Чтение онлайн

— Что-то не верю я, чтобы наш отец мог бы с какой-то там вшивой крестьянкой… — начал было с нескрываемым раздражением Дмитрий, но Александр настолько грозно посмотрел на него, сопроводив взгляд звоном вилки, что тот замолчал.

— Насчёт вшивых вы несколько неправы, — невозмутимо ответил я. — С насекомыми у нас не было проблем, так как нет проблем с водными процедурами и стиркой белья. Так что ваш выпад на эту тему не имеет почвы под ногами.

— Да что ты несёшь?! — начал было средний брат, но Александр не выдержал и прервал его:

— Дима! — сказал он негромко, но очень выразительно.

Тот снова скрипнул зубами и молча уставился в свою тарелку, словно там кино показывали. Однако я видел, как у него ходят желваки на висках. Некоторое время все снова молчали.

— Прошу прощения, ваше сиятельство, — сказал мне возникший рядом со мной слуга, — это вам лично от нашего повара. Как он сказал, «комплимент».

Я обернулся к слуге, тот держал прямо передо мной тарелку с небольшим, но очень аппетитным десертом. Дмитрий и Константин замерли в ожидании моей реакции, у Александра от удивления поднялись брови, а Софья нахмурилась, глядя на тарелку. Я сразу почувствовал, что здесь что-то не то, но демонстративно отказываться от угощения не собирался, можно принять, но не есть.

— Передайте вашему повару большое спасибо, — сказал я с благодарной улыбкой. — Выглядит очень аппетитно.

Младшие братья подались вперёд, глядя с нетерпением, как я буду пробовать этот шикарный десерт, Александр уставился на тарелку с непониманием, а Софья как-то часто задышала. Потом от неё последовала очень странная реакция.

— Да что ты тут навис надо мной с этой тарелкой? — раздражённо выкрикнула девушка, взмахнув рукой и, вроде как случайно, выбила её из рук слуги.

Дорогая ажурная тарелочка с золотой каёмочкой кувырком полетела на пол и разбилась вдребезги. Красивый десерт же каким-то чудом почти не пострадал, лишь слегка расплющился, шлёпнувшись на пол.

— Какая досада, — сказал я, проводив десерт взглядом и разочарованно вздохнул. — Ну ничего страшного, зато было красиво.

Софья сделала вид, что сосредоточенно режет кусочек утиной грудки, а перепуганный и бледный слуга бросился собирать осколки дорогой тарелки, так бездарно закончившей своё существование. Дмитрий и Константин тяжело вздохнули и уткнулись в свои тарелки.

Я тоже вернулся к содержимому тарелки, когда вдруг позади услышал сдавленный хрип, а потом грохот падающего тела. Резко обернувшись назад, я увидел, как подававший десерт слуга с испачканными десертом губами лежит на полу, держась за горло. Его ноги в последний раз судорожно сократились, потом безвольно обмякли.

А ведь этот самый десерт по идее должен был съесть я… Хотя, если честно, я и не собирался, уж больно подозрительно вели себя два брата, которые ещё во время ритуала инициации и на обеде не особо скрывали своей нелюбви ко мне, значит вполне могли организовать какую-нибудь гадость, но вот отравление своего новоявленного «брата»… Это уж совсем перебор. Неужели они думали, что никто не узнает об их заговоре? Или надеялись, что сильно не накажут?

М-да, такого концерта я точно не ожидал, хотя и морально готовился. Значит десерт был отравлен, а слуга не знал об этом и решил, что нечего зря добру пропадать и съел отраву с пола, пока собирал осколки.

Продолжать ужин охота отпала напрочь. Я спокойным взглядом смерил двух непримиримых братьев, которые теперь упёрлись взглядом в стол. Накостылять бы обоим так, чтобы света белого долго не видели. Хорошая идея, но лучше пусть они сами разбираются, наверняка обоим прилетит, если дело всплывёт, а там кто их знает, может и замнут всё потихоньку.

— Что всё это значит?! — вскрикнул вдруг Александр, убедившись, что слуга мёртв.

Княжич был чуть старше меня и, видимо, мудрее своих младших братьев, которые сейчас сидели притихшие, словно не понимая, что происходит. Но даже невооружённым глазом было видно, что они были разочарованы попаданием отравы не в те уста. Софья же резко побледнела и сидела словно лом проглотив, опустив столовые приборы на тарелку и глядя в неё же.

— Я даже не буду спрашивать, кто это сделал, — прорычал Александр, глядя в стол перед собой.

Два брата вжались в свои стулья, но продолжали упорно молчать.

— Прошу прощения, — сказал я, медленно вставая из-за стола. — Я, пожалуй, пойду.

Пусть я и останусь голодным, но лучше так. Никто не стал возражать, да и вообще в комнате повисла ещё более зловещая тишина, чем та, когда я только вошёл. Братьям явно надо кое-что обсудить, а мне здесь задерживаться вовсе ни к чему. Я залпом выпил морс, что оставался в бокале, он точно не отравленный, молча поклонился и направился к выходу. Моя перепуганная произошедшим гувернантка засеменила следом, то и дело оглядываясь на мёртвого слугу, пока дверь за нами не закрылась.

Мы некоторое время шли молча по коридорам в сторону моих покоев. Я слышал, как София, немного отстав от меня, всхлипнула. Вполне возможно, что она общалась раньше с только что нелепо погибшим слугой. А может просто эмоции, не каждый же день видишь такое.

Да уж, что-то ребята заигрались. Неужели я настолько сильно им насолил? Очень сомневаюсь, что родители перестали бы их любить и переключились полностью на меня, это выглядит, как лютый бред.

Проблема в том, что я так до сих пор и не понял всё, что сегодня произошло. Я ведь был абсолютно уверен, что стану магом при замке, но, чтобы князь признал меня собственным сыном… Реальный бред, я ведь на него даже не похож. Хотя, на отца-кузнеца я тоже не сильно похож. Может и правда мама в юности не устояла перед чарами аристократа, и принесла в подоле? не буду я о таком спрашивать, всё равно это ничего не изменит, только душу терзать.

София немного успокоилась, перестала всхлипывать и промокнула слёзы платком, только продолжала ещё шмыгать носом.

— Ты его хорошо знала? — спросил я.

— Да, — задумчиво кивнула девушка. — Пантелеймон был очень хороший человек. Даже не знаю, что его заставило съесть с пола этот проклятый десерт. С другой стороны понимаю, он выглядел так аппетитно, так жалко было такое выбрасывать. Да Пантелеймон никогда и не изображал из себя больше, чем он есть на самом деле. Был простым, открытым, уважительным, а теперь…

— Что теперь будет с этими сорванцами? — спросил я, наблюдая за реакцией девушки.

— С какими? — София немного смутилась и нахмурилась. — С поварами?

— С теми, кто сидел напротив меня за столом, — уточнил я. — Это ведь наверняка их рук дело. Решили, не откладывая, вырвать сорняк с корнем.

— Не понимаю, о чём вы, — ещё больше нахмурилась девушка, глаза её забегали.

— Уже неважно, — сказал я, понимая, что правдивых ответов не будет, всё же я здесь пока что совсем чужой человек. — Ты меня сегодня будешь ещё чему-то учить?

— На сегодня довольно, — тихо ответила София, словно имея в виду не только обучение, но и эмоции за этот день.

— Тогда ты можешь идти, — произнёс я спокойным холодным голосом.

— Вы уверены? — спросила девушка, резко обернувшись, в глазах проявился испуг.

— Я дальше знаю дорогу, иди, — кивнул я.

София ещё мгновение сомневалась, глядя на меня, потом кивнула.

— Доброй ночи, ваше сиятельство.

— Доброй ночи, — ответил я и тут же свернул в нужный мне коридор.