Чтение онлайн

Так я оказался в отряде, который сам предводитель называл, ни много ни мало, "Русской Армией Освобождения Отечества", а в округе народ о нем говорил гораздо проще и прозаичнее - "банда Михея".

Конечно же, всю эту затею Александра я считал абсолютной утопией. Никакая сила уже не могла изменить расстановку сил в стране, так как большая часть простого народа пошла за большевиками, мастерски затуманившими ему головы громкими лозунгами "земля крестьянам", "заводы рабочим", а так же обещаниями всеобщего равенства и социальной справедливости. Я, честно говоря, так до конца и не разобрался - Санчо действительно свято верил в свою затею, или только мастерски делал вид, прикрывая банальный разбой высокими целями.

Почти год я "воевал" в армии Михеева. Нужно отдать должное - такой жестокости, какую допускали в других бандах, он не позволял ни себе, ни подчиненным. Грабить - грабили, но последнего, как, например - продразверсточники, не отбирали, в отдельных случаях особо нуждающимся даже помогали. Но вот с большевиками, чего уж греха таить, "политесы" не разводили - развешивали их по деревьям, как елочные игрушки в Рождество. Фронтовой опыт помогал Александру побеждать в стычках даже с преобладающими по численности отрядами красных, а от более серьезного противника мог мастерски уйти без всяких потерь.

Несмотря на немалый боевой опыт, Санчо возложил на меня совсем другие обязанности - я должен был принимать и тщательно учитывать все захваченные в ходе "акций" трофеи. Для того чтобы не возить все ценности с собой, рискуя, при неудачном стечении обстоятельств, потерять сразу все, в разных местах огромной губернии устраивали тайники, о которых знали только я, предводитель и еще пара его доверенных людей....

Кстати, о доверенных людях.

Был в отряде Михеева один боец - отменный следопыт и разведчик, неопределенного происхождения и национальности. Странный какой-то был, чудной. Держался он, в основном, особняком от всех, мало говорил, все больше молчал. Недолюбливали его товарищи по оружию, даже побаивались. А еще ходили слухи, что он шаман какой-то, или - колдун, которого Михеев нашел где-то в Сибири, с тех пор от себя не отпускал и во многом ему доверял. И действительно, я сразу заметил, что окончательное решение при планировании очередной операции или акции Санчо принимал только в том случае, если получал "добро" от своего колдуна. К слову, места для тайников с сокровищами определял именно он.

Имя у этого шамана-колдуна было такое же чудное, как и он сам - то ли Агнид, то ли Агнир.... В общем, все в отряде, в том числе и Михеев, особо не озадачиваясь, называли его более привычным и созвучным именем - Антип.

Однажды Санчо рассказал мне историю появления в его отряде Антипа.

Как уже упоминалось ранее, после тяжелого ранения в боях под Самарой, Александр долгое время поправлялся, а когда опять был готов встать в ряды Белого движения, большевики одержали верх, практически, на всех фронтах. Тогда Михеев и собрал свой отряд, который, поначалу, насчитывал чуть более двух десятков, готовых продолжать борьбу против красных, добровольцев.

Как-то, после налета на продовольственный обоз, на след Санчо и его команды плотно "присел" эскадрон буденовцев. Уходя от погони, захваченное добро пришлось бросить, но это не помогло. Даже в тайге никак не могли уйти от погони. Разгром отряда было делом времени. Вот тут и появился Антип. Просто, как будто вырос посреди лесной тропы, и тут же предложил свою помощь. "Ты знаешь, Сергей, - говорил Александр, - я до сих пор не могу понять, откуда он взялся, и как ему удалось "спрятать" два десятка человек, практически, у самого носа преследователей. Отведя нас немного в сторону от лесной дороги, и приказав спешиться, Антип сам остался у тропы и находился там до самого появления красных, при этом постоянно что-то нашептывая и иногда жестикулируя руками. Буденовцы проскакали мимо нас всего в десятке метров, Сережа! Не заметить двадцать с лишним человек с лошадьми могли только абсолютно слепые и глухие! Многие из них поглядывали в нашу сторону, но.... В общем, мы благополучно оторвались от погони, а Антип, назвавшийся простым охотником из здешних мест, согласился остаться в отряде в качестве проводника и следопыта. Мы с тобой современные люди, Левашов, во всякую чертовщину заставить нас поверить - пустое дело. Но, по-твоему, что это было? И кто такой, на самом деле, это Антип, или как его там...? Мои бойцы говорят, что он тогда просто "отвел глаза" красным, и что до сих пор существуют колдуны и ведьмы, которые владеют подобными секретами. Получается, что и наш Антип, ни кто иной, как... колдун? Сказать по правде, дружище, я его, честно говоря, побаиваюсь, даже не смотря на то, что, благодаря именно ему, мы избегали и погони, и засады, и многие операции провели успешно. Ты посмотри на него, Левашов, на простого мужика он никак не похож - и манеры, и образование чувствуется.... Не простой, ох не простой! Такое впечатление, что не зря, не просто так он к нам примкнул. Ищет что-то, выжидает... какого-то момента.... Боюсь, граф, что когда наступит этот момент, благоприятным он будет только для него".

Не представлял тогда Александр, насколько был близок к истине....

По моему мнению, все началось именно тогда, когда Антип увидел у меня перстень. Аккуратный такой серебряный перстенек с небольшой прямоугольной печаткой, на которой золотом был выложен какой-то знак, очень похожий на иероглиф. Скромное, без лишних изысков, ювелирное украшение с остальными семейными ценностями и реликвиями оставил мне дед, который, как я упоминал ранее, вырастил, выучил и отправил меня, так сказать, во взрослую жизнь. Как-то раз, перебирая свой нехитрый скарб, помещающийся в полевой сумке, я обнаружил этот перстень. Примерил. Он неплохо смотрелся на мизинце левой руки, поэтому решил не снимать, чтобы не потерялся. Дедушка рассказывал, что это действительно семейная реликвия, и что с ним связана какая-то тайна, про которую уже все забыли.

Как-то мы расположились на постой в одной глухой деревушке, отдыхая после очередного удачного рейда. Командный состав, так сказать, Михеевской армии предводитель собрал в одной избе, где устроил небольшое совещание, плавно перешедшее в банкет. Вот там, за карточной игрой, наш следопыт и увидел на мне перстень. Антип, вообще-то, был человеком не из робкого десятка, со стальными нервами, почти никогда и никак не проявлявшим своих эмоций. Но тогда он просто поменялся в лице так, что это было заметно. В том, что именно мое украшение вызвало такую реакцию у проводника, он признался сам, как бы невзначай поинтересовавшись, что означает знак на печатке. Я ответил, что ни я, ни тот, кто передал мне этот перстень по наследству, этого не ведаем....

С того момента все и изменилось.

Удача, которая до сих пор сопутствовала нам, в одночасье изменила.

Отряд Михеева потерпел несколько поражений подряд в стычках с красными отрядами, погибла большая часть бойцов. Смертельное ранение получил и сам командир. Проводник исчез бесследно.

Санчо умирал у меня на руках. Перед смертью он велел указать местоположение тайников оставшимся в живых людям, а содержимое одного из них полностью завещал мне.

Похоронив Михеева, я выполнил его волю, распустив остатки "армии", и передав наказ разделить все спрятанные ценности по-честному, по-братски. Сам же решил, наконец-то, осуществить свое давнее намерение - наведаться в одно из владений рода Левашовых.

Добирался до места почти месяц, так как с отрядом Михеева ушел от Березовска почти на две сотни верст южнее, то есть - в противоположную сторону. Большую часть пути проехал верхом, стараясь избегать дорог и людных мест, все больше лесами, глубокими оврагами и малоприметными тропками. Затем, в одной из глухих деревень, лошадь пришлось обменять на продукты.

К имению добрался, когда осень окончательно сдала свои позиции, оставив их наступавшей зиме.

Имение представляло собой довольно большой дом, окруженный различными хозяйскими постройками. Все это хозяйство стояло совершенно отдельно от расположенных рядом сел. Недалеко возвышалась церковь, высокая, каменная. Но, на удивление, в совершенном запустении! Такая красивая, величественная.... Известно, что большевики, являясь по своей дикой идеологии убежденными атеистами, уничтожали все, что связано с верой, и не только христианской. Но, судя по всему, этот храм был брошен гораздо раньше. Что и удивительно.

Возле дома крутился какой-то мужичонка, дрова рубил возле дровяника. Меня увидел, пригляделся, и давай креститься да поклоны отбивать. Оказалось, что в доме портрет прадеда моего висел, чуть ли не в полный рост, а мы с ним оказались - как две капли воды! Вот крестьянин и подумал невесть что. Игнат, как зовут крестьянина, иногда наведывался в усадьбу за порядком приглядеть, дом протопить в сырую погоду, подремонтировать чего. И все это он делал добровольно, только следуя семейным традициям. Говорил, что еще дед его работал в имении, даже когда хутор опустел, он продолжал ухаживать за ним. А затем отец Игната продолжил это дело, и сыну передал. Когда я спросил у него, чем же вызвано такое усердие, крестьянин ответил, что еще дед рассказывал - барин, Михаил Константинович, великой души был человек, благодетель, крестьяне молились на него. Когда он уехал из имения, его продолжали поддерживать, в надежде, что граф вернется. Вот так и сложилась эта традиция.

Мы с Игнатом вошли в дом. Пока я рассматривал внутреннее убранство, он зажег огонь в камине, разложил свою нехитрую снедь, даже штоф самогона выставил. "Ты уж не обессудь, барин, - говорил он, - но я иногда ночую тут, ежели допоздна заработаюсь. А что мне - живу бобылем, за курами да коровенкой соседка приглядит, так что могу и тут иногда остаться. Только вот...". И тут мужик рассказал мне, что вокруг дома что-то нехорошее творится, чертовщина какая-то, по ночам. Не каждую ночь, но частенько. Говорил - кто-то бродит по двору, под окнами, в стены да в двери скребутся. Страшно, короче. Ежели бы не самогон, ни за что не оставался. Я тогда даже про себя посмеялся, наверняка, думал, вся жуть начиналась после принятия этого адского варева, а не до. Но через несколько дней стало ясно, что крестьянин ничуть не врал.