Чтение онлайн

В горле мгновенно встает ком. Я останавливаюсь с другой стороны кровати, и мой взгляд медленно ласкает каждый дюйм лица Као. Глядя на него, я чувствую, как жгучая боль от его жестоких слов немного притупляется. На обманчивый миг все кажется почти нормальным. Будто нас с Као и не разрывали на части.

Не в силах сдержаться, я наклоняюсь и прижимаюсь губами к его щеке. Вдыхаю его запах.

Боже, я так сильно его люблю. Пожалуйста, пусть он вернется ко мне.

Все, чего я хочу — это лечь рядом и обнимать его, пока мы оба не исцелимся. Хочу притвориться, что между нами нет этой зияющей пропасти. Вместо этого мне приходится заставлять себя отстраниться.

Когда я вижу, как напрягаются складки у его рта, я понимаю — он проснулся. Расслабленность исчезла, сменившись гневом. Я качаю головой, не желая принимать то, что происходит между нами. Мы сильнее этого. Мы были неразлучны. Мы любим друг друга.

Правда ведь?

Я никогда не говорила этих слов Као вслух, но уверена — он знает, что я чувствую. Для меня никогда не существовало никого, кроме него.

— Као, — шепчу я, и безнадежность дрожит в моем голосе, — как ты себя чувствуешь?

Он медленно открывает глаза. Все тепло, в котором я привыкла купаться, исчезло — взгляд стал ледяным.

— Я чувствовал бы себя куда лучше, если бы ты ушла.

Его слова бьют наотмашь. Я невольно отступаю на шаг.

Ноа встает, подходит ко мне и обнимает за талию.

— Пойдем, Фэллон. — Его голос — полная противоположность голосу Као, он полон сострадания.

Я позволяю Ноа вывести меня из палаты, запертая в собственном мире замешательства и боли. Ноа провожает меня до моей комнаты.

— Просто дай ему время, — говорит он.

Я качаю головой, глядя на лучшего друга Као.

— Это правда поможет? Он стал как чужой.

Черты лица Ноа смягчаются, он сжимает мое плечо.

— Он злится, потому что ты пострадала.

Я в упор смотрю на него.

— Мне так не кажется. Я слышала отвращение в его голосе.

— Это из-за случившегося, — спорит Ноа. — Као винит себя.

— Он сам тебе это сказал? — спрашиваю я, надеясь, что причина действительно в этом. Может, он вовсе не испытывает ко мне брезгливости?

Ноа снова сжимает мое плечо:

— Ему не обязательно говорить это вслух. Я знаю его лучше всех. Уверен, причина в этом. Как только шок пройдет и он согласится на операцию, он вернется в норму.

Мои глаза расширяются от прилива надежды:

— Он согласился на операцию?

Фрустрация, промелькнувшая на лице Ноа, дает ответ раньше, чем он бормочет:

— Еще нет. Я работаю над этим.

Я качаю головой, безнадежность тушит и ту искру надежды, что у меня была.

— Я не понимаю, почему он отказывается.

— Он просто сейчас в ярости, — объясняет Ноа.

— Я бы хотела быть рядом с ним, — признаюсь я.

— Не принимай это на свой счет, Фэллон. — Ноа тяжело вздыхает. — Он и меня пытается оттолкнуть.

Мой отшельник. Эта мысль заставляет уголок моего рта слегка приподняться.

— Ты сегодня возвращаешься в кампус? — спрашивает Ноа.

Я киваю:

— Да, Хантер и Хана скоро приедут за мной.

— Увидимся в общежитии.

Ноа идет к двери, но я окликаю его:

— Ноа. — Он оглядывается. — Спасибо.

Уголки его губ чуть приподнимаются, и он уходит.

Чтобы занять себя, я проверяю, все ли собрала. Зная, что возвращаюсь в Тринити, я иду в ванную и распускаю волосы. Расчесываю их так, чтобы половина закрывала правую сторону лица. Мой взгляд скользит по бинтам. Я до сих пор не видела свои раны. Врач сказал не снимать повязки, пока не снимут швы. Мне разрешено принимать душ и ежедневно очищать порезы. Мысль о том, что мне придется делать это самой, наполняет грудь тревогой.

Услышав движение в комнате, я глубоко вдыхаю и выхожу встретить Хантера и Хану.

— Ты готова? — спрашивает Хантер, глядя на сумку у кровати.

— Да.

Хана внимательно смотрит на меня и хмурится:

— Что-то случилось?

— Я заходила к Као, — бормочу я. — Он был не в восторге.

Хантер тяжело вздыхает:

— Да, он сейчас со всеми нами ведет себя холодно.

Я беру свитер с кровати и натягиваю его.

— Ноа сказал, Као злится и пытается даже его оттолкнуть.

— Уверена, как только ему сделают операцию и он снова начнет видеть, он станет прежним, — говорит Хана.

Хантер подхватывает мою сумку:

— Да, если честно, я бы тоже с ума сошел на его месте. Нужно попытаться войти в его положение.

— Я просто хочу помочь ему, — говорю я, когда мы выходим в коридор.

Поравнявшись с палатой Као, я замедляю шаг. Неодолимое желание снова зайти к нему захлестывает меня. Мне ненавистна мысль оставлять его здесь.

— Подождите секунду, — прошу я.

Я толкаю дверь и, приготовившись к его гневу, подхожу к кровати. Наклоняюсь и целую его в щеку. Выпрямившись, говорю:

— Я уезжаю в общежитие, но буду навещать тебя. Ноа может позвонить мне, если тебе что-то понадобится.

— Не трудись, — цедит Као сквозь зубы.

Игнорируя его тон, я смотрю на Ноа:

— Ты останешься здесь на весь день?

Ноа ухмыляется:

— Да.

— Привезти тебе чего-нибудь поесть вечером?

— Бургер было бы круто.

— Мог бы и не спрашивать, он никогда не упустит шанс съесть какую-нибудь дрянь, — шутит Хантер.

Я даже нахожу в себе силы улыбнуться:

— С беконом и сыром?

— С двойным сыром.

Я снова смотрю на Као.

— Отдыхай, Као.

Слова «я люблю тебя» так и просятся с языка, но я сглатываю их и поспешно выхожу из комнаты.

— Поправляйся скорее, — слышу я голос Ханы за спиной, прежде чем она присоединяется ко мне в коридоре.

КАО

— Я зайду попозже с Джейд, — говорит Хантер.

Черт, тут что, вся банда собралась?