, погрузив на телеги пожитки, покинули свои дома, угнав с собой и весь имевшийся скот. Все это произошло в одну ночь! Но самое удивительное то, что все следы - и людей, и телег, и скота, вели в сторону болот, где и терялись.

Дед Игната говорил, что в графские владения долго, почти год, наезжало разное начальство из уезда и губернии. Все искали, расследовали, ломали головы, даже в болота отправили полицейских с проводником. Но все было тщетно. А брошенная деревня, вскорости, сгорела, дотла. То ли молния подожгла избу, а ветер разогнал огонь по всем остальным, то ли кто- то специально - не понятно. Но, что удивительно, хутор пожар не тронул, хотя тот рядом с деревней стоял. Впрочем, я об этом тоже слышал, только теперь уже от своего деда. Именно ему, по завещанию, которое граф оформил во время своей трехмесячной поездки, вместе с имением в Тамбовской губернии в наследство доставались и здешние владения. Спустя какое-то время он решил продать эти земли, но покупателей так и не нашел. Не нашел скорее всего из-за распространившихся по округе слухов о нечистой силе, которая, якобы, завладела домом графа, и в чем я прошлой ночью убедился лично.