Чтение онлайн

Стоило замку щелкнуть, как Айнон оказался прижат к двери и втянут в еще один безумный поцелуй. Какое-то время они не находили сил отрываться друг от друга, но потом одновременно разорвали поцелуй, в этот раз уже Фенрис нетерпеливо сдергивал с него кожаный нагрудник, а Айнон с радостью ему помогал.

Медленно, на ходу снимая друг с друга одежду, они продвигались к кровати, разбрасывая ее по всей комнате, впрочем, Айнона сейчас это совсем не волновало. Как только они были полностью раздеты, Айнон упал на покрывало и приглашающе протянул руки, Фенрис застыл, жадно пожирая его глазами, словно полуэльф был самым прекрасным существом, какое он когда-либо видел в своей жизни. Тихо застонав, он опустился на кровать и, наконец, заключил его в свои объятия, покрывая его лицо жадными поцелуями. Мазнув по скуле, он опустил губы на горло любовника, сильно втянув нежную кожу, как раз на сонной артерии, как много раз до этого делал сам Айнон.

Айнон задрожал, чувствуя как Волчок оставляет на нем свои отметины. Это было прекрасно, чувствовать его губы на коже и зубы на своем горле. Вжавшись друг в друга бедрами, они жадно ласкали руками тела, а губы впивались в губы. Затем Фенрис чуть переместился, усаживаясь ему на бедра. Их возбужденная плоть соприкоснулась, и они застонали. Фенрис наклонился, целуя мужчину, а его ладони скользили по его горячей коже.

Он целовал плечи Айнона, изучая на ощупь гладкую кожу в паутине тонких, едва ощутимых шрамов, а потом передвинулся чуть ниже и потерся о живот. Некоторое время мужчина позволял ему это, а потом остановил. Айнон перехватил его ладонь и аккуратно уложил себе на грудь, прямо над бьющимся сердцем. Фенрис моргнул: не мог же он действительно желать, чтобы он вновь это сделал. Судя по огню, вспыхнувшему в глазах Айнона, мог. Фенрис чуть не потерял сознание от этого взгляда, равно как и от напряжения, охватившего все его тело. Ему пришлось закусить губу, чтобы вернуть себе хоть сколько-нибудь ясности - он совсем не хотел навредить Айнону, все же эта способность была создана убивать, а не дарить наслаждение.

– Пожалуйста.

Лириумные клейма вспыхнули.

Айнон умоляюще захныкал.

Святая Андрасте, этот звук! Фенрис нетерпеливо облизал пересохшие губы, он был без ума от этого звука с того самого момента, как впервые услышал его. Сейчас Айнон казался одержимым. Он слегка дрожал. Его неестественно светлые глаза с расширенными от возбуждения зрачками на фоне бледного лица казались совершенно сумасшедшими. Фенрис понял, что мужчина находится на грани безумия, и словно со стороны услышал свой сдавленный вздох. Он зачарованно следил, как медленно погружаются его пальцы в дрожащую грудь.

Это было сильнее, чем петля на горле, больше, чем смерть, ближе, чем самый безумный секс, самые крепкие чувства, самые искренние признания. Весь его мир, вся его суть, вся жизнь и вся свобода сжались до размера ладони. От острого наслаждения Айнон чуть не забыл, как дышать. Он почувствовал, как лицо обожгли слезы. Его чувства, его любовь, были столь невыносимы, что походили на неистовый голод. На ненасытное желание слиться воедино. Фенрис всхлипнул, и пальцы разжались, возвращая ему способность мыслить.

Айнон перехватил его свободную руку и направил вниз, к его собственному члену.

– Покажи мне, как ты хочешь.

Фенрис знал, что в другое время ни за что на свете на такое бы не согласился, это было слишком, слишком откровенно, слишком уязвимо, но под жадным голодным взглядом его пальцы сжались сами собой, а в горле зародился тихий стон, сопровождавшийся неконтролируемым движением бедер. В глазах Айнона вспыхнуло пламя. Откинув голову, Фенрис сделал несколько движений рукой, чувствуя жгучий стыд и возбуждение, он закрыл глаза, будто это могло спасти его от жаркого взгляда, что скользил по нему, будто ладони.

Фенрис слышал свое судорожное дыхание, чувствовал на себе руки Айнона, дразняще скользнувшие по бедрам, обжигающие мимолетными, легкими касаниями. Пальцы судорожно сжались, и он застонал.

– Да, - напряженно прошептал мужчина.
– Да, именно так, - от одобрения, звучавшего в этом тихом голосе Фенрис пришел в полное смятение - глаза Айнона горели каким-то нездоровым огнем. Он с жадностью ловил каждое его движение. Это было подобно безумию, его взгляд словно проникал внутрь него, подчинял каждый миллиметр тела, лишал воли и сил. Фенрис тонул в нем, задыхался от жажды.

Айнон, не отрывая от него взгляда, запустил руку под подушку, где по счастливому стечению обстоятельств лежала небольшая глиняная бутылочка. Через пару мгновений в комнате поплыл запах лаванды.

– Приподнимись, - Айнон нетерпеливо облизал губы, и Фенрис перенес вес на колени.

Мужчина опалил его жадным взглядом, вырывая еще один стон, и скользнул пальцами в расщелину между ягодиц, безошибочно отыскивая желанный вход. Он тщательно смазал сжатое колечко и затем осторожно скользнул пальцем внутрь. Фенрис нетерпеливо хлопнул его по руке, и Айнон тут же убрал ее, помогая возлюбленному опуститься на свою возбужденную плоть.

В этом положении было не слишком удобно. Айнон откинулся обратно на покрывало, и Фенрис решительно опустился до конца. Когда член проскользнул сквозь колечко мышц, вырывая синхронный стон, удобство перестало их волновать. Фенрис неторопливо раскачивался, приподнимаясь и опускаясь обратно, Айнон крепко держал его за бедра, помогая двигаться, да и сам, насколько позволяла поза, двигал бедрами.

В какой-то момент, мужчина направил руку к его члену и сжал его. Слишком потерянный в захлестнувшем его удовольствии Фенрис лишь хрипло застонал. Айнон двинул рукой. Еще раз и еще. Под конец его манипуляции стали совпадать с движениями самого Фенриса, и это не могло продлиться долго, с каждым толчком он вздрагивал всем телом. Казалось, мужчина пронзал его насквозь, каждый раз безошибочно проходясь по пульсирующей точке внутри.

Когда Фенрис стискивал его эрекцию, Айнон плавился в огне наслаждения, и это было нечеловечески прекрасно. О том, что Волчок испытывает не менее яркие ощущения, свидетельствовал член, пульсирующий в его кулаке и почти безумное выражение лица. Он был прекрасен. Губы Айнона изогнулись в теплой улыбке.

– Что бы ты ни пожелал, я дам тебе все.

Фенрис открыл рот, чтобы ответить, но вместо слов из него вырвался лишь низкий протяжный стон, в то время как его тело сотрясалось от дрожи, вибрировало и натягивалось, как струна, в неслыханном наслаждении. Фенрис запрокинул голову, слепо глядя в потолок, всего было слишком много. В эти мгновения он чувствовал что-то гораздо более чистое и глубокое, чем вспышки удовольствия, провоцируемые действиями Айнона, и это что-то наполняло все его существо ощущением силы и радости. Жаждой заботы и желанием защитить.

– Ты можешь делать со мной все, что угодно, - мягко шептал ему Айнон.
– Абсолютно все, что ты захочешь, и я позволю тебе.

Его пальцы, все еще находящиеся в груди Айнона, дернулись, сжимая его сердце, и обычно бесстрастное выражение лица Айнона превратилось в гримасу удовольствия столь интенсивного, что оно было больше похоже на боль. Глаза Айнона внезапно распахнулись, он дернулся и, протяжно застонав, кончил, сжав пальцами его член. И теплая пульсация внутри Фенриса послала его самого за грань, с низким удивленным стоном он сделал еще несколько движений. Кажется, он простонал или прорычал что-то, похожее на полную бессмыслицу.

Удовольствие, огромное, будто приливная волна, захлестнуло его, скрутило и отступило, оставив Фенриса абсолютно опустошенным. Тяжело дыша, он беспомощно распластался на Айноне, чувствуя, что все его мускулы разом превратились в желе. Перед глазами все плыло, и он боялся, что может потерять сознание. Ему казалось, что он никогда больше не сможет пошевелить ни рукой, ни ногой, но сейчас это его нисколько не волновало. Никогда в своей жизни он не чувствовал себя таким умиротворенным и опустошенным. В приятном смысле.