Чтение онлайн

– Точно. Давно, - согласилась я.

С Ванькой мы учились вместе с первого класса. Более того, с первого класса и до последнего урока в одиннадцатом классе мы сидели за одной партой. В началке нас уместили рядышком, а потом как-то пропало желание пересаживаться. Там мы и остались единственной партой «мальчик-девочка» в классе.

Мы даже дружили. Конечно, особо тайными секретами не делились. Да и целоваться учились не друг на друге. Но вот поржать и перержать мои косяки или другой достойный повод получалось мастерски.

А в нашу последнюю школьную весну мы разругались, но не отсели друг от друга. Просто объявили молчанку, а я даже голодовку на пару дней (моей туповатой голове показалось, что к выпускному стоит слегка похудеть). Мы не разговаривали, когда репетировали вальс к последнему звонку, на вручении аттестатов и выпускном. А уж после выпускного и подавно.

Как итог - с Ванькой мы не виделись десять лет.

Я помню, из-за чего мы поссорились, но за давностью лет обида померкла.

– Чего же ты, Настенька, свои щечки красивые морозишь?

– Не поверишь, дедушка! Впряглась за неблагодарного оленя, который в данный момент воюет с географией.

По лицу Вани прочитала - он ничегошеньки не понял.

– Младший брат просил за него поторговать. У него мегаважная контрольная на носу.

– А! Я помню твоего мелкого! Максим, кажется?
– я утвердительно кивнула.
– То-то я думаю лицо у парнишки знакомое...

– У какого парнишки?
– напряглась я.

– Да сейчас за магазином столкнулся. Чую - где-то я его видел, а где не помню.

Я сняла капюшон и ткнула варежкой в свой головной убор.

– У парнишки случайно не такая же шапка?
– грозно поинтересовалась я.

– Точняк! Она! Я еще удивился, что кто-то вязаные ушанки носит.

Макс! Засранец, чтоб тебя! Ошибки быть не может - нам такие шапки связала бабушка на прошлый Новый год. И они настолько нелепые, что ни один магазин не решится показывать их людям.

– Вань, а ты мог бы посмотреть за елочками пять минут?

– Я? С чего бы это?

– Двести рублей, - надавила я.

– Пятьсот!

– Триста.

– Договорились. Только если ты через пять минут не появишься, я забью на елки и веру в женскую порядочность.

Я двинулась в направлении, которое указал бывший одноклассник. И, о чудо, заметила младшенького. Он стоял рядом с какой-то девчонкой и довольно улыбался. Я уверенной походкой заполярного колобка направилась к парочке.

– Здравствуйте, молодые люди, - мой обычно звонкий голос хрипел то ли от холода, то ли от негодования.

Макс медленно, как жертва триллера в темном подвале, повернул голову и промямлил:

– Привет.

Девчушка заливалась румянцем. Ее красные щеки - это определенно румянец, а не морозный эффект, потому что она слишком явно смущалась даже внимания Максима.

– Что же ты, Максик, даже не представишь нас?

– Алиса, это моя сестра - Настя. Настя, это Алиса, мы учимся в параллельных классах.

В глаза не смотрит, паразит такой. И правильно делает.

– Здравствуйте, - робко мазнула по мне взглядом Алиса.

Как такое чудо могло связаться с моим братом? Такая тихая, скромная девочка... И Макс ей нравится. Да и она ему. Слишком очевидно.

У нас в семье на протяжении нескольких поколений сложилась традиция, что жен и мужей выбирают из одноклассников. Это не правило, просто так почему-то получается. И ведь ни одного развода! Все счастливые, как поросята в теплой грязевой луже.

Одна я непутевая.

А Макс, значит, может продолжить традицию? И вот глядя на Апису, уже я забеспокоилась, как она с такими узкими бедрами родит мне племянников? Такая худенькая девочка...

Я заметила на ее берете фигурку балерины. Ох, неспроста эта брошь, худоба и прямая осанка!

Тогда-то я и придумала месть младшенькому.

– Алиса, - обратилась к девчушке, - а ты любишь балет?

В секунду она трансформировалась из робеющей подружки брата в заинтересованную фурию.

– Обожаю! Я сама долго танцевала, но пришлось прекратить. Слишком высокая...

– Ой, а ты знаешь, Максим тоже жить не может без балета!

– Правда? Он мне не рассказывал! Максим, серьезно?

У брательника задергался глаз.

– Да, Аписа. Правда, - сквозь зубы.

– Как же это здорово, - заливала я.
– В таком случае, Максик, можно я расскажу о твоем новогоднем подарке? Я купила два билета на «Щелкунчика», хотела сходить вдвоем с любим братом, но появились другие планы. Алиса, ты же составишь Максу компанию?

– Я? Это же так дорого... Я хотела пойти, но родители сказали, что не дадут столько денег.

– Аписа, - прервала я ее сомнения. Она уже давно согласна, но чем более вымученным окажется ее решение, тем меньше шансов у Макса соскочить.
– Билет все равно пропадает, так что соглашайся.

– Хорошо. Спасибо! Максим, я такая счастливая!
– накинулась она с обнимашками на брата.

А он посла мне убийственный взгляд, когда я распрощалась.

Макс ненавидит балет. Нет, не так. У него от балета нервные конвульсии и ненависть ко всему свету. Причин такой нелюбви две.

Во-первых, наш дед обожал классическую музыку, особенно балетные композиции. Он сохранил граммофон и виниловые пластинки и ежедневно музицировал. Почему-то дед решил, что Максу тоже стоит привить хороший вкус, поэтому с пеленок усаживал малого рядом с собой. А Макс, заядлый хипхопер, не может отказать старшему родственнику и по сей день.

Во-вторых, несколько пет назад брата слегка поколотили студенты танцевального училища. Он тогда еще самоутверждался за счет унижения других и однажды нелестно отозвался о «пацанах в колготках». Только он не учел, в какой физической форме находятся эти пацаны и как они горой стоят друг за друга. Макс тогда пришел домой в синяках, хромой и даже в слезах. Я его успокоила, а когда выдворила в ванную умыться, долго хохотала. С тех пор эта наша братско-сестринская тайна. Никому не позволю смеяться над своим братом! Все шуточки в его честь должны достаться мне!