Чтение онлайн

Фон Шик сразу приказал спешиться и обвязаться верёвками. Для начала дозор успел найти более или менее пригодное место, окружённое кустарниками и защищённое с одной стороны небольшим холмом. И сделали мы это вовремя. Продираться сквозь снег при таких раскладах – редкая форма самоубийства. А мы ещё жить хотим.

Сложно сказать, какие чувства обуяли людей, но молился даже я. И боги – не знаю чьи – над нами смилостивились. Вечером буран стих, позволив нам разбить лагерь. Благо наличие запасов угля и войлочных палаток не дало замёрзнуть. А моя новинка – керосиновая плитка – позволила даже вскипятить воду и сделать чай. Позже народ начал просить обеспечить всех столь полезным девайсом. В крайнем случае – разведчиков и дозоры.

Сделаю. Куда деваться? Но для начала надо было выбраться из ловушки. Степь просто завалило снегом.

Спас всех Ефимов. Андрей вроде молодой, но именно ему доверили быть проводником. После окончания похода офицеры прозвали казака Степным волком. Тот вёл отряд, полагаясь на какое-то звериное чутьё. У него не было компаса, вокруг сплошная снежная пелена, а небо затянуто свинцовыми облаками. Но наш проводник, казалось, не поднимал головы, иногда останавливался и просто выбирал направление.

Может, Ефимов руководствовался направлением ветра или запахом? Не знаю. Однако через шесть или семь тяжелейших часов показались знакомые очертания. Всё-таки мы не раз ходили по так называемому угольному шляху. Вроде прошёл всего год, а название уже укоренилось в сознании людей. Как и само чёрное топливо, стало необходимостью.

Дорога вывела нас к стоянке перевозчиков угля. Здесь всегда есть обновляемые запасы воды, сухарей и топлива. А также несколько саманных строений, покрытых камышовыми крышами, которые обновят весной. Колею, проторённую в снежном покрове, замело, но это не проблема.

Ночью буран окончательно стих. Люди отогрелись у трёх кирпичных печек, выпили взвар и завалились спать. Вымотались мы капитально. Мне ещё хорошо, есть Антип. Хотя я сам ухаживал за конём. А ведь были ещё часовые и дежурные по кухне. Впрочем, кто на что учился.

Утром отряд поднялся затемно, люди позавтракали, осмотрели коней и двинулись дальше. Дорога сложная и завалена снегом, но она знакомая. Что увеличивало энтузиазм и придавало дополнительных сил.

К Орской крепости мы подошли вечером, уже в темноте. Благо по пути встретился разъезд, снабдивший нас факелами. На удивление помог ударивший мороз, прояснивший небо. Сверкающие мириады звёзд хорошо освещали дорогу.

Измождённые, заиндевевшие, но живые, мы добрались до пункта назначения. Несчастные лошади едва волочили ноги. Зачем мне нужны такие испытания и риск? Всё просто. Руководитель обязан вести своих людей и лично убедиться в действенности проекта. По крайней мере, здесь пока так. Хотя я и держался из последних сил. В будущем лучше перейти на новый качественный уровень, переложив работу на помощников. Благо я их уже подготовил. Жалко, что Белозёров потерян для моих замыслов. У Ивана свой путь – прославлять и развивать русскую литературу.

По возвращении я отмахнулся от доклада Иванова, сразу направившись в баню, радовавшую идущим из трубы дымом. У личного состава есть своё помещение для помывки, поэтому можно о них не переживать. Основательно попарившись, я напился чаю и завалился в кровать с твёрдым намерением проспать до обеда.

Проснулся я от света. За окном ярко светило зимнее солнце, намекающее на сильный мороз. Лучи били в заиндевевшие стёкла, рассыпаясь по комнате искристыми зайчиками. Скорее всего, Антип подбросил в печку угля, поэтому её стены дышали ровным теплом. Температура в спальне – будто в погожий летний день.

Я потянулся, хрустнув позвонками, и долго лежал, глядя в потолок, собираясь с мыслями. Часы показывали десять. Значит, я проспал более двенадцати часов. До обеда не получилось, но тоже неплохо. Тело немного ломило, но терпимо. Меня можно назвать опытным всадником, поэтому даже сложная и долгая дорога даётся легко. Или дело в молодом и тренированном организме? На самом деле конные поездки по пересечённой местности – колоссальная нагрузка для позвоночника. Когда же я вернусь в Москву, а дю Пре сделает рессоры?

Однако пора вставать. Я сел на постели и позвонил в колокольчик.

Антип, как всегда, появился бесшумно, принеся свежее полотенце, и вопросительно посмотрел на меня. Побрился я вчера в бане, поэтому одной проблемой меньше.

– Через двадцать минут подавай обычный завтрак, я умоюсь сам, – приказываю слуге.

Далее начинаю разминку. Мышцы отдались лёгкой, но приятной болью, которая быстро прошла. Они у меня больше забились, вот и будем приводить в порядок.

Сделав в конце зарядки пятьдесят приседаний и тридцать отжиманий, направляюсь в ванную комнату. В обед будет более интенсивная тренировка.

Здесь на стене висит бронзовый умывальник, полочка и зеркало. Вода в бачке тёплая. Умывшись, я начал чистить зубы и рассматривать своё изображение.

Всё-таки молодость – это прекрасно! Кожа чистая, никаких мешков под глазами, волосы густые, тело после недели верхом моментально пришло в норму. Добавьте к этому хороший аппетит и сон. Чего ещё нужно для счастливой жизни? Верно, хорошей спутницы. К сожалению… Ладно, не будем о грустном.

После умывания – быстрое одевание. Терпеть не могу многие аксессуары XVIII века. Поэтому предпочитаю носить ботинки, галифе, простую рубаху без кружев и камзол, похожий на мундир более позднего времени. Сверху можно накинуть шубу и спокойно ходить по крепости, если недолго.

Также не вижу причин устраивать церемонию из завтрака. Яичница с колбасой, пара кусков хлеба с сыром и кофе. Вкусно и сытно. А главное – быстро. Обед с ужином у меня тоже незатейливые: супы, крупы с мясом или рыбой.

Когда я допил кофе, Антип доложил, что в зале ждёт Елена. Странно, что подруга не заявилась с утра пораньше. Могла и ночью навестить, так сказать, снять усталость. Отношения у нас развивались бурно, но никого в крепости не удивили. А кто ещё будет выгуливать самую роскошную из местных женщин? Свободных, надо заметить.

И надо сказать, что дама мне попалась – настоящий огонь и страсть! Я бы не назвал её распутной. Хотя по нынешним временам это понятие относительное, особенно для столицы. Она ведь ещё молодая и испытывает вполне естественные потребности. То, что помещица вступила со мной в связь ещё и из корыстных соображений, нет ничего страшного. По крайней мере, нас обоих это не смущает.

Когда я вошёл в зал, Елена сидела на софе, выпрямив спину и сложив руки на коленях. Оделась она сегодня скромно: серое шерстяное платье, на плечах платок, ноги обуты в простые сапожки. Роскошные чёрные волосы заплетены в тугую косу. Прямо скромница. Не зная о её бешеном темпераменте, можно обмануться.