Новый Мир ( № 8 2013)
Шрифт:
ведь платье измято, o:p/
коса развита. o:p/
Будут секрет наших жарких встреч — o:p/
тантарадей! — o:p/
липы беречь. o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
Песня бродячего поэта o:p/
o:p /o:p
Натёр себе ноги, o:p/
присел у дороги, o:p/
понур и невесел, o:p/
я голову свесил. o:p/
Прилёг, подложив под затылок кулак, o:p/
смеются прохожие — что за чудак! o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
Кто может, ответьте, o:p/
как жить мне на свете? o:p/
Чтоб мысли всё те же o:p/
терзали пореже? o:p/
Зачем не придумано мудрых наук, o:p/
чтоб можно сложить было в общий сундук o:p/
o:p /o:p
и спрятать всё вместе — o:p/
от рыцарской чести o:p/
до милости Бога o:p/
и денег немного? o:p/
Я нажил пока лишь заплечный мешок, o:p/
в нем хлеба краюшка да глупый стишок. o:p/
o:p /o:p
Чего не бывало — o:p/
ларей и подвалов. o:p/
Нужна мне сегодня o:p/
лишь милость Господня. o:p/
А гордость с богатством, и чванство, и спесь — o:p/
в свой спрячьте подвал, если он у вас есть! o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
ИЗ ПЕСЕННИКА ВАГАНТОВ «КАРМИНА БУРАНА» o:p/
o:p /o:p
(ок. 1250) o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
Песня жареного лебедя o:p/
o:p /o:p
Когда-то мирно жил я дома, o:p/
у небольшого водоема, o:p/
вода, и травка, и солома — всё было мило и знакомо. o:p/
o:p /o:p
Припев: Поперченный, посоленный, o:p/
замученный в неволе я! o:p/
О-о-о, бедный! o:p/
o:p /o:p
Туда-сюда снуют здесь слуги, o:p/
все раскраснелись от натуги. o:p/
Меня на блюде чьи-то руки несут гостям, чтоб съесть от скуки. o:p/
o:p /o:p
Припев o:p/
o:p /o:p
Я лучше плавал бы прилежно o:p/
в чистейшем озере безбрежном, o:p/
чем потонуть во тьме кромешной, в подливке мутной, подгоревшей. o:p/
o:p /o:p
Припев o:p/
o:p/
Я пересох. Восторгов стоны o:p/
неслись мне вслед во время оно. o:p/
Теперь же я черней вороны, лебяжьей нет на мне короны. o:p/
o:p/
Припев o:p/
o:p /o:p
Я прибыл весь в застывшем сале o:p/
из кухонной подвальной дали. o:p/
Но бодро рыцари жевали, под стол шутам куски кидали. o:p/
ЧТОБ НЕБЕСА ИХ ПОКА-Р-Р-РАЛИ!!! o:p/
КРЯ — КРЯ — КРЯ — КРАЛИ!... o:p/
o:p /o:p
Припев o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
О поведении подмастерьев o:p/
o:p /o:p
Вот паренёк с одной девицей o:p/
решили вдоволь порезвиться, o:p/
окно завесив лишь тряпицей и не закрыв замков. o:p/
o:p /o:p
Припев: Чур меня, чур, во веки веков! o:p/
Клянусь Граалем, мы всё наврали. o:p/
Содом и Гоморра, такого позора o:p/
у нас быть не может, прости нас, Боже! o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
Те двое были в полном раже, o:p/
мы вам подробно всё расскажем, o:p/
всё видно без замочных скважин и без дверных глазков. o:p/
o:p /o:p
Припев o:p/
o:p /o:p
Эй, парень! Ты по крайней мере o:p/
знай толк в приличиях и вере. o:p/
Греши, но запирай все двери и заведи альков. o:p/
o:p /o:p
Припев o:p/
<![if !supportFootnotes]>
<![endif]>
<![if !supportFootnotes]>[1]<![endif]> Старейший немецкий художественный текст неизвестного поэта (первые девять строк) и присоединенная к нему молитва (шесть последних строк). Найдены в монастыре Вессобрунн недалеко от Мюнхена. Датируются не позднее 814 года.
o:p /o:p
<![if !supportFootnotes]>[2]<![endif]> Миннезингер из Кюренберга — первый известный немецкоязычный лирический поэт.
o:p /o:p
<![if !supportFootnotes]>[3]<![endif]> Первая женщина-автор лирических стихов на немецком языке. Она же — монахиня и первая женщина-врач.
o:p /o:p
<![if !supportFootnotes]>[4]<![endif]> Величайший поэт Средневековья, которого называют немецким Данте. Первым начал писать стихи от лица простой женщины.
o:p /o:p
Семейный портрет на фоне эпохи
Горелик Михаил Яковлевич — публицист, эссеист
Горелик Михаил Яковлевич — публицист, эссеист. Родился в 1946 году. Окончил Московский экономико-статистический институт. Постоянный автор «Нового мира». Живет в Москве. o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
«Тоня и ее дети» («Tonia i jej dzieci»). Режиссер Марцель Лозиньский, 2011, 57 минут. Марцель Лозиньский — классик польского документального кино. В том же году картина получила «Золотого лайконика» <![if !supportFootnotes]>[1]<![endif]> на Международном краковском кинофестивале с формулировкой «За создание произведения, соединяющего лучшие традиции польской документалистики с интеллектуальной смелостью и критической проницательностью».