Чтение онлайн

Мила

Инка кота и в Грецию с собой потащила бы. Пришлось убеждать по-всякому, что это невозможно. Например, что там море, а котики не любят, когда так много воды. В конце концов, удалось уговорить, что Мяф будет ждать ее на даче с бабой Ксеней. Я так и не поняла, что за колдунство внезапное приключилось, но чертов кот примирил Инку с Лешкой, да и ко мне стал относиться терпимее. По крайней мере, больше не шипел, разрешал себя погладить и даже иногда сам терся о мои ноги.

— Случайности не случайны, — говорил Лешка. — Одно цепляется за другое, все для чего-то нужно. А я еще удивлялся, с чего вдруг меня укусило в котокафе на свидание тебя пригласить.

Лето всегда пролетает мимо последним автобусом, который не удалось догнать. Но эти два месяца и вовсе показались короткими, как вспышка. Я и работу-то терпела только потому, что знала: вечером мы с Лешкой встретимся у меня. Будем ужинать, болтать, смотреть кино, заберемся вдвоем в ванну, а потом будем долго, со вкусом заниматься любовью. А в пятницу вечером поедем на дачу. Как будто давно женаты.

Мы ходили с Инкой в лес и на озеро. Она уже хорошо плавала, но Лешка все равно ее подстраховывал. На участке они вместе возились в песочнице и строили крепости, а где-то поблизости неизменно маячило черное пятно: Мяф старался не упускать Инку из вида. Мама, изначально относившаяся к Лешке настороженно, размякла и пекла его любимые пирожки с капустой. Ей, разумеется, очень хотелось узнать, когда же свадьба, но мы решили подать заявление после отпуска.

Лешка готов был хоть прямо сейчас, но меня иногда пробивало на вспышки страха, особенно если мы из-за чего-то ругались. В полноценные ссоры это не перерастало и больше одного, максимум двух дней не тянулось, но каждый раз напоминало укол иглой: а не делаю ли я ошибку.

Все кругом разводятся. А если не разводятся, то бегают на сторону. Мои родители изменили своим супругам, развелись, поженились, а потом сами чуть не развелись. Кот бегал ко мне от своей Наденьки, а может, и не только ко мне. И Лешка, кстати, тоже в разводе. И вообще статистика измен и разводов такая, что…

Что — теперь замуж не выходить? Все люди умирают, значит, и не жить?

— Леш, а можно тебе нескромный вопрос задать? — спросила я как-то после очередной мелкой терки.

— Ну? — напрягся он.

— А почему вы с женой развелись? Нет, я знаю, что ты ее с мужиком застукал. Но была ведь какая-то причина? Не на пустом же месте ее налево потянуло?

— Господи, Мила! — скривился он. — Наверно, потому, что не устраивало что-то. Если все хорошо, на сторону не тянет. А у нас не было все хорошо.

— Но сначала-то, наверно, было?

— Сначала у всех всё хорошо.

Вот-вот. Сначала у всех всё прекрасно. Ну, за редким исключением. Никто не думает, что через пару лет или через десять разведется. Все уверены, что это до гроба.

Я гнала от себя эти мысли, но они нет-нет да и возвращались. Особенно когда Лешка уехал в Грецию и я осталась одна. Проводила его в аэропорт, вернулась дома, а там… никого. Я уже отвыкла от этой пустоты и звенящей тишины. Казалось бы — вот пара недель для себя, любимой, а я маялась неприкаянно. Пыталась забить время предотпускным шопингом, салонами красоты, всякими мелкими делами, которые откладывала на потом, но все равно грызла тоска.

Лешка был страшно занят, поэтому поболтать получалось только поздно вечером. Да и разговоры как-то не клеились: он вечно был уставшим и раздраженным. Хоть и старался не показывать, но обычная легкость пропала. Я скучала и торопила время, которое вдруг застопорилось, а попутно отгоняла этот самый холодок страха.

Наконец мы с Инкой прилетели в Афины. Подходящих прямых рейсов не нашлось, к счастью, удалось поймать горящий чартер. Но даже так Инка умудрилась извести меня тихим нытьем. Лешка встретил нас в аэропорту и отвез в Вулиагмени — курортный пригород. До этого он жил в центре, в гостинице, которую оплачивала компания, а потом нашел для нас троих двухкомнатные апартаменты в пяти минутах ходьбы от пляжа.

Впрочем, до пляжа мы не дошли. Пока добрались и устроились, пора было ужинать. Лешка заказал что-то из ресторана, чтобы только подогреть. Инка в дороге умоталась и начала засыпать прямо за столом. Мы уложили ее в маленькой комнатке, куда еле-еле втиснулись детская кровать, стул и комод. Едва закрыв дверь, Лешка припечатал меня к стене.

— Подожди, — зашипела я, пытаясь вывернуться. — Пусть уснет хотя бы.

— Черт, я соскучился, — он нехотя отпустил меня. — Очень.

Прихватив бутылку вина и бокалы, мы вышли на лоджию с видом на море.

— Красота! — восхищенно выдохнула я и хотела сесть в шезлонг, но Лешка не дал. Сел сам и усадил меня себе на колени.

— Я этой красоты толком и не видел, — пожаловался, целуя в шею. — Один раз окунулся на каком-то жутком пляже в городе. Грязно и народу как в Сочи.

— Ты хоть закончил?

— Да куда там. Придется вам пока без меня. Я тебе расскажу, где тут что, не заблудитесь.

— Прекрасно…

— Мил, ну не начинай, — поморщился Лешка. — Можно подумать, мне это нравится. С этими страховками туристическими на черновом этапе всегда страшный гемор. А здесь еще никто работать не торопится. Подход такой: а, успеется. Я стараюсь как могу. И маменька еще решила, что раз гора не идет к Магомету, она приедет сама на пару дней. С тобой познакомиться хочет.

Тут мне стало совсем кисло. И вино тоже показалось кислятиной.

Ладно, как-нибудь переживем. Лешкины поцелуи становились все более настойчивыми, и я постаралась от всего отмахнуться. Проблемы — завтра. А сейчас мы наконец вместе.

Мы уже лежали в постели и с жаром вспоминали, где у кого что находится, когда распахнулась дверь и в комнату с воплем «Мама, я хочу пить!» ввалилась Инка.

Алексей

Я едва успел натянуть на нас простыню.

— Дядя Ёша? — удивилось мелкое привидение. — Ты с мамой спишь? Тебе не хватийо кьовати?

В нормальных семьях то, что родители спят в одной постели, — это такое экзистенциальное знание, часть миропорядка, аксиома, не требующая объяснений. А когда папы изначально нет, тогда, ясное дело, возникают вопросы.

— Инна, иди спать! — сердито потребовала Милка.

— Я пить хочу! — возмутилась Инка. — Дядя Ёша, давай ты в моей кьовати будешь спать, а я с мамой.

— Инночка, спасибо, но твоя кроватка маленькая, я не помещусь.

— Да, — подумав, кивнула она. — У тебя ноги дьинные.