Чтение онлайн

— Ты уже знаешь, — сказал Зейн низким, но убийственным голосом.

— Теперь ты можешь отпустить Кали.

— Нет, — ответил Зейн без паузы. — Я беру ее в качестве залога.

— Это неразумно, Зейн.

Его пальцы дернулись в мою сторону, а затем, резко выдохнув, он отпустил меня. Но только для того, чтобы лучше держать пистолет, направленный прямо на моего брата.

— Садись в самолет, Кали.

Я замерла на полувздохе, переводя взгляд с брата, которого любила всю свою жизнь, на мужчину, в которого сейчас была влюблена сердцем и душой.

— Зейн... — Прошептала я, но он не оглянулся на меня.

— Сейчас, Кали.

Это происходит.

Я повернулась к Тревору в последний раз. Выражение его лица не изменилось – ни злое, ни испуганное – просто осторожное.

Тем не менее, я повернулась и поднялась по лестнице. Каждый шаг отдавался эхом от тяжести того, что я выбрала.

Кого я выбрала.

Я скользнула на ближайшее к окну сиденье, инстинктивно подтянув колени. В груди заныло. Горло обожгло. Весь мой мир словно был подожжен.

Пять секунд спустя дверь с гидравлическим шипением закрылась.

Зейн не смотрел на меня, пока шел к кабине пилотов,

— Меняем пункт назначения, — услышала я, как он сказал низким, но твердым голосом. — Мы едем в Москву.

Капитан, не обращавший внимания на то, что произошло за бортом самолета, даже не колебался. — Без проблем, сэр. — Я почувствовала, как под нами ожили двигатели, самолет начал набирать обороты.

Я отвернулась к окну. Снаружи Тревор уже разговаривал по телефону, выражение его лица было непроницаемым. Он не мог видеть меня через затемненное стекло, но я все равно наблюдала за ним.

Во что я себя втянула...?

Настоящее

Гавайи

Зейн вернулся из кабины пилотов с таким видом, словно только что закончил обычную беседу с знакомым. Никакой спешки. Никакого напряжения. Все то же сводящее с ума спокойствие отразилось на его лице, когда он опустился на диван напротив меня и уперся локтями в колени, сложив руки и уставившись в пол, как будто там были ответы.

Мои волосы растрепались и прилипли к влажным щекам. Горло все еще болело от слез, а дыхание было тихим, неровным. Давление в моей груди не исчезло – оно просто оставалось там, скрученное, как провод под напряжением.

Самолет мягко вибрировал под нами. Низкий гул нарастал, и вместе с ним мы начали подниматься – прочь от Гавайев, от Тревора, от всех.

Зейн не сказал ни слова. Просто сидел в этой неподвижной, невыносимой тишине, как будто это не он только что наставлял пистолет на моего брата. Как будто он не использовал меня для этого.

Моя кожа вспыхнула от жара – ярости, замешательства, страха – и я сорвалась.

— Ты мудак, — пробормотала я резким голосом, а затем сделала выпад.

Я бросилась на него, ударяя кулаками в грудь, руки, плечи. Везде, куда могла дотянуться. — Что, черт возьми, с тобой не так!? — Закричала я, каждое слово срывалось от ярости. — Как ты мог!?

Зейн хмыкнул, но не сопротивлялся. Даже не вздрогнул. От этого стало еще хуже.

— Скажи что-нибудь! — Крикнула я. — Скажи что-нибудь!

Когда я замахнулась снова, он, наконец, сдвинулся с места – его руки взметнулись и схватили меня за запястья, поймав на середине замаха.

Я сопротивлялась сильнее, тяжело дыша, дрыгая ногами, когда он встал и повел меня назад, пригвоздив к дивану одним плавным движением.

— Слезь с меня! — Я закричала, извиваясь под ним.

— Успокойся, и я это сделаю! — Его лицо было близко – слишком близко – его вес вдавливал меня в подушки, как будто он хотел, чтобы я почувствовала, насколько я в ловушке.

Я дернулась еще раз, но его хватка была безжалостной.

— Ты наставил пистолет на моего брата, — прошипела я, задыхаясь.

— Теперь ты успокоилась? — тихо спросил он, в его голосе не было прежней стали.

— Даже близко нет, — прошептала я.

Его глаза искали мои, но все, что я чувствовала, было кипящее разочарование, замешательство, предательство.

— Ты можешь сказать мне, что, черт возьми, происходит! — Потребовала я, грудь вздымалась с каждым вздохом, который я едва могла контролировать.

Он долго смотрел на меня, как будто пытался решить, сколько он готов отдать.

— Помнишь, я сказал, что искал то, чего так и не нашел? — Его голос был низким, почти шепотом на фоне гула самолета.

Я растерянно моргнула. — Что?

— Ты спросила меня, почему я не остепенился раньше. На нашей крыше. — Его взгляд не дрогнул.

Я медленно кивнула, и мой желудок сжался еще до того, как я поняла почему.

У Зейна перехватило горло, когда он сглотнул. — Мою мать звали Юи.

Мой мир накренился.

Губы приоткрылись, но ничего не вышло.

Из комнаты был выкачан воздух.

— О Боже мой... — Слова срывались с моих губ хриплым шепотом.

Я в панике вывернулась из-под него, выпрямляясь на диване, и он не остановил меня. Мне нужна была дистанция. Расстояние. Что-нибудь.

— Кали.

— Что бы ты сделал, если бы это были мои родители? — Спросила я, и в моем голосе прозвучало недоверие.

Он не ответил.

— Ты бы застрелил моего брата?

Его челюсть сжата, взгляд горел, но его молчание говорило громче любого отрицания.

— Боже мой... — Я покачала головой, чувствуя тошноту. — Зейн...

— Кали.

Но я не могла слушать.

— Я не могу этого сделать.

— Кали. — Чуть тверже. Ближе.

— Нет, — сказала я, вставая. — Я не могу быть рядом с тобой прямо сейчас.

Я повернулась и пошла прочь. Мои колени едва держали меня, когда я шла по плюшевому ковру в спальню в задней части самолета. Моя рука дрожала, когда я потянулась к ручке, но я не остановилась.