Чтение онлайн

Туслах нетерпеливо переступил с ноги на ногу и требовательно скрежетнул. Эслин сосредоточилась, взялась за Зеленые и пробралась сквозь его охотничьи инстинкты прямиком в твердые слои памяти. Стоило удостовериться, что он прилетит завтра, прежде чем его отпустить. Соткав нужный узор, наездница махнула рукой, и зверь сорвался с места, обдав ее лицо шквалом воздуха из-под крыльев. Туслах облетел город и направился в горный лес, а Эслин еще какое-то время задумчиво разглядывала свое маленькое королевство, пытаясь осознать, что безопасность этого места зависит от ее решений. За спиной раздалось тихое покашливание, прозвучавшее для нее раскатом грома.

– Я должен тебе признаться, – Дархан успокаивающе поднял руку и медленно подошел.

– В чем? – сквозь зубы процедила Эслин, сжав кулаки так, чтобы ногти покрепче вонзились в ладонь.

– Я не убью для тебя, – вздохнул шаман. – Помню, это было одним из твоих условий, но я намерен впредь распоряжаться лишь своей жизнью, и ничьей более.

Эслин незаметно выдохнула и расслабилась.

– Винить не стану. Я готова сама разобраться с Энтином.

Дархан кивнул:

– Рад, что тебя это не выбило из колеи. Значит, все сложится как нужно, – он взял ее руку в свою и тихо произнес, гладя пальцы. – Мне нелегко далось это признание. Я готовился к упрекам и обвинениям в трусости. Подумать только, мы всего несколько дней не виделись и встретились иными. Как деревья, расцветшие после зимы. Наверняка мы сговорились в Верхнем мире ради этого опыта.

– Не думаю, чтобы чья-то душа в здравом уме подписалась на страдания или раннюю мучительную смерть, – Эслин отшатнулась и скрестила руки на груди.

Лишь на это ее и хватило. В нос снова проник терпкий запах полыни. Хотелось надышаться им впрок, сохранить его источник неподалеку. Стала ли она похожа на свою мать настолько, чтобы защищать и оправдывать своего насильника? Или здесь иное?

– Не сомневайся. Чем старше душа, тем более сложный опыт хочет получить в новом воплощении. Заранее договаривается об этом с другими душами, но попав в Средний мир, все забывает и начинает до черноты в глазах ненавидеть простых наемных работников. Это как приказать строителям возвести треугольный дом, а потом прийти и ругать их за то, что они тебе всю жизнь поломали, забыв четвертую стену. Тогда как их нужно поблагодарить и отпустить, а самому уйти жить в другое удобное место. Я знаю, о чем говорю.

– Погоди, – в груди заклокотало, и ладонь заныла от желания влепить ему смачную пощечину, – ты подводишь меня к тому, чтобы я тебя простила за насилие?! Мол, я сама этого хотела?!

К ее большему раздражению Дар улыбнулся и спокойно ответил:

– Я не говорил прощать. Всего лишь не держать зла за честное выполнение работы. А вот отомстить и убедиться, что кара настигла – можно и нужно! Все согласно материальным законам Среднего мира. Ты вольна сделать мне больно, судить, заточить куда-то, попытаться убить. Но я надеюсь, что еще смогу заслужить прощение и вылить отраву обиды из чаши твоего сердца.

Уголек злости быстро и неотвратимо почернел после того, как шаман признал себя виновным. Их взгляды приникли друг к другу, молчание невесомо обволокло обоих, слегка подталкивая в спины. Почуяв, к чему идет, Эслин твердо решила осадить его, едва сделает попытку. Но сама разрушать мгновение не торопилась.

«Пусть только попробует поцеловать, я сперва поддамся, а потом уколю его чем-то резким… Чем же? Да хоть сразу спрошу, не влюбился ли, чего выдумывать. Тут главное правильная интонация… Но почему не пытается?».

Прямой и высокий шаман и сам застыл как тотем: мышцы его напряглись, а потемневшие глаза намертво приклеились к ней. Эслин помедлила еще миг и резко сделала шаг вперед. Потом еще один.

« Просто подразню и отпряну, едва потеряет самообладание. Да почему же стоит как истукан?! Раньше бы он так сдерживался… Или что, я ему разонравилась? Впрочем, он и не говорил ни о каких чувствах, разве что о приятности моей компании. Ох, Темный Нга, надо проверить. Это всего лишь один… ».

Эслин поднялась на цыпочки и медленно поднесла свое лицо к его. Губы легонько защекотало от предвкушения тепла его губ и тут он уверенно отодвинулся и хрипло произнес:

– Нет, мне нельзя перед большим камланием. Нужно сохранить вот это кипение внутри для лучшего результата…

Слова хлынули на нее ушатом из проруби, и ладонь кнутом все же опустилась на его щеку. Шаман прижал руку к лицу и умилительно улыбнулся.

– И в мыслях не было! Полудурок юродивый! – едва злость сорвалась с уст, Эслин пожалела о своей несдержанности.

Кто первым разозлился – тот проиграл, нельзя было показывать! Как же низко с ее стороны, еще и повод пустяковый… Она была уже близка к тому, чтобы извиниться больше для себя самой, но Дархан молча развернулся и медленно пошел вниз. Вцепившись взглядом в спину шамана, Эслин схватилась за его Зеленые Нити, и вновь не ощутила ничего… Нет, не мертвый дом, а пещера с извилистыми коридорами, живая, заселенная, но укрытая от чужого взора стеной могучего водопада. Эслин вздохнула, приложила холодные ладони к щекам, пылающим как закатное небо, и двинулась в комнаты. Необходимо взять себя в руки, проверить, как идут сборы, и немного отдохнуть. На рассвете им выступать, чтобы подготовить засаду для атаки.

***

Под утро девушка поднялась с постели так резво, будто и не спала вовсе. Несколько раз бросила на лицо ледяную воду из ладоней до легкого покалывания, туго заплела косу и выглянула в окно. В гущу синевы едва ощутимо вмешались розовые ниточки, будто Небесная Мать до краев наполнила чан ночной тьмой, поставила на солнечный огонь и терпеливо ждет, когда же варево закипит и поменяет цвет. У защитников Халганы не было лишнего времени.

Прохладный предрассветный воздух бодрил и придавал уверенности. Эслин разобрала в нем легкий аромат цветов и с досадой отмела мысль разузнать у шамана, что за растения распускаются в это время. Приближаясь к месту сбора, она вновь оценила скромный размер армии, но в то же время отметила свое спокойствие – их задумка с разделением врага должна сработать.

А вот и Хазима Вторая указывает пальцем в карту и повторяет другим Красным их план. Хорошо, что она осталась и вызвалась напасть из засады, чтобы заманить часть отряда Энтина в ущелье на смерть от рук местного клана наемников. Другую часть ждет каменный обвал на дороге, организованный горцами. Важно только подвести незваных гостей поближе к крутым скалам – и это уже задача самой королевы верхом на Туслахе. Важно было не сделать ящера мишенью, а лишь испугать внезапным появлением и заставить сдвинуться на край дороги. Поэтому всю ночь местный кузнец сооружал из металлических щитков подобие нагрудника для ее небесного коня. Эслин надеялась, что серьезных повреждений ее крылатый помощник не получит. Если все пройдет хорошо, после этих маневров останется половина вражеской армии. И вот тут уже пригодится мистическая помощь шаманов, а преимущество даст расположение на возвышенности с несколькими пушками, отбитыми в прежних столкновениях.

Приблизившись к своим союзникам, королева почувствовала на себе десятки взглядов и поймала почтительные поклоны. Она остановилась неподалеку от Нэвлиса, Алимки, Сармика и Дархана. Приблизились подруги. Шум слегка стих. Фиолетовая слегка кашлянула:

– Быстрей, надо что-то сказать. У тебя неплохо выходит, когда не задумываешься.

– Молчание затягивается. Может, я? Хочу представиться, – Нэвлис вынырнул из-за плеча и лукаво улыбнулся.

Эслин ревниво покачала головой, вышла вперед и звучно произнесла, позволив говорить сердцу: