ЖАНРЫ

Несбывшаяся жизнь. Книга первая
Шрифт:

Еще про сестру Нину однажды сказала:

– Нина была неплохим человеком, но вряд ли добрым.

И все, больше ни слова.

Бабушка интересно рассказывала про Москву. Московские улицы, памятники, старые здания…

– Смотри, что-то помню! – удивлялась она. – Сколько лет прошло, а кое-что помню…

Бабушка уставала, и они садились перевести дух. Анюта бегала за горячими пирожками и пончиками – всего-то два шага, а совсем как взрослая, да вдобавок с бабушкиным кошельком.

Иногда бабушка заходила в церковь.

– А ты – как хочешь, – говорила она. – Тянет – зайди. Нет – подожди на улице, тебя здесь не тронут.

Заходить было страшновато, и Анюта оставалась на улице.

Бабушка возвращалась быстро. Лицо у нее было строгое, серьезное, но довольное и очень спокойное.

– Маме не говори, – предупреждала она. – У нас же могут быть свои секреты?

Анюта кивала.

У них и вправду были секреты: внеплановая порция мороженого, кукла-клоун за большие деньги, белые колготки, купленные у спекулянтки, – мама бы этого не допустила!

В общем, привирали по мелочи.

– Это грех небольшой, – вздыхала бабушка. – Просто мы ее не расстраиваем.

Лиза удивлялась и радовалась дружбе Марии с Анютой: честно говоря, не ожидала она такой скорой близости и любви.

Может, мать отдавала долги? Или просто искренне полюбила Анюту?

Да что разбираться. Сложилось так – и это здорово. Лиза теперь была спокойна за дочку: Анюта под постоянным присмотром, и самое главное – без пятидневки.

8

На последнее предшкольное лето планировали поездку на море. Лиза нервничала: как будет с деньгами?

Теперь прибавился еще один член семьи, а значит, и денег требовалось больше. Сказать матери, что втроем ехать не на что? Лизу передернуло от этой мысли. Как такое возможно? Да и Анюта ни за что не согласится: теперь бабушка – ее лучший друг и товарищ, дочка без нее не поедет.

Лиза советовалась с коллегами, где комфортнее и дешевле, куда легче добраться и вообще где хорошо и спокойно с ребенком и пожилым человеком. Многие хвалили курорты Азовского моря, уверяя, что Азовское ничуть не хуже Черного и точно дешевле – и продуктами, и жильем. Да и какая им разница – Черное, Азовское? Море же!

– На море? – удивилась Мария. – Почему именно на море? Столько прекрасных мест, а ты стремишься в жару, толкотню и суету? Очереди, заполненный телами пляж…

– Зато море, – возражала Лиза, – а все остальное ерунда. Первый класс. Аню надо вывезти, чтобы накупалась, надышалась, фруктов поела.

– А если река? Волга, например? – продолжала Мария. – Тихий среднерусский городок с деревянными домиками, лес, ягоды, грибы? И Волга! Разве Волга хуже твоего моря? Зато тишина и покой!

– Какая Волга? – не поняла Лиза.

– Обычная, – улыбнулась Мария. – У меня подруга живет в Плесе. Слыхала о нем? Километров триста от Москвы. Там красота невероятная! Люсинда писала, что краше ее родины нет места на свете. Волга, косогоры, леса, песчаные пляжи… И стоит все сущие копейки. Хочешь, спишусь с ней, узнаем? У нее домик на окраине. Живет она одна, мужа нет, детей не нажила. Небольшое хозяйство – коза, куры… Говорит, там такая тишина, что в ушах звенит. Земляники полно, черники. Грибов завались. Как думаешь? Может, рассмотрим?

– Люсинда? – растерянно переспросила Лиза. – Ее так зовут?

– Люся она, – рассмеялась Мария, – Людмила. Это мы ее звали Люсиндой. В поселке соседствовали, ну и подружились. Потом она уехала, вернулась на родину, но связи мы не теряли, переписывались. Судьба у нее… Впрочем, у всех судьба, – махнула она рукой.

Лиза растерянно пожала плечами.

– Ну, спишись. Может, там и вправду неплохо. По крайней мере – уж точно дешевле.

Списались. Люсинда ответила сразу:

«Да, разумеется! Жду не дождусь! Вас ждут две комнаты и моя любовь!»

– Восторженная тетенька, – усмехнулась Лиза. – Экзальтированная! «И ее любовь», надо же! Ну хорошо, попробуем. Только бы повезло с погодой: средняя полоса – штука ненадежная, зарядят дожди, и сиди у печки… Ни леса тебе, ни пляжа. Но будем надеяться. Вдруг повезет?

Решили, что школьные принадлежности купят заранее: в августе везде очереди. И отправились за школьной формой.

Лиза смотрела на дочку в коричневом форменном платье и белом, с крылышками, фартуке – и тайком утирала слезы.

Как неумолимо летит время! Ее Анюта – первоклассница! Совсем взрослая. Хмурится, рассматривая себя в зеркало. Крутится перед ним, придирчиво так себя оглядывает.

– Не нравится? – с иронией интересовалась Лиза.

– Нравится! – вздыхала Анюта. – Мам! У меня к тебе разговор!

«У меня к тебе разговор» означало, что речь пойдет о чем-то серьезном.

– Слушаю тебя, – так же серьезно ответила Лиза и кивнула. – Ну? Начинай!

Оказалось, что дочка переживает за бабушку. Вернее, за бабушкин вид. За мешковатую одежду, седые неряшливые волосы…

– Она же красивая, мам! А выглядит… как старая старуха! Давай что-то придумаем! Ну… – смущенно протянула девочка, – чтобы было по-другому…

– А бывают нестарые старухи? – усмехнулась Лиза.

– Бывают, – строго ответила дочь.

«А ведь она права!– подумала Лиза.– Мария – красавица, а выглядит действительно ужасно. Как старая старуха, Анютка права».

И виновата в этом она, Лиза… Ей наплевать, как выглядит мать. Дочери – наплевать, а семилетней внучке – нет! Она не стесняется бабушки, просто хочет, чтобы любимая бабушка хорошо выглядела. Тем более перед отпуском и поездкой к старинной подруге.

У Лизы сжалось сердце. Анюта, ребенок, а чувствует и понимает больше, чем она, взрослая женщина…

Молодая мастерица долго мяла в руках седые пряди, причмокивала и в сомнениях качала головой:

– Может, стрижка?

Мария замахала руками:

– Какая стрижка, девочки? Я всю жизнь с длинными волосами! Никогда не стриглась, а теперь, на старости лет, и подавно! Нет и нет, ни за что!

Решающее слово было за Анютой.

– Стрижемся, бабуль, – уверенно сказала она. – И красим волосики.

Поделиться с друзьями: