Чтение онлайн

— Миша! Миша, где ты?! — она кричала так отчаянно, что даже сквозь сон Макс почувствовал неладное.

Он резко сел на спальнике, прогоняя остатки дремы. В ушах всё ещё стоял её голос, дрожащий и полный паники. Сон как рукой сняло. Максим тряхнул головой, пытаясь окончательно прийти в себя.

— Что случилось? — пробормотал он, оглядываясь по сторонам. Лагерь казался непривычно пустым и тихим.

Только Сонины всхлипы нарушали утреннюю тишину.

— Миша пропал, — выдохнула она, подбегая к нему. — Его нет в палатке, нигде нет! Я везде искала…

Максим почувствовал, как внутри огромной волной нарастает тревога.

— Так… Спокойно, — произнёс он, стараясь говорить уверенно.

Из второй палатки вышел Артём, потирая глаза. Он встревоженно спросил:

— Что происходит?

За ним, прихрамывая и стараясь не наступать на травмированную вчера ногу, вышла Катя. Лицо её было испуганным — она оглядывалась по сторонам, словно пытаясь уловить малейшее движение в утреннем лесу. Птицы молчали, и эта тишина давила на нервы сильнее любого крика.

— Мишаня пропал, — сказал Макс.

— Его нигде нет! Я звала… Звала… — всхлипывала Соня.

Катя подошла и стала её успокаивать.

Максим жестом отозвал Артёма в сторону, подальше от Кати и Сони.

— Я нашёл это, — тихо сказал он, протягивая потрёпанный дневник. — В заброшенных палатках, когда мы их осматривали. Сунул в рюкзак и забыл. Вчера ночью проснулся, жрать захотелось, и вспомнил вдруг… Прочитал…

Макс оглянулся на девушек, вроде не слышат… Понизил голос практически до шёпота и продолжил рассказ:

— Короче, тут девчонка описывает, как они компанией сюда приехали, тоже в поход. Сначала у них всё весело было, а потом люди стали пропадать. Сначала одна пара, на следующую ночь — вторая, в третью ночь её парень пропал, она осталась одна. А, и ерунда такая же с дорогой была, они кругами ходили… Потом всё, записи обрываются.

Артём осторожно взял тетрадь, ощутив под пальцами грубую, отсыревшую бумагу. На обложке не было ни имени, ни надписей — только глубокие царапины, будто кто-то пытался её разорвать.

Максим показал ему те страницы, где начиналось описание похода.

— Читай вот отсюда, — кивнул Макс.

Артём углубился в чтение, его глаза быстро скользили по строчкам. Лицо, по мере чтения, становилось всё более тревожным и хмурым.

Наконец Артём дочитал и медленно закрыл дневник. Его руки слегка дрожали.

— Что думаешь? — тихо спросил Макс.

Артём долго молчал.

— Не знаю, — наконец ответил он. — Но явно кто-то в этом лесу есть. Может, маньяк? Секта? Или… может, жители этой деревни, где мы вчера были…

— Хрен его знает, — вздохнул Макс. — Но надо быть настороже. Катюха с больной ногой по лесу ходить не сможет. Останетесь с ней здесь. Только найди себе… ну, дубинку, что ли. Хоть какое-то орудие защиты. Я с Соней пойду искать Мишаню. Она всё равно вряд ли в лагере останется — слишком упрямая.

Артём кивнул, но в его глазах читалась тревога.

— А если это… не люди? — тихо сказал он.

— А кто? — удивлённо приподнял брови Максим.

— Ну… звери… может…

Макс помолчал, потом сжал плечо друга.

— Тогда тем более надо быть готовыми. Хотя звери, наверное, растерзали бы всех и сразу. Пока будем исходить из того, что это человек. Люди оставляют следы. Люди ошибаются. Пока будем искать Мишаню, буду осматривать всё внимательно.

— Ладно, — выдохнул Артём. — Только будь осторожен.

Макс улыбнулся, но улыбка вышла натянутой.

— Всегда.

Катя подошла ближе, её глаза были полны слёз.

— Тёма, мне очень страшно! — прошептала она.

Артём поднял на неё взгляд.

— Не бойся. Мы справимся, Катюша. Обещаю.

Она кивнула, хотя в её взгляде читалось сомнение. Лес молчал, но это молчание больше не казалось мирным. Оно было выжидающим.

Максим осторожно приблизился к Соне, стараясь не напугать её резкими движениями. Она сидела на корточках возле своей палатки. Её руки нервно рыскали в рюкзаке, выбрасывая то свёрнутую футболку, то пустую пачку из-под салфеток, ещё что-то. Вокруг уже образовалась небольшая горка вещей, будто Соня пыталась извлечь из недр рюкзака самое важное, но никак не могла определиться, что именно.

Он остановился в паре шагов, давая ей возможность заметить его присутствие. Ветер чуть шевельнул полог палатки, и этот тихий звук, казалось, вывел Соню из транса — она вздрогнула, резко обернулась, и в её глазах он увидел то, чего боялся: хаотичный блеск, в котором смешались паника, страх и отблеск того самого «лёгкого безумия», что поселилось в ней с того момента, как она сообщила ему, что Миша пропал.

— Соня, — произнёс Максим негромко, но твёрдо, делая ещё шаг вперёд. — Артём с Катей останутся в лагере, а мы с тобой пойдём поищем Мишу.

Она замерла, пальцы всё ещё сжимали край рюкзака, но движение прекратилось. Максим видел, как её грудь вздымается чаще, как дрожат ресницы.

— Если он где-то здесь, то мы его найдём. Обязательно! — добавил он, вкладывая в голос всю уверенность, которой на самом деле не чувствовал. Но сейчас это было неважно — важно было, чтобы Соня поверила.

Соня перестала копаться в рюкзаке. В её глазах всё ещё метались тени, но теперь к ним примешалось что-то ещё — слабый проблеск надежды, словно луч солнца, пробившийся сквозь тучи.

— Да-да, конечно, и я пойду с тобой! — выпалила она, голос дрогнул, но в нём уже звучала решимость.

— Конечно, со мной, я так и сказал! — Максим чуть улыбнулся, стараясь разрядить напряжение. — Для начала успокойся! Собери нам с собой что-нибудь перекусить и воды набери, бутылки четыре. Так, что ещё… Возьми компас, ну и всё, пожалуй.

Он говорил размеренно, чётко, будто отдавал приказы, но в этом была своя логика — когда мир рушится, человеку нужно простое, понятное действие. Что-то, что вернёт ощущение контроля.