Чтение онлайн

— Черт возьми, да, мне это было нужно, — сказала она, доставая из клатча кредитную карточку.

Они работали быстро, Софи держала зеркальце на коленях, пока Ава рассыпала кокаин аккуратными линиями. Сначала меня поразил запах – резкий, синтетический, – прежде чем Софи наклонилась, зажала одну ноздрю и вдохнула через свернутую в трубочку стодолларовую купюру.

Она резко выпрямилась со вздохом, усиленно моргая. — О, так хорошо.

За ней последовала Дафна, затем Ава, каждая из них запрокинула голову назад, закрыв глаза, пока наркотик проходил через их организм.

Затем Дафни повернулась ко мне, ухмыляясь. — Кали, детка. Хочешь одну?

Я медленно выдохнула. — Не-а, я в порядке.

— Да ладно тебе, — протянула Ава, подталкивая меня коленом. — Поживи немного.

Они рассмеялись, но в этом не было яда, просто невесомый, беззаботный юмор девушек, слишком взрослых, чтобы о чем-то беспокоиться. Я закатила глаза, но, по правде говоря, они не были неправы.

Сегодня я не была веселой. Сегодня я была никем.

Я не выпила ни капли в клубе, ничего не принимала, даже не хотела. От мысли об этом у меня скрутило живот.

Какого черта я вообще здесь делаю?

Раньше я проводила ночи, подобные этой. Головокружительный порыв, безрассудство, ощущение погружения во что-то дикое и неприкасаемое. Но сейчас? Музыка, наркотики, шум – все это казалось пустым. Как комната, которую я переросла, но еще не поняла, как покинуть.

Я взглянула на свое отражение в окне и поймала в стекле свой собственный взгляд. Неоновые огни снаружи мерцали на моей коже, отбрасывая на меня красные и синие блики.

Впервые за долгое время я почувствовала себя чужой самой себе.

Басы зазвучали в моей груди, живой пульс, совпадающий с ритмом моего сердца. Тела плотно прижались друг к другу, двигаясь вместе под мигающими огнями. Музыка была такой громкой, что заглушала мысли, и впервые за сегодняшний вечер я позволила себе погрузиться в нее.

Я покачивала бедрами в такт, обхватив голову руками, пока песня пульсировала в моей крови. Пот скользил по моей коже, платье прилипло в тех местах, где жар клуба прижимался ко мне, как второе тело.

Может быть, это было то, что мне было нужно – расслабиться, снова почувствовать веселье. Позволить музыке затянуть меня во что-то невесомое.

Я потерялась в дымке движения, неоновые вспышки окрашивали все вокруг в электрические розовые и голубые тона, когда кто-то врезался в меня сбоку.

— Черт... — Я споткнулась, схватившись за ребра в том месте, куда он меня ударил. Вспыхнула тупая боль, острее, чем должна быть. Странная, пульсирующая боль, как будто что-то извивается у меня под кожей.

— Извините, я вас не заметил.

Я обернулась, уже раздраженная, и обнаружила мужчину, стоящего слишком близко – крупного, с ухмылкой, от которой у меня мурашки побежали по коже.

— Все в порядке, — пробормотала я, отстраняясь. Но он не понял намека.

— Ты кажешься знакомой, — сказал он, наклоняясь, его горячее дыхание коснулось моей щеки. — Клянусь, я видел тебя раньше. Ты часто здесь бываешь?

Я проигнорировала его, отступив назад, но мои конечности ощущались… Медленными. Слишком медленными.

Что-то не так.

Боль в боку усилилась, распространяясь наружу, и внезапно моя голова стала слишком тяжелой для тела. Свет размылся, музыка превратилась во что-то далекое и искаженное.

— Эй, — невнятно произнес парень, подходя ближе. Его руки коснулись моей талии. — Ты в порядке?

Я попыталась поднять руки, чтобы оттолкнуть его, но они не двигались. Мое тело не слушалось.

Мой желудок скрутило, тошнота прокатилась по мне, как приливная волна. Комната сильно накренилась, мигающие огни прорезали мне обзор. Мое сердце колотилось неровно.

Нет.

Нет, нет, нет...

Я не пьяна. Я знала, каково это — быть пьяной. Это было что-то другое.

— Позволь мне помочь тебе, — мягко сказал мужчина, поймав меня, когда мои колени подогнулись. Его хватка на моей талии усилилась.

— Отвали,… Отвали... — Мой голос был едва слышен, слабый и невнятный. Паника подступила к моему горлу, но я не могла с ней бороться… Я не могла бороться с ним.

По краям моего зрения потемнело, шум клуба затих, как будто я погружалась под воду. Единственное, что я смогла разглядеть, была татуировка в виде змеи, ползущей по его шее.

Я почувствовала, что меня тянут.

А потом...

Ничего.

19 лет

Манхэттен, Нью-Йорк

Я проснулась от резкого запаха антисептика и отдаленного гула голосов за закрытой дверью. Флуоресцентное освещение наверху слабо гудело, слишком яркое на фоне стерильной белизны больничной палаты. Мое тело болело в местах, которые я не могла назвать, в голове стучало с каждым медленным ударом пульса.

Где я, черт возьми?

Я несколько раз моргнула, мое зрение изо всех сил пыталось привыкнуть. Комната была незнакомой: бежевые стены, жесткое белое одеяло, прикрывающее мои ноги, капельница, прикрепленная к моей руке. Во рту у меня пересохло, в горле першило, как будто я проглотила пригоршню песка.

Паника вспыхнула в моей груди, но я заставила себя дышать сквозь нее.

Думай, Кали.

Я пыталась восстановить воспоминания о прошлой ночи, но все было разрозненным, потертым по краям. Клуб. Музыка. Мужчина, который врезался в меня...

Острая боль пульсировала в моем боку. Я пошевелилась, поморщившись от тупой боли, исходящей от ребер. Я дотронулась до лица и почувствовала, как грубые бинты тянутся по моей щеке. Мои пальцы дрожали.

Дверь со скрипом отворилась.

Тревор вошел внутрь первым, одетый в одну из своих обычных накрахмаленных футболок, взъерошенную, как будто он теребил ее всю ночь. Наталья последовала за ним, ее мягкие каштановые волосы были слегка растрепаны, в руках она сжимала букет белых роз.

Я даже не осознавала, что плачу, пока не увидела ее.

— Нат? — Мой голос надломился, слабый и незнакомый.

Ее лицо смягчилось. Она оставила цветы на комоде и бросилась ко мне, осторожно обнимая меня. Тепло ее объятий уняло дрожь в моих конечностях, заземляя меня во что-то реальное.

Тревор напряженно стоял в ногах кровати, скрестив руки на груди, его острый взгляд скользил по мне, как будто он сканировал дальнейшие повреждения. Его молчание сказало больше, чем когда-либо могли сказать слова.