Чтение онлайн

Слова были небрежными, но их вес был сокрушительным.

Я медленно выдохнула, ставя бокал с вином на стол. — Мы это уже обсуждали.

— Верно, — вмешалась моя мать с четким и контролируемым кубинским акцентом. Она взяла бокал с вином и сделала медленный глоток, прежде чем смерить меня взглядом, от которого у меня выпрямилась спина. — И все же, ты все еще отказываешься делать то, что лучше для тебя. Для этой семьи.

Для семьи.

Это был настоящий спор. Дело было не во мне.

— Я не хочу поступать в Колумбийский университет, — сказала я ровным голосом. — Нью-Йоркский университет — лучший. Я изучаю то, что хочу, там, где хочу.

Мой отец тихо вздохнул, как будто я испытывала его терпение. — И все же, с твоими способностями, твоим интеллектом, ты тратишь себя на среднее образование. Твой брат...

Я даже не взглянула на Тревора. Я знала, что он не собирается вмешиваться.

— Тревор учился в Колумбийском университете, — сказала я категорично. — Тревор получает степень по программированию, кибербезопасности и тому подобному. Тревор уже на пути к тому, чтобы возглавить компанию. — Я издаю резкий смешок. — Я рада за него, но я, черт возьми, не пытаюсь быть им.

Лицо моей матери напряглось. — Не выражайся, Кали.

Я усмехнулась, отодвигая тарелку. — О, прости. Позволь мне перефразировать – я не пытаюсь жить той жизнью, которую ты выбрала для меня.

— Дело не в том, что мы выбрали, — сказал мой отец ледяным тоном. — Дело в будущем. Твоем будущем. А ты отказываешься это видеть.

— Нет, — парировала я. — Я вижу твое будущее. То, в котором я стану просто еще одной пешкой в династии Су. Дочерью, которая займёт своё место.

Молчание затянулось.

Моя мать поставила бокал с вином на стол слишком сильно. — А что, собственно, плохого в том, чтобы следовать по стопам своей семьи? Ты думаешь, что быть Су ничего не значит? Ты думаешь, люди не убивают за то, для чего ты родилась?

— Я никогда не говорила, что это ничего не значит. — Мои пальцы сжались в кулаки под столом. — Я просто не хочу, чтобы это диктовало всю мою жизнь.

Челюсть моего отца сжалась. Его темный пристальный взгляд метнулся к Тревору.

— Ты согласен с этим?

Мой брат вздохнул, поводя плечами, как будто разговор физически тяготил его. Затем, наконец, он повернулся ко мне. — Кали. Они не ошибаются.

Холодное жало пронзило мою грудь.

— Ты, блядь, издеваешься надо мной? — Я полностью повернулась к нему лицом, мое кровяное давление подскочило. — Знаешь что? Я даже не должна удивляться.

Он бросил на меня взгляд, который говорил: Я делаю все сложнее, чем должно быть.

— Ты одна из лучших программистов, которых я когда-либо видел, — сказал он ровным голосом, — Но ты теряешь время, когда могла бы применить свои навыки там, где это важно.

— Где это важно для кого?

— Там, где это важно для семьи, Кали.

Я почувствовала, как взгляд моей матери прожигает меня насквозь, молчаливый, но полный ожидания. Мой отец не двигался, все еще наблюдая, ожидая, что я сдамся.

Тревор снова вздохнул, потирая виски. – Послушай, просто подумай об этом...

— Нет, — обрываю я его, уже отодвигая свой стул.

— Кали, — предупредил мой отец.

Я встала, бросила салфетку на стол и уже уходила. — Мне больше нечего сказать.

А потом я ушла.

Воздух был свежим, когда я вышла из дома, вечерний холод покусывал мою кожу. Я едва заметила. Мой пульс все еще колотился, руки все еще были сжаты в кулаки.

Я вдохнула, медленно и глубоко, запрокинув голову, чтобы посмотреть в ночное небо. Звезды раскинулись над Квинсом, тусклые на фоне городского сияния. Поместье было огромным, оно возвышалось у меня за спиной с его мраморными колоннами и скульптурными садами, с его первозданной роскошью, частью которой я никогда не ощущала себя.

Высокие ворота возвышались в конце подъездной дорожки, за ними был реальный мир, жизнь, о которой я мечтала – та, которая была моей, та, которую я контролировала.

Желтый свет фар прорезал темноту.

Я спланировала свой побег еще до начала ужина. Такси стояло на обочине в ожидании.

Я выдохнула. Драматично? Может быть. Но я не собиралась больше ни секунды выслушивать это удушающее дерьмо.

Мои каблуки цокали по тротуару, когда я спускалась по подъездной дорожке, ни разу не оглянувшись. Водитель встретился со мной взглядом в зеркале заднего вида, когда я скользнула на заднее сиденье.

— Куда едем?

— Бруклин.

Ночной воздух ударил по моей коже, как пощечина, насыщенный запахом пролитого ликера, сигарет и того тепла, которое остается в твоем теле еще долго после того, как ты покинул танцпол. Мои каблуки застучали по тротуару, когда я ступила на улицу, смех моих друзей зазвенел у меня в ушах.

Бруклин никогда по-настоящему не спал, по крайней мере в этих краях. Неоновые вывески мерцали над барами и винными лавками, выстроившимися вдоль улицы, их красные и синие оттенки сливались с ночью. Группа парней слонялась у магазина на углу, перекидываясь косяком и наблюдая за нами, когда мы проходили мимо. Басы из клуба все еще гремели позади нас.

— Такси!

Дафна, самая громкая из группы, вскинула руку, сходя с тротуара в своем сверкающем мини-платье. Желтое такси свернуло к нам, притормозив ровно настолько, чтобы мы могли забраться внутрь, полупьяные и хихикающие. Я скользнула внутрь последней, прижимаясь к двери и глядя на проносящиеся мимо улицы Бруклина.

— Верхний Ист-Сайд! — Пропела Ава со среднего сиденья, откинув голову назад и положив ее на плечо Дафни.

Водитель такси что-то буркнул в знак согласия и влился в поток машин.

Я прислонилась голову к окну, прохладное стекло успокаивает меня. Город проносился мимо в золотых и фиолетовых полосах, фары освещали пешеходов, спотыкающихся из ночных закусочных и баров. Раньше мне это нравилось. Ночи, которые перетекали в утра, хаос, свобода.

Теперь все это казалось...

Скучным.

— У кого есть товар? — Спросила Софи, ее голос был сладким и легким, как будто она просила жвачку.

Дафна усмехнулась, вытаскивая из бюстгальтера маленький пластиковый пакетик. Тусклое освещение машины отбрасывало отсвет на мелкую белую пудру внутри. Ава завизжала, хлопая в ладоши.