Чтение онлайн

Разговор вернулся в более легкое русло, но Кириан был под впечатлением от анализа Шияра и от задачки, которую подкинула ему Шайлар. Он чувствовал, что это не просто проверка знаний.

Наконец, Риман посмотрел на часы.

– Отряд, давайте закругляться. Скоро одиннадцать.

Ник тоже поднялся.

– Полковник, нам тоже пора. Завтра ранний подъем.

Все начали прощаться. Шайлар кивнула отряду Кириана.

– Было… познавательно, кадеты. Успехов в учебе.

Она повернулась и пошла к выходу вместе с Ником, Тимом и Санни, который успел шепнуть что-то на ухо Литии, отчего та покраснела и стукнула его кулаком по плечу.

Кириан смотрел им вслед, пока четыре фигуры не скрылись в оживленной толпе кадетов, спешащих по своим делам перед отбоем. Он все еще чувствовал отголоски шумного вечера – смех Дорана, пикировки Литии и Санни, гул голосов в столовой. Но ярче всего в памяти стоял образ Шайлар.

Она была невероятной. То жесткий командир, то женщина с усталой усмешкой, то легенда, говорящая о связи с адаром так, что захватывало дух. А потом – этот рассказ о Первом Полке… Двенадцать адаров. Двести человек персонала. Ответственность за жизни, за операции. Он только сейчас начал по-настоящему осознавать масштаб ее личности и ее ноши. Рядом с этим его собственные переживания из-за тестов или давления матери казались чем-то мелким.

Он восхищался ее силой, ее умом, ее опытом. Шайлар была из другого мира. И тем сильнее его необъяснимо тянуло к ней. Кириан покачал головой, пытаясь собраться с мыслями, и повернулся к своему корпусу. Впереди его ждали ночь и новый учебный день. Но он знал, что образ зеленоглазого полковника надолго поселился в его мыслях.

Кириан

В воздухе лекционного зала спецпотока звенела тишина, полная сосредоточенного ожидания. Кадеты, включая Кириана и Литию, уже несколько недель погружались в теорию нейросвязи и историю боевых машин. На кафедре стоял суб-коммандер Лорэн, сухой, подтянутый, один из лучших специалистов по инженерии адаров. В задних рядах, внимательно наблюдая, сидела полковник Шайлар Рейтор, чье присутствие всегда добавляло занятиям особого напряжения.

– Доброе утро, кадеты, – начал Лорэн. – Мы с вами изучили основы нейросвязи и историю создания адаров. Сегодня мы переходим к матчасти. К тем самым «стальным гигантам», управлять которыми или обслуживать которые вам предстоит. Речь пойдет об особенной боевой силе Адар-корпуса Ополчения – самих адарах, а именно их трех моделях: кавер, нитро и блистер.

За его спиной на голографическом проекторе возникло массивное, угловатое изображение первого адара.

– Модель кавер, – Лорэн обвел контуры указкой. – Как видите – максимальная защита. Композитная броня типа «дельта-V» с керамическими и энергетическими слоями, усиленный силовой каркас, дополнительные генераторы щитов. Вооружение часто ориентировано на оборону или прорыв укреплений – тяжелые плазменные мортиры, скорострельные защитные турели, иногда – мощный энергетический таран. Расплата за прочность – сниженная маневренность и скорость. Кавер – это ваш мобильный бастион, точка опоры в обороне или таран для штурма. Пилот кавера должен обладать исключительной выдержкой и способностью контролировать множество защитных систем одновременно.

Один из кадетов поднял руку.

– Коммандер, насколько он уязвим для быстрых атак с флангов?

– Уязвим, как и любая крепость, кадет, – ответил Лорэн. – Поэтому каверы редко действуют в одиночку. Их сила – во взаимодействии. Вопросы еще? Нет. Хорошо. Следующая модель.

Изображение сменилось. Адар был крупнее и мощнее блистера, но не такой приземистый, как кавер.

– Модель нитро. Универсальный солдат. Несколько увеличенная масса по сравнению с блистером позволяет нести более тяжелое вооружение и мощный реактор. Стандартная комплектация включает дальнобойные ракетные установки, плазменные орудия среднего радиуса действия, иногда – тяжелые импульсные винтовки. Броня уступает каверу, но значительно превосходит блистер. Скорость и маневренность – средние. Это основная ударная сила, способная решать широкий спектр задач – от поддержки атаки до уничтожения бронетехники противника. Требует от пилота умения управлять мощными энергопотоками и разнообразными системами вооружения.

Кириан невольно подумал о Санни Стэйнарде. Мощный, прямолинейный, любящий фейерверки – нитро определенно подходил ему. Его Локи, скорее всего, был именно этой модели.

Другой кадет поднял руку.

– Коммандер, каковы основные ограничения нитро?

– Перегрев систем при интенсивном огне и уязвимость в ближнем бою против быстрых моделей, – пояснил Лорэн. – Нитро эффективен на средней и дальней дистанции. Идем дальше.

Появилась третья модель – стремительная, хищная.

– Блистер, – в зале пронесся легкий гул – многие ассоциировали эту модель с Рейтор. – Вершина скорости и маневренности. Облегченная конструкция, форсированные приводы, уникальные маневровые двигатели. Стандартное вооружение обычно легче, чем у нитро, часто включает импульсные клинки или скорострельные орудия для ближнего боя, а также продвинутые системы КИБ и разведки. Броня – самая легкая из троицы, рассчитана на то, чтобы уклониться от удара, а не держать его. Блистер – это разведчик, перехватчик, идеальная машина для фланговых ударов и боя на сверхкоротких дистанциях. От пилота требуются молниеносные рефлексы, идеальное пространственное мышление и способность выдерживать экстремальные перегрузки.

Кириан смотрел на изображение блистера и видел Агилиса. Да, это была стихия Шайлар – стремительный, смертоносный танец на грани. Он взглянул на Литию – та подалась вперед, глаза горели. Блистер подходил и ей – такой же неудержимой.

– Таким образом, – заключил Лорэн, – три модели образуют триаду. Кавер держит удар, нитро наносит мощные удары издалека, блистер находит бреши и разит прямо в цель. Но помните, кадеты: адар любой модели – лишь инструмент. Эффективность определяет пилот и его связь с адаром. А также техники, поддерживающие эту связь в идеальном состоянии, – инженер-коммандер кивнул в сторону Шайлар. – Полковник Рейтор любезно согласилась добавить пару слов из своего опыта.

Шайлар легко поднялась и вышла вперед. Атмосфера в зале стала напряженно-живой.

– Суб-коммандер Лорэн дал вам теорию. Цифры и сухие факты важны. Но в бою все иначе, – Шайлар усмехнулась. – Это не спасет, когда тебе в хвост заходит вражеский истребитель или отказывает система наведения, – она сделала паузу, ее взгляд задержался на Кириане, потом на Литии. – Я летаю на блистере – на Агилисе – почти всю жизнь. Да, он быстрый как молния, может вытворять невероятное. Но он же и самый уязвимый. Ошибка – и ты огненный шар. Полет на блистере – танец на острие. Ты доверяешь машине абсолютно. Она – тебе. Одно целое – не на словах, а на уровне инстинктов, – Шайлар казалась расслабленной, но в ее глазах мелькала тень пережитого. – Каждая модель требует своего подхода. Кавер – скала, надежность. Нитро – необузданная мощь, молот. Блистер – скорость, риск, танец.

– Вы знаете историю по лекциям и рассказам. Красивую, героическую. Но за ней стоят пот, кровь и металлолом, – тихий голос полковника Рейтор разносился в аудитории, четкий и спокойный. – Связь с адаром, о которой тут говорили – это не просто рассчеты и формулы. Повторяю. Это доверие. Абсолютное. Ты доверяешь ему свою жизнь, свой разум. Адар доверяет тебе – свою мощь и свое сердце. Малейшее сомнение, минутный страх – и эта связь рвется. И тогда уже неважно, кто выстрелит первым – эрлок или твоя собственная отказавшая нейросвязь, – Шайлар замолкла на мгновения, давая кадетам осознать ее слова.–Это постоянная балансировка на грани. Требует не только тау-потенциала, но и железных нервов и способности доверять. Себе, машине, тем, кто рядом. Когда будете выбирать своего Адара – а выбор один и навсегда – слушайте себя, – продолжила Шайлар. – И машину. Вы должныпочувствоватьрезонанс. Понять – вот эта «железяка» – ваша. И что вы готовы доверить ей жизнь, а она вам – свои мощь и «сердце». Это главное. Остальному научат тут… Или научит война. Именно это нам с отрядом предстоит снова доказывать сегодня ночью. Очередной вылет. Так что, кадеты, цените возможность спать в своих койках. На этом все.

Она кивнула суб-коммандеру Лорэну и вернулась на свое место. В зале повисла тишина. Кириан смотрел на Шайлар, ее слова отозвались в нем глубже технических данных. Он начинал понимать глубину этой связи. И цену. Сегодня ночью. Новая миссия. Внутри все похолодело.

Лекция закончилась. Кадеты, перегруженные информацией, расходились. Кириан задержался, мысли путались. Он заметил, что Полковник Рейтор тоже не спешит, обмениваясь парой фраз с Лорэном. Это был шанс. Тревога из-за ее скорого отлета смешивалась с желанием поговорить. Тот ночной полет… ощущение связи… Кириан решительно направился к ней.

– Полковник Рейтор! – сказал он, когда Лорэн отошел.

Шайлар обернулась. Взгляд внимательный, чуть усталый.

– Кадет Старг? Слушаю вас.

– Мэм, у меня вопрос по лекции и вашему опыту, – начал Кириан уверенно. – О стандартных протоколах… и том сенсорном канале, что я ощутил той ночью… Существуют ли индивидуальные протоколы для оптимизации уникального резонанса пилота и «сердца»?

Шайлар смотрела на Кириана секунду, потом усмехнулась.

– Глубоко копаете, кадет. Вопросы для серьезной исследовательской работы, а не для коридора. А у меня время поджимает – скоро снова… дела, – в ее глазах появился лукавый блеск. – Но… тема интересная. И я чертовски проголодалась. Пайки Ополчения – отрава. Как насчет бартера? Вы организуете мне приличный ужин в Порт-Санаре – с настоящей едой. А я, за хорошую еду и бокал чего покрепче, попробую ответить на ваши заумные вопросы. Идет?