Чтение онлайн

— Тсс.

— Перестаньте меня перебивать.

— Я обещаю перебивать вас только тогда, когда вы говорите глупости о себе. — Он опускает меня и одаривает серьезным взглядом. — Вы чудесны, мой таинственный друг. Есть причина, по которой вы завладели моим вниманием на весь вечер.

— Я бы извинилась, но мне довольно приятно ваше общество.

В моих словах есть искренность, но ничего из этого не было реальным для него. Я не назвала своего имени, не рассказала ему ничего о своей жизни и провела вечер, выспрашивая его — все, что могла узнать о магии и фейри. На любой его вопрос обо мне я отвечала уклончиво. Возможно, я и не пустила его за свои многочисленные барьеры, но это не мешает бабочкам наполнять мой живот, когда наши взгляды встречаются.

— Когда я смогу увидеть вас снова? — Искренний блеск в его глазах заставляет меня чувствовать себя более неуютно, чем когда он подхватил меня на руки. — Я знаю, что я не из Фар-Уотера и не из Лунного Дворца, но я устрою…

Он хочет увидеть меня снова? О, это никуда не годится.

— Это невозможно, Ваше Высочество. — Я встаю и разглаживаю платье. Блестки на моем корсаже были такими красивыми, когда я прибыла, но теперь они грубые под пальцами. Мое колотящееся сердце больше не хочет бежать к нему — оно велит мне бежать прочь. Далеко. Уходи. — Я должна немедленно удалиться.

— Я не понимаю.

— Не следуйте за мной. — Я отступаю, качая головой. — Пожалуйста. Это была чудесная ночь, но для меня это может быть только одна ночь.

Он бесполезно тянется ко мне, но слушается — он не следует.

— Я предлагаю вам больше, миледи. Я желаю предложить вам целый мир. Неужели вы действительно не примете его?

— Вы не можете. — Я приподнимаю уголок губ, печально улыбаясь. — Вы не знаете меня, Принц Эмир, но я не гожусь в королевы. Я не та, кого вы ищете. Доброй ночи.

Если верить пророчеству, я вполне могу оказаться той, кто погубит его трон, а с ним и всех нас.

Офелия

— Вставай! — визжит пронзительный голос.

Кто-то срывает с меня одеяло.

Боже, сейчас же слишком рано для этого.

Я сажусь, моргая на солнце. Прошлая ночь была сном, и моя душа осталась там, паря с принцем. Так странно оказаться в своей унылой, неубранной спальне. Раздувающиеся ноздри Леди Эшбридж, как у быка, — зрелище не менее ошеломляющее.

Что ее так расстроило в такую рань? Мне все равно. Где-то глубоко в костях я все еще танцую с прекрасным принцем — принцем! Мужчиной, что показал мне магию, что держал мою руку в своей, что кружил меня по саду…

Как мне вернуться к обычной жизни?

— В чем дело? — бормочу я, свешивая ноги с кровати. Я разглаживаю ночную рубашку, вставая, и тру глаз кулаком.

— Уверена, ты и сама знаешь. — Ее нос морщится. — Поправь свой морок, чтобы весь мир не лицезрел тебя в таком виде.

Я бросаю взгляд в зеркало над своим комодом. Она права. Я переливаюсь и мерцаю в утреннем свете. Серебристые блестки падают к моим ногам и собираются на ресницах, как утренняя роса на траве. Мои мягкие, прозрачные крылья оборачиваются вокруг меня, словно защищая, и под режущим взглядом мачехи это единственное, что приносит мне утешение.

Мои сводные сестры стоят в дверях. Глаза Элизы широко распахнуты от ужаса, а взгляд Райи… виноватый.

Полный раскаяния.

О, нет.

— Как ты могла? — Леди Эшбридж стоит достаточно близко, чтобы я могла разглядеть каждую пору на ее кнопочном носу. — Я говорила тебе не выпускать их из дома, но ты это сделала.

— Я не знаю, о чем вы…

— Лгунья. — Она вылетает прочь. — Меня не было всего одну ночь, и фейри чуть не забрали моих дочерей.

— Мама, это не так… — начинает Элиза.

— Почему ты не идешь? — рявкает Леди Эшбридж.

Должно быть, она говорит мне. Даже когда ее дочери плохо себя ведут, со мной она разговаривает только так.

Все трое мы бросаемся за Леди Эшбридж.

— Райя не хотела, — говорит Элиза.

— Я знаю, — шепчу я.

Но я не могу заставить себя посмотреть на другую свою сводную сестру. Возможно, она и не хотела, но я снова в беде из-за ее выбора — будто я вообще могу контролировать то, что они делают. Мои сводные сестры могут делать что хотят, независимо от того, что думает их мать-тиран. Они не так уж невинны.

Мы стоим в центре главной комнаты, и Леди Эшбридж ходит вокруг нас кругами.

— О чем ты только думала? — выплевывает она. — Тебя могли убить.

Я сжимаю губы.

— Что, если бы принц выбрал одну из вас? Вас могли бы увести в их замок, и вас бы больше никогда не увидели! Вы бы никогда не увидели друг друга снова.

— Разве это было бы так ужасно? — Слова слетают с губ без разрешения. — Быть похищенной прекрасным принцем? Где угодно лучше, чем здесь.

Леди Эшбридж останавливает на мне свой жестокий, холодный взгляд, и я, кажется, таю на месте — лишь бы подальше от нее. Сводные сестры задерживают дыхание рядом. Я оказываю им услугу — которую они не заслуживают.

Моих слов может быть достаточно, чтобы отвлечь внимание от них.

— Как ты смеешь такое говорить? — кричит Леди Эшбридж. — Я заботилась о тебе годами — с тех самых пор, еще при жизни твоего отца. Что бы он сказал, увидев тебя сейчас?

Мой отец. Это единственное, что у нас общего, — мост между нами, — но сейчас это кажется еще одной стеной. Как она могла использовать его против меня?

Мой подбородок дрожит, и, к моему смущению, голос тоже.

— Не думаю, что у него было бы сильное мнение по этому поводу.

Ее глаза сужаются.

— С тобой что-то не так. Что случилось?

Я поднимаю дрожащий подбородок выше.

— Меняться — естественный процесс для смертного, мадам. Выражайтесь конкретнее.

— Но ты же не смертная, правда?

У меня падает сердце, но взгляд остается ровным, хотя мне хочется съежиться и бежать прочь.

— Вы уже знаете ответ. Зачем задавать такие глупые вопросы?

— Скажи мне… — Она наклоняется ближе, и от ее горячего дыхания я морщусь. — Мои дочери были единственными на балу? Ты же знаешь, мне нельзя лгать.