Чтение онлайн

То ли в жаркие месяцы геомагнитная обстановка другая, то ли мужики активнее заглядываются на оголившихся посторонних девиц, но ко мне неоднократно приходили парочки, жаждущие развестись. Некоторые жаждали этого столь активно, что на консультациях меня спасали беруши.

Но Макс, этот доморощенный психолог, который скорее всего и целовался-то только, не размыкая губ, мирил их и убеждал, что развод - это фигня и глупости для трусов. Короче, по его вине я лишилась доброй части клиентов. Ему бы орден с подписью президента за поддержку демографической ситуации в стране...

Шеф за подобный косяк выговаривал мне, а не мелкому, потому что они сумели сдружиться. И это при возрастной разнице в тридцать лет!

После того случая я подговорила родителей надавить на пацаненка, чтобы он малость угомонился. И он угомонился. Или же это было затишье перед бурей.

– Насть, да это реально золотая жила! Посуди сама! Что у нас на носу?

– У меня родинка, а у тебя прыщ пробивается.

– Да нет же, балбесина! Новый год на носу! А какой самый ходовой товар в Новый год?

– Шампанское? Мандарины? Открытки со снеговиками?
– предположила я.

– Елки! Мы с Федькой посовещались и решили продавать елки.

Федька - это лучший друг младшенького, который от отсутствия инстинкта самосохранения поддерживает любые идеи Макса.

Я надкусила слегка остывший пирожок и с набитым ртом ответила:

– Статья 260 УК РФ. Незаконная рубка лесных насаждений. Учитывая, что вы будете вдвоем с Федькой, то часть вторая. Предусмотрено наказание в форме штрафа до миллиона рублей либо лишения свободы сроком до четырех лет.

– Настась, не нуди. У Федьки рядом с дачей лесок, а там крошечные елочки. Кому они нужны вообще? А мы по- тихому срубим пару десятков и выставим на нашем базаре. А то приходится за елками на автобусе мотаться. Непорядок!

– Ты если рассчитываешь, что я тебе сухари стану на зону передавать, то не обольщайся.

– Я так-то рассчитывал, что у меня среди ближайших родственников имеется крутой юрист и в случае чего он, точнее она, меня отмажет.

– И лишиться работы?!

– Да не дрейфь, Настюха! Все тип-топ будет. Мы и с двоюродным дядькой у Феди договорились. У него вместительный грузовичок, он нам елочки на базар и доставит. Ему даже платить не надо. Только бутылку потом выставим.

Зачем он мне все рассказал? Я ведь сейчас при неблагоприятном раскладе подельником стану.

– От меня-то ты чего хочешь? Решил срубить бабосика на рубке елок - флаг тебе в руки и барабан на шею. Твоя идея - твоя реализация, твоя реализация - твое обморожение. Ну, и деньжата поверх всех неприятностей

– Ты почему такая огорчашка? Позитивней надо быть, сестра!

– Еще раз, Макс. Я скоро ухожу гулять с Ксюхой. Выкладывай, чего надо.

– Настась, - ой, не к добру эта вмиг смягчившаяся интонация.
– Тут такое дело... Мы все рассчитали, и решили, что торговать надо двадцать восьмого и двадцать девятого числа. Это четверг и пятница. А у меня по географии полугодовая тройка выходит. Родители обещали, что если закончу четверть без трояков, то подарят профессиональный фотоаппарат. А ты представляешь, какие это возможности для будущего заработка? Короче, я в четверг и пятницу буду зависать в школе и целовать туфли нашей престарелой географички. Федька тоже занят. Ты поторгуешь елочками?

– ЧЕГО? Нет!
– закричала я.
– Не дождешься! Твоя каша - твои комочки! Разгребайся сам, коммерсант недоделанный!

Как ему только в голову пришло, морозить меня перед праздником? Но я сама виновата - по глупости рассказала, что последнюю неделю перед Новым годом у нас в конторе сокращенный график работы.

– Настенька, ты подожди отказываться! Я же ради тебя стараюсь. У нас елочки невысокие, но пушистые. Я по ценам сориентировался, у нас примерно тысячу каждая будет стоить, тридцать процентов выручки тебе! Это примерно семь косарей за два неполных дня! Чем не бонус к твоей будущей ипотеке?

Жук навозный, ненавижу его! Чтоб его самого какой-нибудь из собратьев в шарик скатал и утащил к вонючей кучке!

Здравствуйте, меня зовут Анастасия, мне двадцать семь, и я живу с родителями и младшим братом. Уже примерно год активно коплю на первоначальный взнос для покупки собственной квартиры.

– Сорок!
– начала торговаться я.

– Тридцать пять, - ответил Макс.

– Пятьдесят!

– Ладно, сорок, - сдался младшенький.

Только не надо меня обвинять! Я чту закон, в конце концов, он меня кормит. А маленькое холодильное приключение, предложенное Максом... Будем считать, что это безобидная шалость. Типа сжигания кнопок в лифте. Только я с елочками еще радость людям принесу. Почти Снегурочка, елки-палки!

И вот я вернулась из воспоминаний обратно в сугроб.

Продажи у меня идут, чего греха таить. Торгую всего четыре часа, а уже половину елок раскупили. Но последний покупатель, забрав деревце, рванул к уезжающей маршрутке и случайно сшиб меня с ног. А встать самостоятельно у меня не получается. Где здесь трон королевы лохушек?

Прекратив неудачные попытки подняться, я уселась под елкой в позе хмурого гнома. Кажется, даже начала засыпать. Но снегом меня припорошило знатно.

Вдруг ветку, под которой я скрылась, кто-то отодвинул, отчего еще несколько горстей снежинок прилетело на щеки. Незнакомец вкрадчиво спросил:

– Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная? Хотя... судя по твоим губам, уже больше синяя...

– Спакуха, дедуля!
– ответила я, не поднимая глаз.
– Синий мне к глазам подходит. Так что еще пару часиков посижу и пойду кавалеров обольщать своей неземной красотой.

– Что же ты, Настенька, дедушку обманываешь?
– спросил он ласковым и совсем не старческим голосом.

Стоп! Настенька? Я ведь не представлялась. А это уже определенно повод, чтобы вылезти из капюшона и посмотреть в глаза «старцу».

Пока я соображала, он схватил меня за промокшую варежку и поставил на ноги.

– Ванька!
– узнала я бывшего одноклассника.

– Давно не виделись, Матрасова, - хмыкнул он в шарф.

Ксюха частенько повторяет, что мне нужно не карьеру строить, а замуж бежать, дабы избавиться от этой дурацкой фамилии. Вообще, я подозреваю, что несколько поколений назад мы были Матросовыми. За этот факт говорит хотя бы то, что родители моего отца переехали из Владивостока. Но, видимо, какому-то еще чуть менее удачливому родственнику, чем я, удалось напороться на пьяную паспортистку, волею которой мы из романтичных Матросовых превратились в полосатых Матрасовых.