Чтение онлайн

Лисар помрачнел.

– Я так и знал. Мои ищейки тоже наткнулись на странные всплески активности в сети госпиталя и учебного центра в те дни, но связать их с чем-то конкретным не смогли. Предатель здесь, Шай. И он действует очень осторожно.

– Нужно его найти. Быстро. Пока он не слил что-то еще более важное.

– Мы работаем над этим. Но пока глухо, – Лисар сменил тему. – Как твои впечатления от кадетов со спецпотока? Особенно от Старга и Стейн с их высшими баллами? Ты наблюдала за ними перед отлетом.

– Стейн – необработанный алмаз. Талант пилота огромный, но характер – взрывной. Нужен жесткий контроль и хорошая огранка. Старг… – Шайлар на мгновение задумалась. – Он другой. Очень высокий технический потенциал, уникальная реакция на нейрошок. Аналитический ум. Но все еще рвется в пилоты.

– Вот как? – Лисар потер подбородок. – Это интересно. Мне нужно твое мнение, Шай. Проверь их в деле. Не на симуляторах. Дай им… не знаю… какую-нибудь нетривиальную задачу. Техническую или тактическую. Посмотри, как они мыслят вне стандартных тестов. Особенно Старг. Его способность анализировать нестандартные сигналы может нам пригодиться в поиске нашего «крота».

– Дать кадетам задачку из реального расследования? – Шайлар подняла бровь.

– Не напрямую, конечно. Гипотетическую. Проверку на сообразительность. Подумай над этим. Ты здесь на три недели. Используй это время.

– Хорошо, Лисар. Подумаю, – кивнула Шайлар. – А теперь, если позволишь, я пойду – душ и отдых. Боевые действия выматывают.

– Иди, конечно. Рад, что вы вернулись целыми.

Шайлар вышла. Задачка для Старга? Это могло привести к интересным результатам.

***

Кириан

Кириан столкнулся с Шайлар на следующий день у входа в симуляционный центр. Он шел на очередную тренировку по диагностике, она – выходила оттуда, видимо, проверяла оборудование или общалась с инструкторами.

Кириан замер, сердце снова предательски подпрыгнуло.

– Полковник Рейтор! – вытянулся он. – С возвращением, мэм!

Шайлар остановилась, окинула его быстрым, оценивающим взглядом. Усталость в ее глазах никуда не делась, но появилась знакомая ироничная усмешка.

– Вольно, кадет Старг. Спасибо. Вижу, вы времени зря не теряли? Все в симуляторах?

– Так точно, мэм! Стараюсь… соответствовать.

– Похвально, – она кивнула. – Не сбавляйте обороты. Но и про отдых не забывайте, а то перегорите раньше времени, как некоторые… Удачи на тренировке.

Шайлар прошла мимо, оставив за собой легкий шлейф духов и ощущение недосказанности. Разговор был коротким, формальным, но ее взгляд… он был каким-то новым, не тем, что до ее отлета. Более внимательным? Оценивающим? Кириан не мог понять.

***

Следующие две с половиной недели пролетели в суматохе учебы, тренировок и непривычного присутствия легенд Первого Отряда в стенах Академии. Шайлар Рейтор действительно стала чаще появляться на занятиях спецпотока, хотя и держалась в основном как наблюдатель.

Кириан видел ее на пилотских симуляциях, где Лития носилась на виртуальном блистере с безрассудной отвагой, выжимая из машины все соки и игнорируя половину тактических рекомендаций. После одного такого «полета», когда Лития едва не разнесла в щепки виртуальный конвой союзников, пытаясь сделать рискованный маневр уклонения, Шайлар подозвала ее и инструктора.

– Лейтенант Грас, – ее голос был ледяным, – если вы позволите кадету Стейн и дальше путать боевой адар с гоночным раннером, Ополчение рискует потерять очень дорогую машину вместе с потенциально неплохим пилотом еще до первого реального вылета. Кадет Стейн! – она повернулась к Литии, которая стояла, с вызовом глядя на полковника. – Скорость и агрессия – это хорошо. Глупость и неоправданный риск – это прямой путь в братскую могилу. Еще один такой «пируэт» – и я лично ходатайствую перед Дидакисом о вашем переводе в штурмовую пехоту. Там ваша безбашенность пригодится больше. Запомните: пилот Адара отвечает не только за свою задницу. Вы ясно меня поняли?

– Так точно, полковник! – процедила Лития сквозь зубы, явно взбешенная, но понимающая, что спорить бесполезно.

Шайлар шагнула ближе, ее голос стал тише, но пронзительнее. Кириан невольно подался вперед, ловя каждое слово.

– Вы так говорите «так точно», кадет, будто я отчитала вас за незаправленную койку или опоздание на построение. Вы действительно поняли, о чем я говорю? Или вы считаете, что ваша природная удаль и эта ваша хваленая «безбашенность» – это пропуск в пантеон героев, а все остальные вокруг – просто трусы, которые боятся летать «на грани»? А, Стейн?

Лития вскинула голову, ее щеки пылали.

– Я понимаю риски, полковник! Но это была симуляция! И иногда в реальном бою нет времени на расчеты! Нужно действовать инстинктивно, быстро! Риск – это часть победы!

Шайлар криво усмехнулась, но в ее глазах не было веселья.

– Инстинкты? Грань? Я видела эту вашу «грань», кадет. Видела, к чему она приводит, когда за ней нет холодной головы, – ее взгляд на мгновение затуманился, словно она смотрела сквозь Литию в прошлое. – Был у меня в отряде пилот. Лет десять назад. Талантливый – как вы, Стейн. Дерзкий. Уверенный, что он быстрее, умнее и удачливее всех приказов и тактических схем.

Она снова сфокусировала взгляд на Литии, и он стал жестким, как сталь.

– Сектор Ипсилон. Эвакуация полевого госпиталя под шквальным огнем. Десятки раненых, гражданские. Приказ был – держать оборонительный периметр любой ценой, отсекать истребители противника, пока транспорты не уйдут в гиперпрыжок. Четкий, ясный приказ. Но наш «герой» решил, что он может больше. Что он в одиночку уничтожит флагманский крейсер врага, который координировал атаку. «Я проскочу, командир! Один удар – и они отступят!» – вот что он крикнул мне в эфир. И сорвался с позиции, оставив дыру в нашем строю, – Кириан видел, как сжались кулаки Шайлар.

– Он не проскочил. Он попал в ловушку – враг только этого и ждал. А в брешь, которую он оставил, тут же хлынули их штурмовики. Мы потеряли двух адаров прикрытия, а их пилоты была сильно ранены, пытаясь одновременно отбить атаку и вытащить его задницу из-под огня. Транспорт с ранеными получил несколько попаданий – чудом обошлось без жертв там. А наш «герой»? Его адара разнесли в пыль. Сам он… выжил. Если это можно назвать жизнью. Без ног, с выжженной половиной нейросистемы. Больше он никогда не сядет в кабину. Никогда. И все из-за его «инстинкта», его «грани», его желания «решить все быстро»!