Чтение онлайн

– Добрый вечер, полковник...
– Офицер вздрогнул. Оживший взгляд мазнул по жемчужной рубашке и возле остывшего кофе лег красный диск.
– Добрый?
– офицер грустно улыбнулся, - наверное.

Ридгер аккуратно поставил бокалы и, рассматривая этикетку бутылки, хмыкнул:

– Остывший кофе - моветон для поминок. Вы не находите?

Урман непонимающе осмотрелся. Взгляд наткнулся на издыхающую последними струйками пара чашку, выветрившийся аромат обдал подгорелой кислинкой и офицер грустно улыбнулся:

– Помянуть - не значит нажраться до свинячего писка.

– Боже упаси.
– Ридгер развернул бутылку этикеткой к офицеру.
– Это не жрут - это смакуют.
– Сбоку из тени вырос Патрик и стол расцвел сырными ароматами. Не дожидаясь распоряжений, парень вскрыл бутылку, осторожно поставил возле бокалов и, подхватив чашку издыхающей черной жижи, тут же испарился.

– Павел, надеюсь, Вы не против? Я просто подумал, что не годится вот так в одиночестве, да и высадка завтра.

– Завтра все будет как надо.

– В общем-то, речь не об этом.

Полковник хмыкнул и спросил:

– Та парочка, что столкнулась с вами в дверях. Как они? Расстроенными показались?

Ридгер припомнил темный прямоугольник двери. В памяти всплыло, как рука из тени дернула в сторону подхихикивающую девицу. Как с высоты роста разглядел под огенно-рыжей волной погоны связиста. Как Аня весело подняла взгляд на ее "хи-ой! простите". Как крепко сбитая тень склонилась к погонам и зашептала в тихой музыке "ну, и наклюкалась ты, подруга".

– Судя по тону, у девушки был повод знатно надраться.

– Это хорошо. Очень хорошо.

– Хо-ро-шо?
– Ридгер облокотился о стол. Отражение в лакированной столешнице придвинулось к офицеру.
– Павел, Вы уверены?

– Спасибо Коту, Фурия не окрысилась на вселенную на целую неделю. Завтра ей вести группу высадки.

– Это точно хорошая идея?

Урман полез в карман брюк.
– Как Вы думаете, Анатолий Валентинович, какова смертность в отрядах разведки?
– Тот пожал плечами и, сплетя пальцы, погрузился в себя под шорохи ткани:

– Если честно, никогда не задумывался.

– В среднем тридцать два и шесть десятых из ста не доживают до демобилизации, и знаете, - Урман взглянул в замершие мутно зеленые глаза, - Вы первый, кто не смеется над шесть десятых.

Ридгер очнулся:

– Я же экономист - понятно, что вас не сто по галактике мотается.

Рядом с диском тихо звякнули о столешницу два тонких жестяных жетона:

– Знаете, разведка часто видит смерть. За шестнадцать лет лично я не уберег троих.
– Полковник начал перебирать жетоны: Колмогоров - при разведке плацдарма для колонии рухнул в карстовую полость - скафандр посекло пластинами антранита... Ишимото - при геологической разведке сорвался в поток лавы, - широкая ладонь сжала диск, - Тур... Мы всех забирали.

– Я не военный.
– Вздохнул Ридгер.
– Смерть видел только в эпидемию в Метрополии, но тогда мир для многих перевернулся.

Полковник поднял глаза на погрустневшего директора.

– Уж на что нас, директоров, сейчас берегут... а ведь и тогда, в эпидемию, - в двадцать семь - в должности управляющего отделом перспективных разработок я потерял родителей, жена - мать. Эдельман - этот чокнутый профессор, как говорит генеральный, - так вообще всю семью.

– Сочувствую, - выдавил Урман.

– С эпидемией-то тогда мы справились. Но больше всего мне жаль генерального.
– Ридгер подхватил бутылку и плеснул в тюльпаны бокалов на треть вина. Один подставкой прошуршал к офицеру.
– Вот, что значит судьба.
– Директор покрутил вино в бокале и, взглянув на офицера через темно фиолетовую жидкость, принюхался.

– Судьба?
– Переспросил тот, зажимая тонкую ножку бокала.

Усы прошуршали о край стекла, нос погрузился в облачко цветочных ароматов, малины, клубники. Ридгер прикрыл глаза - из глубин поднялись тонкие нотки камфоры, и что-то...
– Нет, - подумал он, - все-таки я никогда не умел разбираться в хороших винах. Чего-то...

– И что же случилось?
– Оказывается, полковник не оторвал бокал от стола.

– Он потерял девятилетнюю дочь.

– Печально.

Ридгер пригубил вино. Во рту бархатным вкусом расцвела поляна черной смородины. Причмокнул, наслаждаясь пряным вкусом. Медленно проглотил. Ответил:

– Нет, Павел. Нам с вами печально. А ему?..
– неопределенно обвел стол бокалом, - владельцу фармацевтического гиганта с передовыми-то исследованиями. Девчонка просто вырвалась из-под опеки в сад у реки. Возле дома - погулять. Они сделали все, что могли. Полгода вырывали у смерти добычу.
– Помолчал, принюхиваясь к вину. Где-то сбоку хихикает дочка. Под тихую музыку бармен звенит посудой.
– Мы с генеральным тогда еще не были так хорошо знакомы, но один раз я зашел в палату... Уж и не помню зачем... Зрелище я тебе скажу, не дай Бог каждому. Оборудования - побольше, чем в челноке у твоего пилота. Девчонку за маской и датчиками почти не видно и только он обнимает жену, а она не сводит взгляд с дочери.

Директор взглянул в глаза полковнику:

– Представь мир человека, который готов отдать за жизнь дочери все. И ведь есть что, не бедный. И понимать, что никто не возьмет... С тех пор он сильно изменился.

Ридгер отпил еще глоток и посмотрел на дочь:

– Жизнь в этом мире ценится мало, и я очень уважаю таких как Вы, полковник.

От столика неподалеку раскатился детских смех. Катя демонстративно облизнула ложку, и отодвинула желтую баночку. Девочка в предвкушении радостно захлопала в ладоши: полосатое чудо на столешнице потянулось, обведенный черным контуром нос нырнул в пластик, и довольно урча, начал гонять его по скользкой столешнице. В стихающей музыке сонный бармен наслаждается довольным урчанием зверя.

Катя взглянула на заметно припадающего на лапу кота, мужчин в темном углу и сочувственно улыбнулась.

IX

Вначале седьмого Урман обосновался на капитанском мостике. Последние распоряжения группе отданы, высокое кресло связиста-наблюдатеся отдает синтетическим запахом кожи, монитор лениво двигает по карте планеты красную точку.

Полковник взглянул на палубные часы и подумал:

– Еще пару часов тягомотины... Кстати, а почему я вижу челнок?
– Мысль всплыла неожиданно, и полковник решил озвучить догадку:

– Кэп, ты уже выкинул спутники?

– А то.
– Пробасил капитан.

– Что, "а то"? Когда?

– Когда вы с вольерами воевали.
– Хмыкнул тот.
– Забыл что-ли, мы же дронов выпустили.

Урман непонимающе обернулся на развалившегося в кресле капитана. Припомнил высадку и решил уточнить:

– И?

– Ну, давай, уже, просыпайся. Они в субтропиках, мы на полюсе. Улавливаешь? Связь-то плохая.

Урман потер руками лицо и подумал, - Да-а уж, просыпайся. Странно, что мозолей на языке нет. До третьего часу с директором за жизнь болтали... Как полюс?
– Урман осмотрелся. Дежурные офицеры чахнут над пультами, лениво бродит вездесущий старпом, иллюминатор...
– Е-мое.