Чтение онлайн

Дар настороженно принял в руки подпаленную траву и указал на Алимку:

– Ты же не собираешься…?

– Он не против, – сухо бросил Кам.

– Кам, это же Молодой! – Дархан пересек границу круга, подскочил к парню и потряс его. Без толку – заговорен и оглушен. Возможно, будет сопротивляться, если его увести. Он оставил Алимку и бросился к шаману Звука. – Кам, духи на тебя влияют, я знаю. Будь это твоим решением – ты бы не заворожил его, а просто связал. Не можешь смотреть ему в глаза, верно? Давай найдем барана.

– Глупец, меня за барана держишь? Я сделал выбор сам, а ты? Кому это больше всех нужно? – зловеще прошептал Кам, поманив Алимку пальцем.

Парень опустил тотем на землю и принял из рук шамана кривой нож с испещренной символами рукоятью.

– Вот именно! Это мой обряд и будет по-моему, – воскликнул Дархан, вырывая нож из рук Молодого. Тот оскалился и потянул оружие назад. Дар в сердцах стукнул юнца по плечу и снова попытался достучаться до Кама. – Я знаю, что это твой выбор. Они не могут тебе навязать свои желания, поэтому выскребают грязь из углов души. Но будь твоя воля – ты бы воспротивился! Кам, посмотри на него. Это же наш Алимка из Талви. Смелый и наивный парнишка, который в жизни никому дурного не сделал, ну! Ты учил его играть на варгане. Он нас развлекал своими историями и мечтами. И мы его вели сюда, чтобы горло перерезать?! Не позволю.

Дар не заметил, как перешел на крик. Больше всего хотелось стиснуть бычье сердце этой тупоголовой скотины и сжимать его, пока не лопнет. Но вместо этого он давил свой гнев и отчаянно пытался объясниться, ощущая, как надежда иссякает, словно струйка песка в часах. Кам, не обращая на него внимания, деловито вынул из сумки небольшой кувшин, откупорил его и выплеснул немного молока на землю.

– Чистая пища. Как и парень. Отменное сочетание.

– Таков путь. Он уже много жизней прожил, устал. Пусть послужит правому делу. Милость господина освободит твоих земляков, ты же понимаешь, – гнусаво промямлил один из солдат, неслышно подобравшись к Дару сзади. Он похлопал его по плечу, заглядывая прямо в лицо, но Дархан с силой отшвырнул его от себя. Один из четырех неуклюже упал и заохал. Травник не обратил внимание.

– Так духи рассуждают, а мы, посредники, должны более других чтить законы Среднего мира. Зачем этой душе платить по моим счетам? Мать, Эслин, теперь Алимка… Я вижу злую издевку в том, что для прекращения жертв нужна еще одна. Не доставлю Уоюру такого удовольствия. Будет по-моему! – Дар выбил из рук Кама кувшин, пока тот пытался пригубить молоко. – Немедленно отпусти его, а не то…

Эхта низко загудела, и Дар прикинул, что может сделать. После битвы он был просто не в состоянии прибегнуть к помощи Воздуха и Земли, а к Гневу не обратился бы больше ни за что на свете. Какая из трав поможет ему? Кам взялся за варган, и тут Дархан вспомнил.

– Золотые сани! Явмал сказал, с их помощью можно провести сильный обряд без жертвы. Он подарит их мне. Обещал положить в пещеру. Сармик скоро их принесет!

– В пещере обвалился потолок, – Кам сразил его надежды одним ударом. – Смеху туда не пробраться.

– Дадим ему время. Он справится! Давай же, Кам! Ты здравомыслящий человек. Если есть возможность сохранить парню жизнь, мы обязаны ею воспользоваться! Повремени. Докажи, что не ведом их волей! – Дар отошел подальше от круга.

Кам раздраженно проводил его взглядом и пожевал губы.

– Безнадежно. Да и тела гниют. Скоро эти смогут помешать нам уже в обличии духов. Но мы подождем немного, – весомо бросил он. Солдаты завыли громче прежнего, и один из них внезапно упал на колени.

–Вернись в круг Дархан, – прозвучал приказ от Кама.

И шаман Травы понял, что не может ослушаться голоса бога.

«Задержи меня! Лиши слуха!»

Он взмолился Листопаду от всего сердца, и двинулся выполнять волю Кама. Но сделав пару шагов к кругу, с облегчением ощутил, что в его ноги намертво вцепились жесткие корни и тянут назад. Мертвецы пританцовывали рядом, источая вонь разлагающегося тела. К ним начали слетаться мухи.

– Быстро выпутывайся, а не то я тебе ноги раздроблю! – низко взревел Кам и двинулся к Дархану с кистенями.

Наконец, в ушах стало глухо и чары Эхты спали. Дар сделал вид, что подчиняется. Принялся дергать ногой и перебирать доступные возможности. Что делать? Как оттянуть обряд и не выйти из себя? Если он сейчас соберется с силами и даст соразмерный отпор, то его либо скрутят, либо в пылу боя дух Гнева перехватит власть и повернет обряд так, как нужно ему. Нужно еще попытаться. Он ведь не сказал про главное!

– Кам, помнишь, ты говорил, что мы могли бы поселиться в Оспари. Держаться друг друга, создать сообщество, – закричал Дархан, не слыша себя.

Ответ ему был не нужен. Кам впервые улыбнулся на этих словах, но глаза его при этом оставались невидящими, больными, будто он видел впереди одну тьму и смеялся от бессилия.

– Я поверил, клянусь. Я хотел, – торопливо продолжил Дархан. – Не я убил Майму, а Уоюр. Ты думал, что контролируешь четверых, но это они вертят тобой, как дух Гнева все это время. Всю мою жизнь. Мне очень жаль Майму. У нее не было ничего с Уоюром, она просто хотела его отвлечь…

С криком раненого зверя Кам взмахнул кистенем и перебил корни. Не успел Дархан опомниться, как шаман Звука схватил его за шиворот и рывком втащил в круг. И тут же мертвый ублюдок в красном мундире сбросил с шеи нить с корнем, схватил руку Алимки с ножом и, процедив «Ну наконец», перерезал парню горло.

Дархан прыгнул вперед, но успел лишь вблизи рассмотреть, как округляются и оживают глаза Молодого. Как он узнает шамана, не понимая еще, где он и что с ним делают. Его рот распахивается в испуганном крике, а кожа уже ладно расходится под острым лезвием ножа, поток крови упруго вырывается на свободу, и в этой багряной реке скользят рыбешки черного цвета.

Медленно и тяжело юноша осел в руках трупа, а брызги крови упали на тотем, поверх других, застарелых. Дархан безвольно рухнул на землю. Отчаянный последний взгляд Алимки пронзил ножом его самого. Скорбь налетела как ураган, накинула темную вуаль на голову, и заставила зрение помутнеть, а конечности ослабеть. Нужно было использовать момент, раз уж так вышло, но он не мог перестать смотреть, не мог заставить себя пошевелиться. Снова. Из-за него. Рядом взревел Кам «Уничтожу!». Его крик отозвался эхом, и тут же раздался оглушительный грохот и сверхвысокий свист, закладывающий уши. Эхта завизжала, прижав культи ко рту, и, тела рухнули, как подкошенные. Солдат, держащий тело Молодого, уже на земле с трудом пошевелил распухшим ртом:

– Я же говорила, что вы все сгниете заживо! Каждый! Напрочь! И вот почти все готово…

Дар понимал, что нужно сопротивляться. Нужно дотронуться до тотема и представить, как Уоюр покидает его тело. Или хотя бы выползти из круга. Но он не мог себя заставить даже посмотреть на кровавого идола, не то что коснуться. Это не закончится никогда, что бы он ни делал… Он всего на миг прикрыл глаза, чтобы не видеть паренька, которого вел к смерти как скотину, и тут же канул во тьму, будто ухнул в тесный и сырой колодец.