Чтение онлайн

Блён во время этой тирады держался молодцом - холодно сверкал глазами. А на Нуара жалко было смотреть. Каждое слово будто пощечина распаляло нездоровый румянец на выступивших от напряжения скулах, Нуар сник, свернулся безвольно в позу эмбриона, бездумно глядя перед собой. К телеге тем временем подтянули клетку и загремели цепями, примериваясь к пленникам.

– Встретимся за завтраком, господа, - сказал на прощание кардинал Лурас и дал распоряжение сковать одной цепью и поместить в одну клетку обоих, пусть погрызутся. Блёна надо немножко размягчить перед встречей с матерью.

– До свидания, сынок, - сказал с улыбкой Диппель и помахал рукой, будто отправлял сына на веселую прогулку.

Лурас придумал устроить завтрак на манер старого доброго семейного пикника: на поляне, в компании пленников. Для этого клетку с донной Альдонсой извлекли из фургона и притащили на поляну, рядом поставили клетку с двумя ее недоосвободителями, а напротив расположили стол для Лураса и Диппеля. Солнышко уже вышло из-за горизонта и обещало теплый ласковый день. Из буйной лесной чащи доносилось жизнерадостное птичье пение, ветерок нежно шуршал травой -- атмосфера пикника нарушалась только угрюмым видом пленников в клетках.

– Отчего вы такие серьезные?
– благостно спросил на подходе кардинал Лурас. Пленники сурово и как-то обидчиво смолчали, хотя их не забыли, оделили питанием. Перед каждым стояло корытце со снедью: зелень, мясо, хлеб.

– Они наверное за стол к нам хотят, - предположил Диппель, присаживаясь.

– Бросьте дуться, друзья!
– воззвал Лурас.
– Оставим обиды! Это в конце концов смешно. Отчего Вы не угощаетесь?! Кушайте. Всё свежее. Не побрезгуйте!

Лурас остановился перед столом, зажмурился на солнце и набрал носом полную грудь воздуха.

– Жизнь хороша!
– воскликнул он и тоже сел за стол.
– А знаете, господа, мне эта поляна знакома. Здесь раньше, лет двадцать назад, была усадьба одного талантливого алхимика.

– И что же случилось?
– спросил Диппель. Недалеко от него стояло блюдо с жареным гусем. Диппель придерживая одной рукой тушку, второй сосредоточенно выворачивал гусю ногу.

– Стандартная история, - изображая грусть и озабоченность, со вздохом ответил Лурас и принялся за завтрак.
– Он порох придумал.

Несты ревностно следили за научным прогрессом. Регулировали и ограничивали технологии. Общество должно быть стабильным. Никакого развития. Нужна стагнация. Стабильность -- это покой, это штиль в обществе. Стабильность -- это легкость управления, это сохранение легитимности статусов и каст. Структура общества выстроена и все к ней привыкли, никто не оспаривает открыто, не возмущается. Вот и хорошо, вот и не надо ничего шатать. Любая технология может непредсказуемо изменить культуру, изменить порядок, вызвать необходимость реструктуризации в обществе. Откроют к примеру порох, появятся у людей новые возможности. Станут люди сильнее, смогут горы взрывать. Изменится взгляд на жизнь, изменится культура. Зашевелятся тогда пласты недовольства, потекут реки недоумения, раскалятся общественные противоречия, лопнут вулканы революций. Поэтому никаких открытий допускать нельзя. В открытиях большая сила. А сила не нужна элите. Элите удобно слабыми и глупыми править. Пусть человечество будет слабым. Необходимо поддерживать средневековый уровень, ограждать людей от технического прогресса. Только на крайний непредвиденный случай хранят несты технологии, знают как порох сделать и ядерную бомбу, как людей лечить, как металлы плавить, как в космос летать. Но это тайна, люди этого знать не должны. Земля пусть будет плоская. Пусть ни медицины, ни науки, ни техники. Пусть трудно жить. Пусть в грязи и в неведении, в болезнях и в тяжелом труде. Какая разница, в конце концов, как жить? Всё равно ведь умирать. И вот. Как только кто-то нападает на верный след хорошей технологии, то к нему сразу приходит Лурас. Это его работа. Приходит стремительно, как к этому упомянутому алхимику. Богатый был человек. Но, странное дело, что-то его мучило. Чего не жилось?! Неспокойный, пытливый. Вопросы задавал природе, с богом спорил. Сатанист. Опыты ставил, понять хотел. Овладеть силами природы мечтал. Вот и пришел Лурас. Допрыгался алхимик. Сожгли вместе с усадьбой и с опытами. Поляна только осталась, не заросла еще лесом. На ней и завтракают сейчас несты.

– Господа!
– призвал Лурас внимание угрюмцев в клетках.
– Давайте поговорим о чем-нибудь.

Донна Альдонса села в клетке, вытянула ноги и спиной уперлась в прутья. Расположившись поудобнее, она с независимым видом пододвинула корытце ближе и тоже начала есть. Питание организма важно, а достоинство -- это для глупых. Сел к завтраку и ее сын в соседней клетке.

Один только Нуар остался стоять и продолжал излучать во все стороны ненависть. Его участь ему казалась самой нелепой. Он жил честно, служил верно, его все обманули, и виноват оказался он. Скоро его убьет Лурас, родной отец сидит рядом и пирует, друг оказался шпионом, армия уничтожена. Пора подводить итоги жизни и готовиться на тот свет. Стыдно с такими итогами идти на доклад ко всевышнему. Нет морального удовлетворения. Но второй жизни кардинал Лурас не даст. Остается надеяться на тех, кто его выручил в прошлый раз. Может, еще раз помогут. Нуар посмотрел в сторону, в лес.

Оттуда через поляну двигался отряд пеших воинов, сопровождая кольцом молодого человека в белых одеждах. Лурас тоже заметил отряд с белым пленником в центре, ткнул в их сторону вилкой и сказал:

– Смотри, Диппель, еще один. Кажется, это идеологическая атака нежных. Они решили свести меня с ума, массово жертвуя своими жизнями, бросаясь в мой костер. Может думают, что у меня веревка кончится их вешать? Ну что? Будем перевоспитывать или сразу повесим?

– Не знаю. Я, когда завтракаю, ничего не знаю.

Отряд остановился, отделился старший и направился к кардиналу Лурасу. Кардинал крикнул, чтоб этого белого допустили до стола. Старший повернулся и скомандовал отряду. Кольцо расступилось, освобождая дорогу белому пленнику. Пленник подошел к столу.

Широко улыбнувшись, пленник произнес:

– Здравствуйте дон Лурас, здравствуйте сеньор Диппель, - после этого молодой человек в белых одеждах повернулся к клеткам и добавил, - Приветствую Вас, донна Альдонса Лоренцо. Здравствуйте сеньор Нуар и сеньор Блён.

– А Вы кто будете?
– пророкотал Лурас, оставляя развязную манеру шутить, напрягаясь, начиная твердеть и как бы звенеть сталью, буравя пришельца тяжелым черным взглядом.

– Разрешите представиться, - с поклоном произнес молодой человек.
– Ильдар Вены Тэхума, бэфф! К Вашим услугам. Можно просто Ильдар.

10. = - =

Как только Ильдар представился, донна Альдонса вскочила и прильнула к прутьям. Глаза юной девушки стали огромные, как тарелки, подбородок изумленно пошел вниз, а пухлые губки раскрылись буквой "о". Она сделала несколько глубоких вдохов, справляясь с волнением.

– Бэфф...
– тихо, но с жаром выдохнула прекрасная донна и замерла. Лишь взгляд беспокойно бегал, осматривая человека в белых одеждах. Поза ее стала безвольной, молящей. Хрупкие плечи смягчились, спина расслабилась. Не осталось в облике Альдонсы твердости, гордости и холодного отстраненного безразличия. Альдонса преобразилась в слабую девочку, попавшую в беду. Она смотрела на бэффа с надеждой, как на единственный шанс к спасению. Казалось, ей стало неважно всё вокруг. Весь мир будто растворился. Теперь только бэфф существовал в ее мире, только он может выручить. Но захочет ли?!

Сеньор Блён, или как его там, до этого меланхолично жевавший, сидящий в позе скучающего медведя, заметил разительные изменения в донне. Расслабленность позы он сохранил, но цепко оглядел всех присутствующих и, замерев с куском в руке, угрюмо сфокусировался на спине бэффа.

Сеньора Нуара заинтересовал не сам бэфф, он ничего в этом не понимал. Его заинтересовала реакция отца, сеньора Диппеля. Поэтому Нуар с любопытством уставился в сторону застолья. Отца в таком подавленном и нерешительном виде он не видел никогда.