Чтение онлайн

– Да? Странно. Я все ждала, когда ты вспомнишь.

– Я знаю.

– И когда же ты собираешься что-нибудь предпринять?

– Когда ты меньше всего ожидаешь.

Но теперь я жду этого каждую секунду! Каждый раз, когда мы оказываемся в комнате вдвоем. Нет, «жду» – неподходящее слово. Я надеюсь, что Исайя что-нибудь предпримет.

Запрокинув голову, я смотрю ему в глаза. Исайя подходит еще ближе, и моя грудь почти прижимается к его животу. Он осторожно убирает мои волосы за уши, берет за подбородок, и его большие пальцы медленно поглаживают мои скулы. Сверкающие карие глаза скользят по моему лицу, взгляд замирает. Подушечки пальцев обхватывают мою шею сзади. Я чувствую его дыхание на своей коже.

Мой пульс учащается от предвкушения – и еще сильнее, когда он облизывает губы и наклоняется ко мне.

Закрыв глаза, я задерживаю дыхание в ожидании, но вместо этого Исайя проводит губами по моему подбородку, пока его рот не касается моего уха.

– Урок номер один, Кеннеди. Ты не можешь занести чувства в свой маленький ежедневник, так что перестань усердствовать.

Сказав это, он целомудренно целует меня в пульсирующую точку под ухом и отстраняется, а я задыхаюсь от желания.

Его улыбка кричит о том, что Исайя понимает, как все изменилось. Мы оба осознаем, что впервые за все время знакомства я жду его, а не наоборот.

И ему это чертовски нравится.

Не знаю, справлюсь ли я с такой спонтанностью. Если бы все зависело от меня, я бы запланировала час в день для прикосновений, чтобы точно знать, когда это произойдет.

Исайя подходит к своему открытому чемодану и достает одежду на сегодняшний вечер. Он кладет на кровать брюки цвета хаки, ярко-красную футболку и оливково-зеленую куртку. Извлекает чистые боксеры и два носка: один темно-синий, другой – черный.

Может, стоит позволить ему пойти в таком наряде? Возможно, тогда другие женщины будут держаться подальше от парня, одетого так, словно в апреле наступило Рождество.

Но разве я этого хочу?

Удивительно, но, кажется, так и есть. Однако надо признать, что, к моему сожалению, женщины никогда не смогут держаться подальше от Исайи Родеза, независимо от того, во что он одет. На его губах появляется понимающая улыбка, и он говорит:

– Ну что, теперь, после того, как мы уже подержались за руки и ты даже прикоснулась ко мне сама, не пора ли нам перейти к следующему уроку и вместе принять душ? Или ты предпочитаешь пойти туда первой?

Он направляется в ванную с озорным блеском в глазах, и все, о чем я могу думать, – планировал ли он это на самом деле.

Но я не прочь поучиться у своего мужа. Я откашливаюсь:

– Ты первый.

Стоя прямо передо мной, он поднимает руку и стягивает рубашку через голову. Исайя даже не пытается скрывать, что хочет, чтобы я видела каждый сантиметр его тела, а я не пытаюсь отвести пристальный взгляд.

– Мои глаза здесь, женушка.

– Я врач, Родез, то есть специалист по анатомии и знаю, где расположены глаза. Просто сейчас мне не до них.

Я не отрываю взгляда от косых мышц его живота – от того, как они двигаются в такт смеху. Мне хочется к ним прикоснуться. Мои пальцы так и жаждут дотронуться до этого мужчины и ощутить тепло его кожи.

Но я ничего не делаю, потому что трусиха.

Исайя тянется ко мне, его руки нежно сжимают мои запястья. Подняв глаза, я вижу, что он внимательно наблюдает за мной.

Он притягивает мои руки к своему телу, прижимает ладони к своему животу и, как только мы соприкасаемся, резко втягивает воздух.

– Извини, руки холодные. – Я пытаюсь отстраниться, но он удерживает меня.

– Идеальные руки.

О…

У него теплая кожа, подтянутый живот. Исайя возвышается надо мной, а мои руки кажутся до смешного крошечными рядом с его телом. На работе я этого не замечала. Как и то, что у него сбивается дыхание, когда я прикасаюсь, и как красиво его загорелая кожа контрастирует с моей.

Я медленно провожу ладонями по его прессу. Дыхание Исайи становится прерывистым, он делает шаг мне навстречу.

Я кладу руки ему на спину, и Исайя обнимает меня за плечи.

– Это приятно, – тихо говорит он, прижимаясь ко мне.

– Да? – Я медленно вожу ладонями по его спине, поглаживая ее.

– Да. Тебе не обязательно ждать, когда я начну, Кенни. Ты можешь прикасаться ко мне, когда захочешь, хорошо? Не заморачивайся.

Я киваю, прижимаясь плотнее. Исайя не ослабляет хватку, не отпускает меня. Вместо этого он еще крепче сжимает объятия.

Я не помню, когда меня обнимали в последний раз. Может быть, это была Миллер в прошлом сезоне. И это было приятно. Неожиданно, но приятно.

Но объятие Исайи совсем другое. Тогда я чувствовала себя подругой. А сейчас у меня возникло чувство, что для него я – всё.

Держа руки на моих плечах, Исайя говорит мне на ухо:

– Я рад, что вечером ты идешь с нами.

– Возможно, ты изменишь свое мнение на этот счет, когда поймешь, что присутствие жены может помешать тебе заняться сексом.

Он не смеется над этой шуткой.

– Меня это вполне устраивает. В любом случае я бы предпочел провести весь вечер с тобой. – Исайя прижимается губами к моей макушке. – Но сейчас мне нужно принять очень долгий и очень холодный душ после того, как ты трогала меня, так что спасибо за это.

С этими словами он выпускает меня из объятий и направляется в ванную.

Не знаю, насколько правдивы слова о том, что он предпочел бы провести время со мной, но мне нравится думать, что так и есть. Потому что, как ни странно, Исайя Родез перестал был парнем, которого я недолюбливала.

Дождавшись звука льющейся воды, я беру с кровати темно-синий носок и нахожу ему пару в чемодане Исайи. Затем достаю черную рубашку и кладу ее на кровать, чтобы он надел ее вечером.

Раз в неделю в блюз-клубе в Дельмар-луп [24] проходит вечер ар-н-би. Так уж случилось, что он пришелся на день рождения Коди, и, конечно же, именинник знал об этом, когда планировал свою вечеринку.

Мы с Трэвисом попытались взять организационные вопросы на себя, но Коди настоял на своем, не доверяя ее никому из нас. Я его не виню. В конце концов, именно он в команде занимается планированием, в выходные всегда придумывая для ребят что-нибудь веселое.