Чтение онлайн

– Хороший.

Шпарин снял сковороду с плиты, отнес в зал, водрузил на металлическую подставку в середину стола, втянул воздух и потер ладони.

– Тащи шампанское, Николаич, разомнемся.

Бам! Пробка ударила в потолок, и шампанское запенилось в бокалах.

– Прекрасное вино, похоже на наше «Советское», доперестроечное. Эх, жизнь была!
– сказал Сергей Николаевич, цепляя ложкой кусочек хлеба с горячей тушенкой.

– Ну и как спецблюдо?

– О-о… Шедеврально!

– Простенько, вкусно и питательно. Лопай, лопай…

Наверху скрипнул паркет, осторожные шаги, шелест ткани.

– Унюхала. Голод не тётка. Не смотри на нее, - тихо сказал Шпарин.

Блондинка сбежала вниз, заскочила на кухню, выхватила из холодильника новый пакетик йогурта и, проходя мимо стола, споткнулась и презрительно выдавила:

– Шампанское и тушенка!

– А у нас и покрепче есть!
– приподнято сообщил Сергей Николаевич.
– Присоединяйтесь.

– Сервелатик!- сказал Шпарин, наколол вилкой кусочек копченой колбаски и поднял вверх.
– Но убийц не кормим!

– А сам кто?
– прошипела блондинка, бросаясь к лестнице.

– Вот посмотришь, Николаич, надолго ее на хватит, - заверил Шпарин, подкладывая экстрасенсу салата.

– А вообще-то - откуда жрачка?
– запоздало поинтересовался Сергей Николаевич.

– Дубликат Карамельки, - коротко ответил Шпарин.

Сергей Николаевич вздохнул и пригладил волосы.

– И она на месте?

– На месте, только теперь глаза голубые.

Шпарин оказался прав, блондинки хватило минут на десять. С гордо поднятой головой, в зеленом трико и зеленой футболке, девушка продефилировала мимо стола и хлопнула входной дверью.

– Покормлю бритую псину, - сказал Шпарин, хватая сковороду.

Блондинка стояла у беседки спиной к дому, курила и, подняв голову, задумчиво разглядывала звездное небо.

– Собака, собака… - позвал Шпарин, выскребая ложкой остатки «спецблюда» в собачью миску.
– До сих пор не знаю как тебя и зовут.

– Маша, - отозвалась блондинка.

– Я не у тебя спрашивал.

***

– Может ты зря с ней так… Жестко.

– Тихо! Идёт!- сказал Шпарин.- А теперь, Дружище, помянем сестер, Нину и Вику, помянем безвинно загубленных… Загубленных, э-э…

– Режимом… Хунтой, - подсказал Сергей Николаевич.

– Сатрапами хунты. По отдельности помянем. Сначала Вику, потом Нину.

– Ну, давай, друг! Не чокаемся, - предупредил Сергей Николаевич.
– Они, наверно, похоронят их в братской могиле.

– В сестринской… В сестерской.

– Завтра позвоню полковнику!
– рявкнула блондинка.

– Ну и чё он нам сделает!

Сергей Николаевич расхрабрился, раскраснелся, глаза блестели, он явно получал удовольствие, наблюдая за пикировкой друга и убийцы сногсшибательных «кисочек».

– Увидишь, чё сделает.

Блондинка, всхлипывая, унеслась.

– Плачет, - сказал Сергей Николаевич.
– Расстроилась. Зачем ты назвал её собакой?

– Сама откликнулась. Убийцу зовут Маша.

Часы на стене пробили десять раз. Шпарин достал «брегет» и щелкнул крышкой.

– Минута в минуту. А часиков на стене я не припоминаю.

– Ты многое не припоминаешь и никогда припомнишь.

Сергей Николаевич вытряс последние капли в стакан.

– Надо было две брать!

– Скажи спасибо Карамельке и за одну. Ползи, Николаич, в комнату, заботливо выделенную нам убийцей Машей, отдыхай, я ушел на свидание.

– На романтическое?
– уточнил экстрасенс.
– Любит Карамелька тебя, любит. Все дубликатки тебя любят. Она тебе в этот раз точно дасть.

– Спасибо сказать, страдалец! За пищу нашу. Но как получится.

– Я с убийцей Машей наедине не останусь, - пригорюнился Сергей Николаевич.

– А чего так? Может она тебе дасть. Ты ее не расстраивал.

– Никому она не дасть и тебе не дасть, а уж мне и подавно.

– Я вам дам… Я вам дам!..
– топая ногами, крикнула убийца Маша с лестницы.
– Я вам… А ну пошли спать!

– Счаз-з тебе… - наморщив нос, сказал Сергей Николаевич и показал девушке «дулю», потом вытянул руку и хлопнул по изгибу ладонью.

– Ах, ты… Бегом наверх!..

– Стрелять будешь? Сатрапка!

– Николаич!.. Николаич…- сказал Шпарин, поднимая руки.
– Она не шутит!

– Как есть собака. Как есть… Надо было всё-таки ее покормить, - пробормотал Сергей Николаевич и рванул рубашку.
– Стреляй!.. Стреляй, в мою седую грудь!

– Что ты сказал, мерзкий старикашка?

– Да идем, идем… Спешим на полусогнутых,- укладывая ладони на затылок, буркнул экстрасенс.
– Тебе бы в лагерь, на должность «вертухая».

Подталкивая друзей пистолетом, девушка провела их по скрипящему паркету, у двери в последнюю комнату потрясла двумя двухцветными «брелками» перед носами и яростно крутанула светлые ободки на красных половинках.

– О-ё-е… - провопил Сергей Николаевич.

– Твою ма-ать… - простонал Шпарин.

– Это вам за убийцу! Это вам за собаку!
– злорадно улыбаясь, сказала убийца Маша.
– Свободны! В пределах комнаты. До завтра, придурки!

***

«В пределах… Свободны… Она меня… Она нас слушает через двухцветные навороченные штучки! Все прибамбасы в одном «флаконе»!

Шпарин прижал палец к губам и показал глазами на пол.

– А-а?..
– не понял экстрасенс.

Шпарин наклонился, задрал штанину и ткнул пальцем в «браслет».

– Тихо… - сказал он, вращая глазами.
– Тихо… На улице. Наверное, дождь будет.

– А-а… - закивал Сергей Николаевич.
– Природы замерли. Ни ветерка. Наверно, будет.

– Кровать двуспальная, две подушки, два одеяла. Маша нам все приготовила, постелила. Спасибо ей за заботу. Спать будем «валетом», Николаич. Кто знает, что у тебя на уме.

– На уме у меня ничего. Совсем ничего. Я «валетом» не хочу, ты будешь всю ночь совать мне ноги в рот.

– Ладно, старичок. Как пожелаешь. Только не дыши на меня. Я моюсь первым.

Друзья сходили в туалет, приняли душ в душевой кабинке и улеглись.

– Обиделась!
– громко сказал Шпарин, дергая экстрасенса за плечо.

– Обиделась, Миша, обиделась, - подыграл Сергей Николаевич.
– Но ты же не хотел?

– Совершенно не хотел, кормил собачку, а оно вон как вышло.