Чтение онлайн

Впервые в жизни мне оказалось нетрудно поверить, что кто-то может испытывать ко мне такие чувства. Исайя месяцами доказывал мне это. Его слова были просто напоминанием о том, что я уже знала.

Он меня любит.

Настолько, что, скажи я ему, что получила работу и отказалась от нее, он не позволил бы мне остаться. И я не предоставила ему такую возможность.

До Исайи мне было комфортно одной. Одиночество было единственным, что я знала. Я развлекалась, как могла. Убеждала саму себя, что меня устраивает такой образ жизни. Но теперь у меня есть шанс на будущее, в котором, я не буду одинока, и мне не хочется все испортить.

Вот почему я отказалась от работы. Ради него. Но и ради себя тоже.

В последние дни мы виделись не так часто, как хотелось бы. Команда Атланты приехала в город для серии игр с «Воинами», и Дин оставался у меня ночевать, но сегодня я собираюсь вернуться к Исайе.

Отперев входную дверь своей квартиры, я бросаю ключи на столик в прихожей и направляюсь прямиком в спальню. Бросив спортивную сумку на кровать, собираю вещи: нижнее белье, носки, все, что мне может понадобиться. Я беру с собой достаточно, чтобы какое-то время сюда не возвращаться.

Здесь тихо, в этом огромном пентхаусе с большими окнами, из которых открывается вид город. От мраморных полов эхом отражается каждый шаг. Ненавижу это!

Я хочу согреться в постели Исайи, или посидеть с Миллер за семейным ужином, или послушать, как парни подначивают друг друга в тренажерном зале. Я хочу быть там, где мне хорошо, и уж точно не в квартире, которой владеет моя семья.

Продолжая собирать вещи, я включаю телевизор, чтобы создать фоновый шум, надеясь, что он сможет заполнить тишину, пока я не выберусь отсюда. Канал тот же, на котором я выключила телевизор вчера вечером, – новости ГБЛ: здесь в течение дня транслирует основные моменты игр, приправленные фразочками комментаторов.

Вот что показывают сейчас. Четверо парней сидят за столом и обсуждают возможные исходы в связи с приближающимся окончанием обменов в лиге. Они говорят о том, что команды, не попавшие в плей-офф, освобождают игроков, которые получат свободу действий в межсезонье. Рассуждают, на что рассчитывают некоторые команды, попавшие в плей-офф.

И вдруг они называют имя, которое я никак не ожидаю услышать:

– Я только что получил интересную информацию, – говорит один из них. – И кто знает, вдруг это правда? Ходят слухи, что Исайя Родез из «Воинов Города ветров» заинтересован в трейде [34] .

Я замираю с парой носков в одной руке и чистыми легинсами в другой.

– Это не может быть правдой, – предполагает другой. – «Воины» ни за что его не отпустят! В этом году у него самый высокий показатель результативности за всю карьеру, и в настоящее время команда занимает довольно стабильную позицию в плей-офф.

– И он играет вместе с братом.

– Верно. Но Кай Родез осенью завершает карьеру, и у Исайи есть возможность продолжить играть в следующем сезоне. Возможно, он присматривается к другим клубам, желая уехать из Чикаго. Я сомневаюсь, что он отправится куда-то в середине сезона, но есть вероятность, что в следующем году он перейдет куда-то еще, если поступит подходящее предложение.

– Опять же, все это не точно, но такой слух распространился по всей лиге в последние сутки, и, как правило, нет дыма без огня.

Я замираю в своей спальне. Что, черт возьми, происходит?

Они продолжают что-то обсуждать, но я не слушаю. В ушах стоит звон. У меня закрадываются сомнения.

Исайя не собирается уезжать. Это невозможно.

Но если эти слухи верны, почему он хочет уехать? Здесь все его друзья. Его семья. Его брат. Ему нравится играть под руководством Монти.

И я.

Я осталась здесь ради него.

Проклятье!

Я осталась здесь ради него, но весь сезон мы оба думали, что я уеду. Все это время мы считали, что наш брак временный. И однажды этой игре придет конец. Но я осталась, и теперь он пытается уйти.

Да, я знаю, что Исайя любит меня, но он не обещал любить меня вечно. Лишь сейчас.

В моем сознании возникает слишком много навязчивых мыслей, но вместо того, чтобы поверить в них, я падаю на кровать и беру телефон, чтобы позвонить Исайе.

Он не отвечает.

Я пробую еще раз, и в тот момент, когда меня переключает на голосовую почту, на телефон начинают приходить сообщения.

Миллер: Что, черт возьми, происходит?

Кай: Где Исайя? Он не отвечает.

Коди: Эти слухи правдивы?

Миллер: Кай сходит с ума.

Трэвис: Ты слышала о том, что происходит?

Кай: Кен, скажи моему брату, чтобы перезвонил мне прямо сейчас. Он не отвечает на звонки.

Когда я читаю эти сообщения, мои руки дрожат. Очевидно, слухи достаточно правдивы, раз даже его брат понял, что что-то не так.

Кажется, меня сейчас стошнит. И почему, черт возьми, Исайя не отвечает на звонки?

Я собираюсь позвонить ему снова, когда раздается стук в мою входную дверь. Я вскакиваю с кровати и бегу открывать, точно зная, кого увижу.

Дверь распахивается одним отчаянным быстрым движением. Глаза Кеннеди широко распахнуты, она тяжело дышит.

– Что случилось? – быстро спрашиваю я. Делаю шаг в ее квартиру, и она мгновенно отступает, сохраняя дистанцию. – Что происходит?

– Это правда?

– Что именно правда?

– Когда закончится сезон, ты собираешься стать свободным агентом [35] ? Или попросишь об обмене? Или что, черт возьми, все обсуждают?

Черт!

Наши взгляды встречаются, мои губы приоткрываются, но я не произношу ни слова.

– Боже мой… – Она прикрывает рот дрожащей рукой. – Это правда.

– Где ты об этом услышала? – Вытащив из заднего кармана телефон, я обнаруживаю бесчисленные пропущенные звонки и сообщения от нее, моего брата и товарищей по команде. – Черт!

– Об этом сказали по телевизору. Какие-то эксперты обсуждали слухи о трейде, и всплыло твое имя.

Закрыв глаза, я глубоко вздыхаю.