Не проси отозваться в ночи
Шрифт:
Эльбед засмеялась, и по спине друида поползли мелкие холодные мурашки. Шен вжался в стул, почувствовав себя сомом в магазине живой рыбы: раз и вытащат сачком из воды. И поминай как звали!
– Забавно. То есть единственное, чего ты боишься, это матери-менталиста? А не того, что Виль может тебя отвергнуть… - прошептала Эльбед, с прищуром поглядывая на друида.
– Откуда вы?.. Впрочем, неважно. Это будет ее выбор. А вот такая… проницательная женщина как вы… может повлиять на него. Я бы не хотел знать все, что творится в голове у любимой. Это ее дело, она имеет право на разные чувства и мысли. Вопрос в том, что она впускает в мир, - сухо ответил Шегорн, скрестив руки на груди.
Ему отчаянно хотелось сбежать. Знакомство с матерью любимой до того, как познакомишься с самой девушкой. Да такое и в страшном сне не привидится!
– Не бойся. Я думаю, у Вильэд будет много других проблем, а любящий ее человек, окажется очень кстати. Когда мы виделись в последний раз… - Эльбед замолчала, обдумывая, стоит ли делиться с наглым рыжим мальчишкой сокровенным. И все же решилась: - Ей сейчас двадцать три, Шегорн из рода Салинх. В свои восемнадцать она была одной из лучших в колледже, подающей надежду. Возможно, тебе, как мужчине, не знакомо понятие ревности. Но Вильке досталось по самое не хочу от другой, не менее одаренной, девушки. Она считала Виль соперницей и всячески портила репутацию, пила кровь, если в двух словах. Даже на свидания ходила с мальчиком, который нравился моей дочери. Перед тем как ее похитили… она много говорила о любви.
– Прошло пять лет, - упрямо ответил Шегорн. - Вы не знаете ее. Она могла стать совсем другим человеком.
– Что бы ни произошло, она всегда останется моей любимой дочерью. И я вижу, что ты тоже ее любишь. Значит, ей будет с тобой хорошо.
– Хорошо ей будет только в том случае, - усмехнулся Шен, - если и она полюбит меня. Иначе в этом нет смысла. Но вы так и не ответили на вопрос: долго мне здесь еще торчать? Если она болеет, ей нужен уход!
– Какой нетерпеливый. Не от нас с тобой зависит, когда мы покинем эти стены. Лучшее, что можешь сделать ты, - с нажимом ответила Эльбед, - это отдохнуть. Если она действительно… больна… то дело плохо. Даже у Ордена нет до сих пор лекарства.
Шегорн помрачнел. Он старательно гнал прочь мысли о самом страшном, а тут его вновь окунули с головой в это неприятное, мерзкое ощущение.
– Я не дам ей умереть. Только… я должен быть рядом.
– Откуда такая уверенность, малыш?
– Леди Эльбед… А вы давно читали сказки? - как будто между прочим спросил друид, поворачиваясь к столу и выбирая себе бутерброд.
– Какое это имеет отношение к делу?
– Вспомните, чем они часто заканчиваются… И жили они долго и счастливо и умерли в один день.
– И? - непонимающе спросила волшебница.
– Да я зуб готов отдать, что это та самая сказочная любовь, преодолевающая все преграды. Если мы умрем - то вместе. Знаете, я очень хочу жить. И если кто-то из богов решил связать наши судьбы навеки, значит, я буду бороться теперь не только за свою, но и за ее жизнь. Все просто.
– Ты романтик, малыш… Пришла пора спать… Завтра будет тяжелый день, - резко оборвала разговор Эльбед.
Шегорн только улыбнулся ей вслед. С этим женским капризом он хорошо знаком. Всегда проще завершить неугодную беседу, чем признаться в собственной слабости или, не дай Десятеро, неправоте.
Хвост шестнадцатый. Возможные родственники?
Глава 17
Утро выдалось дождливым. Тэмлаэ недовольно поворочалась под тонким одеялом пару мгновений и тут же проснулась. Незнакомая комната. Вспоминая, как она там очутилась, жрица выползла из-под одеяла и неуверенно подошла к окну. Косые струи дождя отчаянно били по стеклу, оставляя за собой широкие дорожки. Людей на улице не видно: то ли слишком рано, то ли всех распугала непогода или эпидемия.
Тэм недовольно уселась на краешек постели, восстанавливая в памяти картины вчерашнего дня. Совет с семьей Илавин… полет к Эльтише… проклятье! Взбалмошная волшебница под конец отправила ее в столицу! Жрица взвыла и упала на постель. Все планы катились к Сизому! Голова гудела так, словно вчера она не алхимией занималась, а заливалась каким-то низкопробным пойлом в кабаке. С тихим стоном Тэмлаэ поднялась и добрела до гвоздя, на котором сиротливо болталась ее поясная сумка.
“Молодец, Тэм, додумалась не испортить плащ об этот ужас!” - похвалила себя жрица, сняла сумку и принялась перебирать ее содержимое.
– Стерва! - В отчаянии выкрикнула Тэмлаэ, обнаружив пропажу двух зелий-энергетиков.
Недовольно поворчав под нос, жрица оделась, вознесла короткую молитву Десятерым и, подхватив стоящий у стены посох, спустилась в обеденный зал. Место незнакомое, даже немного пугающее. Пахло тем самым дешевым пойлом и копотью, да еще грязью и немытыми телами. Тэм поплотнее закуталась в плащ и попыталась незаметно выскользнуть на улицу.
“Ну и куда Темная Ночь тебя засунула? И, самое главное, зачем? Явно же не просто так!” - думала Тэм, стараясь слиться со стеной.
– О, а вот и ты! Доброе утро! - зычный голос за спиной раздался так неожиданно, что Тэмлаэ вздрогнула, вцепилась обеими руками в посох и медленно обернулась.
Из-за барной стойки ей приветливо улыбался рослый детина лет двадцати пяти на вид. В любой другой ситуации Тэм даже сочла бы его симпатичным и достойным внимания, но тогда она слишком сильно нервничала для того, чтобы думать о таких глупостях вроде замужества.
– Мышонок, успокойся. Тебя никто не обидит. Найди мне самоубийцу…
Тэмлаэ лишь фыркнула в ответ, покрепче сжимая посох. Камень в навершии начал светиться, реагируя на беспокойство хозяйки.
– Заяц, давай без этих представлений. Мне проблемы не нужны.
– Тогда почему ты не выпускаешь? - недовольно прошипела Тэмлаэ, мысленно перебирая короткие и неприятные проклятия.
– Темная Ночь попросила присмотреть за тобой, воробушек, - парень пожал плечами, бросая на жрицу плотоядные взгляды.
– Присмотрел? - недовольно спросила Тэм, в очередной раз мысленно посылая сотни несчастий на голову взбалмошной волшебницы.
– Да нет. Еще не присмотрел. Она сказала тебя накормить и проводить на Площадь Алого. Вот выполню небольшое поручение и…
Жрица обреченно вздохнула. Было что-то в Темной Ночи такое, что заставляло практических всех мужчин плясать под ее дудку. Да и не только мужчин. Если бы не ее заморское происхождение, амнезия и странная магия, можно принять ее за аватар кого-то из богов. Слабенький, но очень харизматичный. В глубине души Тэмлаэ завидовала своей Мистрис, ревновала и мечтала быть такой же привлекательной.