Чтение онлайн

Девушка кивнула на зеркальный буфет, оттянула вырез футболки, опустила шнурок с «брелками» и поднялась.

– От дома до магазина двести метров, старичок. Дальше - ба-бах… - сказала Мария, надевая синюю панаму.
– Не вздумай купить спиртного! Идем, Весельчак!

***

Раздвигая стебли высокого папоротника, она медленно шла впереди, в метре от неё спотыкался Шпарин и тоскливо изучал бедра обтянутые тонкой тканью.

«Без трусов… Или в стрингах… Надо же какие штанишки одела в лес… Накрасилась… Спецом виляет, спецом… Ну почему все красивые бабы такие стервы… Руки так и чешутся, так и чешутся… И еще кое-что «чешется»… Удавлю… Удавлю сучку…».

– Не получится, ни трахнуть, ни задушить! И нужен ключ, маленький ключик, чтобы снять, - не поворачивая головы, сказала девушка.

– Читаешь мысли?

– Просто знаю, о чем ты думаешь. Мужчины предсказуемы.

– И в мыслях не было, - сказал Шпарин.
– О том чтобы трахнуть.

– Ой, ли?

– Ладно, ладно… Думал. Легче стало?

– Я как-то не волновалась.

Она привела его на ту самую поляну. Сняла рюкзачок, достала полотенце, коричневый берет особиста, полотенце расстелила на траве, отвинтила крышку тубуса, замотанного в мешковину, разложила на ткани металлические детали и быстро собрала короткоствольную винтовку, один в один похожую на ту, что была у Марины Сенокос в одной из прошлых жизней Шпарина.

Девушка протянула винтовку, магазин, сказала: «маслята», побежала к березе, сломала ветку, повесила на сучок берет и крикнула:

– Тебе он больше не нужен! Давай!..

– Не боишься?

– Ключик! Только я знаю, где он.

– Отойди… Не удержусь!

Она не сделала ни шага в сторону, но через прицел Шпарин разглядел - побледнела. Побледнела, но не сдвинулась и на сантиметр.

Порывы ветра раскачивали берет, волосы девушки развевались, она стояла, заложив руки за спину, Шпарин медлил, разглядывая в оптический прицел ее лицо, широко открытые глаза и вздымающуюся грудь.

«Что за игры, красотка? Что за игры, блин!.. Хочешь понять, как далеко я зайду? Когда всажу пулю в сердце, будет довольно поздно что-то понять!».

Он задержал дыхание и начал стрелять почти не целясь. После последнего выстрела берет упал на траву, Мария шатнулась и уперлась локтем в ствол.

«Не железная… Но зачем?».

Девушка подняла берет, повесила на сучок, спряталась за дерево, выглянула и крикнула:

– Вете-ер!.. А теперь по-настоящему! В рюкзаке другой магазин, с боевыми!

«Ну не стерва…».

Шпарин вогнал новый магазин и прицелился ей в лоб.

– Я тебя вижу!

Она выглянула и снова спряталась. Шпарин выругался, опустил винтовку, прицелился в в коричневый сапожок, поднял винтовку выше и дырявил головной убор, пока в магазине не кончились патроны.

Девушка покинула укрытие, сняла берет, посмотрела на свет и вернулась к Шпарину.

– Круто!.. Чье это сердце?

– Твоё! Экзамен сдан?

– Ну как тебе сказать…

Мария усмехнулась и дотронулась пальцем до правой сережки.

– Виктор?.. Я закончила. Можешь уходить.

– «Понял», - ответила левая «сережка».

– Ну ты и… - гневно произнес Шпарин.

– Как и ты!
– собирая гильзы, сказала девушка.
– Кстати, зачем тебе с твоим не голубым другом столько париков?

– Хобби у меня, собирать парички, - ответил Шпарин.
– Ну и еще парочка есть.

***

Сергей Николаевич не был бы Сергеем Николаевичем… Когда они вернулись, экстрасенс уже был навеселе, суетился у жаровни, зажав большим пальцем горлышко светлой бутылки, прыскал тонкой струйкой на куски курицы, переворачивал шампуры и вполголоса напевал:

– Хороша Маша… а-а… Хороша… Маша-а… Да не наша… Не наша… Ту-ту… Тру-ту-ту…

– Вот же козёл!
– прорычала «Маша да не наша».
– Ты… Ты напился!

– Пока нет, винишко сухонькое, разве им напьешься?

Сергей Николаевич присосался к горлышку, допил остатки, поставил пустую бутылку на траву, положил ладонь на голову, а другую поднес к виску.

– Здравия желаю, лейтенант Ветрова!

– А?.. Ты вскрыл мою комнату!
– вскричала девушка.
– Я тебе сейчас покажу «тру-ту-ту»!..

– И пистолетик нашел, ты его не взяла.

– Отдай!

– Вон, в беседке, на столе.

Девушка забежала в беседку, схватила пистолет и завопила:

– Где обойма?

– Выкинул.

– Куда выкинул, старый хрен?!

– В бассейн, спецагент Ветрова.

Девушка, сжимая пистолет побелевшими пальцами, заглянула в бассейн, всмотрелась в воду, постояла, переминаясь с ноги на ногу, и медленно пошла к дому.

Сергей Николаевич поднял шампур и помахал.

– А как же обед?

– Жри сам свой обед!

– Я йогурт купил!
– крикнул экстрасенс.
– Три коробочки купил. Тебе, Маша!

– В самом деле выбросил?
– спросил Шпарин.

– Конечно, нет! Маша! Маша!..
– закричал Сергей Николаевич, вытаскивая обойму из кармана.
– Вот она!

Девушка вернулась, вырвала обойму и столкнула экстрасенса в бассейн.

***

Сергей Николаевич всплыл в дальнем углу.

– Спасибо, Миша… Вовек не забуду… Спасать бросился… - выплевывая воду, сказал экстрасенс.

– Ты умеешь плавать!
– удивился Шпарин, подплывая к другу.

– А хрена ли… Я в деревне у речки рос, пока мы с родителями не переехали в город… У нас в школе по «физре» была преподавательница… худенькая такая, - сказал экстрасенс, хватаясь за белый кафель.
– А грудь большая… Как у Маши.

– Ну хватит уже про сиськи! Хватит!.. Вылазь, шашлык подгорит.

Друзья выбрались из бассейна. Сергей Николаевич разделся, бросил спортивный костюм на траву, выжал трусы, надел и подбежал к жаровне.

– У Карамельки на глазике фингал. Фингальчик… - сообщил Сергей Николаевич, переворачивая шампуры.
– Лейтенант Ветрова постаралась.

– За что?

– Карамелька не доложила. Еще сказала: передай Михал Иванычу, что стыдно врать одинокой девушке.

– О чем стыдно врать?

Шпарин снял трусы, поднял мокрую одежду и развесил на веревках натянутых у беседки.

– Э… - сказал экстрасенс, показывая пальцем на пах друга.
– Это перебор. Лейтенант Ветрова смотрит из окна на твой хобот и балдеет.