Обитаемая. Восхождение в рай
Шрифт:
– Тише, разбудишь, - шикнула кипящая Дита.
– И так, только прилег.
Майор вслушался в сотрясающий стены храп, - нет, ну сколько можно!
– и похлопал снова кашлянувшую заключенную по плечу:
– Ничего, ничего. Скоро завтрак прибежит. Горяченький... Ну?
– Что ну?
– Удивилась Дита.
Майор окрысился:
– Какой мне прок, что у него в башке две думалки. Он псих?
Девушка испуганно замотала головой. Скунс взглянул в расширившиеся зрачки, понял, что переборщил и глубоко вздохнул:
– Так, не дрейфь. Это я думаю.
Дита оцепенела, как загнанный кролик. Майор снова потер шею и обернулся к кашлянувшей в кулачек заключенной:
– Ну?
– Да без нууа.
– Зевнула та.
– Мы общаемся с ширмой - первой личностью, а ведет вторая.
– Смотри-ка, совсем разошлась, а всего пару дней в космосе... И? Я могу с этой твоей личностью пообщаться?
Нейробиолог неопределенно пожала плечами. От храпа в дальнем уголке лаборатории испуганно зазвенели чашки. Из-за кресла выполз сонный Накамура. Вцепившись в бокал, блаженно вдохнул кофейные ароматы. Под очередной всхрап со стульев и без того узкий сонный прищур зловеще слипся. Голова ушла в плечи:
– Я зазду крови, - прошипел японец.
– Не понял.
– Вскинулся майор.
– Позалуйста, кто-нибудь, заткните его.
– Застонал сонный программист, сжимая кулак. Майор улыбнулся помятому аборигену и вслушался в сотрясающие сервер рулады. Изнывающий от неприличных для столь тонко организованной лаборатории звуков японец облокотился о подлокотник кресла и сунул бокал под нос андроиду.
– Будис?
– Благодарю. Не употребляю, - откликнулся тот.
– Тозе верно.
– Сонно принюхался к клубящемуся аромату.
– Отраааавааа. Но без нее нитиво ни видно, - и тонко струящиеся ручейки паров вскрыли слипшиеся веки. Майор замахал:
– Давай, сакура, топай сюда.
– Я не дерево.
– Возмутился от очередной подначки японец.
– Ветерок шумит, лепестки сыплются. Что, не похоже? Топай сюда, говорю.
Офицер встал и пропустил программиста к склонившейся у монитора Дите.
Тем временем дверь лаборатории ушла в стену и с бодрым воплем - Утречка!
– радостно ввалился Антошка. Оболтус даже не удосужился сменить мятый, цветущий пятнами любимый халат. Ловко отскочил в сторону и галантно махнул фиолетовой кляксой - впустил внутрь транспортного робота.
– Это что?
– подняла голову заключенная.
Парень широким жестом охватил кучу закрытых сверкающими куполами тарелок, отвесил звонкий щелчок чайнику и, перекрывая позвякивающее сопровождение храпа, бодро выдал:
– Еда.
– Ты где ее взял?
– Насторожилась Мариса.
Дита непонимающе посмотрела на лаборанта, плоскую длинную поверхность левитирующего над полом робота и удивленно хмыкнула, - оригинальный столик.
– Ты зачем еду на труповозку поставил?
– Мариса с силой сжала кулаки в попытках отвлечься от нахлынувших воспоминаний. Боль от впившихся ногтей унесла за грань сознания тихое "мамочка".
– Нитиво ни понимаю. Так ни бывает.
– Прошептал Накамура. Прилип к строчкам декомпилированной программы. Сравнил рябящие перед глазами код с мануалом, как положено, по закону, вшитым в память странного андроида. Прошептал,- ни сходиться, - и взглянул на шабутного юнца.
– Еда, говорю! Естюшки...
– Антошка остановил робота у входа. Стол пискнул и, выпустив центральную опору, медленно опустился на пол.
Накамура потер слезящиеся глаза и снова зашуршал по клавиатуре. Прошептал:
– Се, мануар в помойку. Сейтяс запущу програмурьку, мозет она хоть смысловые броки выдерит.
– И рыча от очередного приступа храпа, потряс кулаками. По лаборатории с наслаждением пронеслось, - убьююю.
Антошка взглянул на излучающего безмятежность андроида, копошащихся за спинкой кресла коллег и вскрыл тарелку с салатом:
– Ну, как хотите.
Майор оторвался от тихих ругательств японца и, с ястребиным прищуром из под рассеченных бровей, уставился на аппетитно хрустящего огурцом лаборанта. Тот замер как кролик.
– Буди Митяя!
– Так это, - поперхнулся парень. Мазнул по губам пятнистым рукавом, - он же только задрых.
Майор прикрыл глаза и очень медленно вздохнул. Антошке даже показалось, что он видит плывущие перед глазами не спавшего офицера цифры: ноль, один, два... Парень напрягся, огурец в горле вырос до размеров кокоса.
– Я очень редко повторяю больше... двух раз.
– Не открывая глаз, прошипел офицер.
– Ты меня понял?
– Да-да-да. Ага!
– Антошка метнулся к стульям под грустную жалобу Накамуры:
– Ой, ну и зрет зе онааа. Весь сервер воротяет, чтоб разобраться. Ессе тють-тють и подкрючится второй.
Антошка подлетел к импровизированному ложу из стульев и с силой встряхнул Митяя.
– Ну, Миняй-Митяй-давай-уже.
– Храпящая голова безвольно заходила из стороны в сторону.
– Да проснись же!
– лаборант удвоил старания.
– Эй-эй, парень, полегче!
– Прикрикнул майор.
– На каторгу захотел?
– Лаборант замер.
– Я что сказал? Будить. А ты ему голову оторвать пытаешься.
Мариса придвинула ноги и, обняв коленки, грустно прошептала:
– Я про него слышала. Не проснется.
– Ха!
– Майор встал и по пути прихватил огурчик.
– У меня по команде и трупы в морге проснутся.
– Митяй-Митяй-Митяй!
– Затряс посапывающего программиста Антошка. На плечо истерично конвульсирующего лаборанта опустилась жилистая рука. Хрустнул огурчик.
– Подвинься мальчик.
– Антошка испуганно отскочил.
– Спокойней, я ж не чумной.
Офицер придвинул свободный стул поближе к сопящему шнобелю, сел и уткнулся в браслет. Жилистый палец быстро потыкал по всплывающим схемам. Нашел по номеру заключенного и, перед округлившимися глазами Антошки, возникла надпись "Активация уничтожения. Да/Нет".
– Да-Да-Да... Да Вы что?..
– Взвизгнул парень, увидев, как жилистый палец завис над "Да".
– Вы-Вы убить его собрались?!
– Конечно, если не проснется.
– Спокойно ответил майор.
– Вы, Вы сумасшедший?!
Из-за Накамуры выглянула очнувшаяся Дита. В сотрясающим лабораторию храпе, неуверенно спросила:
– Что происходит?
В ответ Мариса грустно вздохнула. Прикрыла руками лицо и укрылась в черных кудрях.
– Не смотри, - тихо посоветовала нахохлившейся девушке, - не надо, оставь.