ЖАНРЫ

Объект подлежит уничтожению
Шрифт:

«Что происходит? Почему он здесь? Неужели он пришел, чтобы закончить начатое? Снова напасть?»

Неосознанно отступаю назад, стараясь оставить как можно больше расстояния между мной и блондином. Чтобы в случае нападения, у меня осталось место для маневра, возможности защищаться. Миллион вопросов возникает в голове, вместе с странными картинками фантазий. И в каждой из них этот человек представляет для меня угрозу. Голова начинает слегка кружиться, и я осознаю, что всё это время практически не дышала. Наконец-то, мертвая тишина нарушена, и 2007 делает первый шаг.

— Вы куда-то спешите, объект?

Приходится чуть прокашляться, чтобы придать голосу привычные нотки.

— В санчасть.

Он подозрительно склоняет голову, прищурившись. А меня окутывает новым потоком мерзкого волнения.

— После отбоя?

Его взгляд чуть насмешлив, с какой-то долей сарказма. Он смотрит на меня так, будто точно знает, что я солгала. Знает, куда на самом деле я шла. И приходится собрать всё самообладание, чтобы голос не дрогнул от волнения, когда я отвечаю.

— Уставом не запрещено посещать санчасть после завершения дня. А при плохом самочувствии даже ночью.

Эту речь мы прорепетировали с Итаном на случай непредсказуемых ситуаций. И вот сейчас я произношу слова автоматически, надеясь лишь, что 2007 поверит.

Блондин поджимает губы, но вопросов больше не задаёт. И я надеюсь только, что он в скором времени уйдет. Всё ещё пытаюсь найти в своей голове оправдание его присутствию здесь. Возлагаю надежды, что этот вечер не станет для меня новым испытанием. Понимаю, что время встречи прошло, и Эванс наверняка там волнуется.

«Только не делай глупости, Итан.»

Но 2007 не уходит, продолжая сканировать меня. И я ощущаю нарастающую злость внутри. Меня начинает раздражать присутствие этого объекта и то, что из-за него я задерживаюсь. Я не понимаю мотивов действий мужчины и от этого неведения, состояние только усугубляется, подкидывая моему сознанию все новые и новые идеи. И ни одна не отличается добротой. То, что 2007 сейчас здесь, не спроста. Это явно какая-то новая игра, правил которой я просто не понимаю.

— В таком случае я провожу Вас в санчасть.

На мгновение мне показалось, что я ослышалась. Только этого мне не хватает! Ведь теперь действительно надо идти туда. Тратить ещё больше времени. Не представляю даже, что испытывает Эванс. Он ведь ждёт…Но отступать теперь некуда. Будет странно, если я откажусь от собственных слов. Поэтому, натянув на лицо подобие спокойствия, выхожу в коридор.

По дороге мы с 2007 не общаемся. Просто молча следуем к отдельному крылу, где расположен медицинский центр. На каждом лестничном пролете я вздрагиваю, постоянно ожидая нападения со стороны сопровождающего. Я не доверяю ему.

За белоснежной дверью нас встречает девушка-врач с такой идеальной внешностью, что я непроизвольно засматриваюсь, стараясь найти в ней хоть какой-то изъян. Конечно, если быть очень внимательным, то можно заметить тонкие полосочки по контуру лица. И, понимаю, что скорее всего вся её красота — дело пластики.

Выслушав симптомы, которые я просто выдумала на ходу, врач с каким-то подозрением посматривает в мою сторону, открывая личное дело. Замечаю, что выражение её лица меняется. Ещё бы, там написано, что возможно я повреждённая, что у меня есть антидот. Это весомый аргумент, играющий совершенно не в мою пользу. Это своего рода клеймо, которое мгновенно формирует мнение об объекте. Так же как и количество меток. А их у меня достаточно, чтобы понять — я нарушитель. И весь мой вид просто кричит об этом. Рабочая форма, вместо спального комплекта, и руки в карманах, которые прячу, чтобы не выдать отсутствие важной детали. Я замечаю как брезгливо девушка рассматривает мой внешний вид. Но всё-таки даёт необходимое лекарство, отпуская меня обратно в жилой отсек. Приходится отвлекать её глупыми разговорами, чтобы незаметно бросить таблетку в карман и не выдать отсутствие перчаток.

И хоть я пробыла в санчасти не слишком долго, понимаю, что очень опоздала. Наверняка, Эванс там сходит с ума от переживания. Поэтому лечу по ступеням, перепрыгивая сразу несколько. И второй раз за последние полчаса впадаю в ступор. Потому что 2007 ожидает меня на входе.

«Слишком подозрительно. Что ему нужно от меня?»

Сбавляю шаг, стараясь унять сбитое от быстрого темпа дыхание, и в упор игнорирую присутствие блондина, проходя мимо.

— Вы быстро, объект.

Мои надежды рухнули в одночасье, когда он снова увязался следом. Стараясь не отставать, идёт рядом. Всё это не нравится мне. 2007 ведёт себя странно.

— Вы тоже.

Напрасно провоцирую его, с вызовом глядя в глаза. Он прищуривается, а после, демонстративно раскрывает ладонь, показывая такую же красную таблетку, в растворимой биопленке. Чувствую себя неловко. Значит он тоже шел в санчасть.

«Может просто глупое совпадение?»

— Могу я Вам дать совет?

Ощущаю, как гудит в висках от напряжения, но блондин, видимо, воспринимает моё молчание как согласие и продолжает, понижая голос до шёпота.

— Не забывайте о правилах.

Не могу найти подходящих слов, потому что в душе плещется нарастающий страх с волнением.

«Он знает!»

Делаю вдох, собираясь с мыслями, чтобы ответить. И мне практически удается взять себя в руки. Но тут же слышу приближающиеся торопливые шаги. И когда из-за поворота возникают фигуры стражей в черном, меня мгновенно парализует. А сердце, кажется, падает в пятки. Смотрю на надвигающихся на нас охранников, и руки немеют от страха. Я слежу за тем, как они приближаются, и мысленно готовлюсь к тому, что сейчас они схватят меня. Всё вдруг становится неторопливым, как в замедленном действии. Дышать нет возможности, когда люди в черном возникают рядом. Но, когда я уже думаю, что это конец, стражи просто пробегают мимо, минуя нас и не обращая внимания.

Провожаю растерянным взглядом удаляющие фигуры, и меня снова накрывает паника. Они бегут к жилым отсекам. И в моей голове приносится мысль, от которой становится ещё хуже.

«Итан!»

От того, что они сейчас направляются за ним, я готова умереть. Он ведь ждал. Наверняка начал переживать, почему я ещё не пришла.

«Что если…?»

Не раздумывая больше и не скрывая своих эмоций, я срываюсь и бегу в сторону, где только что скрылись фигуры в форме. Никаких инстинктов самосохранения. Лишь пульсирующий страх, который расползается по телу, подгоняемый адреналином. Если они заберут Эванса, не хочу больше ничего. Просто не вижу смысла. Не смогу без него.

Шаги за спиной подгоняют меня, придавая ускорения. Из-за паники на глаза набегают слёзы. Поэтому бегу вперёд, не разбирая дороги. Грудь сжимает от недостатка воздуха. Но когда я уже готова ворваться в коридор жилых отсеков, кто-то с силой дёргает меня за локоть, разворачивая и впиваясь пальцами в руки. За пеленой и стуком в висках не понимаю, что происходит, стараюсь вырваться. Но 2007 ещё сильнее стискивает пальцы и встряхивает меня, заставляя поднять взгляд.

— Не делай глупости, Эшли!

Поделиться с друзьями: