Чтение онлайн

Как будто я ученый, а это исследование. Метод проб и ошибок.

– Так чего ты от меня хочешь, Кеннеди?

Я оцениваю обстановку, желая убедиться, что нас никто не слышит, но все равно говорю шепотом.

– Я хочу, чтобы ты ко мне прикоснулся.

В глазах Исайи вспыхивает огонь.

– Но еще, – продолжаю я, – я хочу прикоснуться к тебе.

– Ты хочешь прикоснуться ко мне?

– Если ты не против.

– Да, – невозмутимо отвечает он. – Думаю, я смогу это пережить. – Опершись локтем на стол, Исайя проводит большим и указательным пальцами по своим закрытым глазам и смыкает их на переносице. – Но в каком контексте ты хочешь прикоснуться ко мне? Публично или наедине?

Отличный вопрос.

К нашему столу приносят чипсы и сальсу, так что я жую, давая себе время все обдумать.

После того, как я увидела Коннора с Мэллори, то, с какой легкостью они прикасались друг к другу, меня словно ударило током: возможно, я никогда не буду чувствовать себя на людях так комфортно. Вот почему возникла идея, что Исайя – мужчина, за которым я замужем, – мог бы помочь мне этого добиться.

Все мое существо жаждет романтики. Я хочу, чтобы меня обнимали и целовали. Чтобы за мою руку держались, как за спасательный круг. Чтобы мной гордились и любили меня такой, какая я есть, а не ради денег.

В глубине души я ничем не отличаюсь от других.

Не могу сказать, что шокирована изменой Коннора. В нашем мире отношения часто выставляют напоказ, поскольку большинство союзов основаны на деловых договоренностях. Но я старалась. Я действительно пыталась привлечь его внимание.

Исайя не притрагивается к чипсам – просто сидит и ждет моего ответа.

Я делаю глоток чая со льдом, не в силах поднять на него глаза, и говорю:

– И то, и другое.

– Господи… – выдыхает он.

– Я имею в виду, что наедине, возможно, мы могли бы вести себя так же, как на публике. Я делаю это для себя, чтобы научиться. Мы уже разыгрываем перед другими счастливых молодоженов, так что я не понимаю, почему это нужно прекращать за закрытыми дверями.

Я действительно не знаю, о чем его прошу. Не понимаю, где должна быть проведена граница. Поцелуи. Объятия. Исследование. Я позволяю ему самому сделать выводы и установить границы.

И тогда он произносит это:

– Кенни, ты просишь меня с тобой переспать?

О…

– Потому что я не знаю, смогу ли с этим справиться. Заниматься с тобой любовью, чтобы ты была лучше подготовлена к сексу с кем-то другим…

Брови Исайи нахмурены, как будто сама эта мысль оскробляет его чувства. Конечно, я предполагала, что этот самоуверенный ловелас не откажется со мной переспать. Раз – и готово. Сделал – и забыл, чтобы избавиться от своей страсти. Но, кажется, одна мысль об этом ранит его.

– Я… Я не знаю, что на это ответить. Наверное, так далеко я не задумывалась.

Он проводит рукой по лицу.

– Это все из-за Коннора? Я заметил, как ты за ним наблюдала.

– Коннор тут ни при чем. Конечно, я отчасти обижена. Он не задумываясь бросил меня ради той, что соответствует его физическим потребностям и может к нему прикасаться, но в целом я благодарна Коннору за наш разрыв. Теперь я свободна и могу жить так, как хочу сама. И я наблюдала не за ним, а за ними. Вместе. Я хочу чувствовать себя комфортно и уверенно, как сейчас. У меня никогда не было близких отношений. Настоящего общения. Я никогда не исследовала чье-то тело, чтобы, в свою очередь, исследовали мое. Не прикасалась к тем, к кому хочу прикоснуться.

Взгляд Исайи смягчается. В его глазах читается сочувствие, а с губ слетает тихий вздох.

– Кенни, а что, если проблема не в тебе? Возможно, никто никогда не позволял тебе почувствовать себя в безопасности, и именно поэтому ты не умеешь проявлять нежность?

О…

– Я… я не знаю. У меня не было возможности проверить.

Он с трудом сглатывает.

– Почему ты решила проверить это именно на мне?

В переполненном ресторане между нами повисает тяжелая пауза.

– Потому что я тебе доверяю. Я всегда тебе доверяла.

На его губах появляется нежная улыбка. Он оценивающе смотрит на меня.

– Я тоже всегда тебе доверял. В день нашего знакомства ты застукала меня плачущим в женском туалете и ни разу об этом не упоминала.

Я хихикаю.

– Ты когда-нибудь расскажешь, что это было?

Его нога касается моей под столом. Легонько, но намеренно, и я не отстраняюсь.

– Может быть, когда-нибудь.

Он задевает мой каблук и ногой касается обнаженной кожи. Вы только посмотрите на меня: я заигрываю с мужем, прикасаясь к нему под столом, сидя в местном «Чили».

– Кен, если ты действительно этого хочешь, я готов.

Официант приносит нам еду. Мы оба заказали бургеры: Исайя с картошкой фри, а я с картофельным пюре с соусом на гарнир, потому что это звучит вкусно, и я никогда не была в ресторане, где к бургеру можно заказать картофельное пюре.

Мы приступаем к еде, но Исайя не отодвигает свою ногу от моей.

– Да, я так хочу.

– Хорошо. – Он откусывает огромный кусок и улыбается мне с набитым ртом.

Я делаю то же самое и бормочу:

– Хорошо. – Перегнувшись через стол, хватаю у него горсть картошки фри.

– Прошу прощения?

– Что? – не понимаю я. – Мы женаты. Что твое, то мое.

Он шутливо усмехается.

– Кенни, я хочу разделить с тобой свою жизнь, а не еду. – С этими словами Исайя протягивает руку и подцепляет вилкой мое картофельное пюре.

Я аккуратно подкладываю картошку фри внутрь бургера, а он с ужасом наблюдает за этим.

– Что? – Теперь булочка слегка хрустит. – Оставь меня в покое.

– Напомни еще раз, почему я на тебе женился.

Я откусываю еще и, одетая в коктейльное платье за две тысячи семьсот долларов, говорю с набитым ртом:

– Потому что ты мною одержим. Помнишь?

Я знаю, что наша свадебная песня звучит в его голове, как и в моей. Это ясно по понимающей улыбке, с которой он смотрит за тем, как я ем.

– Знай: ты никогда не была такой сексуальной, как сейчас.

– Спасибо. – Я слизываю капельку кетчупа с губ.

Он внимательно наблюдает.