Одна звезда на двоих
Шрифт:
– Он обязательно справится, Рим, – мягко, но уверенно сказала Айла. – У него есть ты. И весь наш отряд рядом. Мы же команда, мы своих не бросаем, даже младших братьев наших товарищей, – она попробовала ободряюще улыбнуться. – Поможем ему освоиться. Ты же видишь, он и сам очень старается, тянется к нам.
– Старается, это правда, – согласился Риман, глядя на Айлу с явной благодарностью. Ее тихое спокойствие и уверенность всегда действовали на него умиротворяюще. Рядом с ней его обычная командирская вспыльчивость и резкость куда-то незаметно уходили, оставляя место тихой сосредоточенности и надежности. – Просто… после всего, что было на Таранисе… я пообещал себе тогда, что всегда буду его защищать, чего бы мне это ни стоило.
– Ты и защищаешь его. Одним тем, что ты здесь, рядом. Тем, что стал таким, какой ты есть – сильным, ответственным, надежным командиром, на которого можно положиться, – Айла говорила абсолютно искренне, глядя ему прямо в глаза. Она, как никто другой, знала цену такой защиты и горечь потери. В памяти на мгновение всплыл образ ее младшей сестры, Лины, ее испуганные глаза в том огненном аду на Каллии-Прайм… И собственная отчаянная, леденящая душу беспомощность тогда. Она не смогла защитить Лину. Поэтому Айла и была здесь, в Академии – чтобы научиться спасать других, чтобы эта всепоглощающая беспомощность больше никогда и никого не убила. Риман прав, подумала она, мы все здесь, потому что потеряли что-то важное там… в прошлом… и теперь отчаянно пытаемся найти что-то здесь. Силу. Смысл жизни. Новую семью.
Риман смотрел на Айлу – на эту тихую, внешне скромную девушку с огромными печальными глазами, в которой он давно разглядел несгибаемый стальной стержень характера. Айла всегда была рядом со всеми из отряда, всегда готова помочь, выслушать, перевязать рану – и физическую, и душевную. Риман видел ее силу, ее доброту, ее глубоко скрытую боль. И все чаще ловил себя на мысли, что хочет быть для нее не просто другом и командиром их отряда. Ему отчаянно хотелось ее оберегать, защищать от всего мира, от ее собственных горьких воспоминаний, видеть ее искреннюю улыбку, а не только эту постоянную тень печали в глубине ее глаз.
Разговор сам собой плавно перетек на Кирианa.
– Я все равно продолжаю волноваться за него, – призналась Айла, невольно понизив голос. – То, что он нам тогда рассказал… его связь с полковником Рейтор… и это тайное расследование по приказу полковника Лисара… Это же невероятно опасно, Рим! Они оба играют с огнем. Если об этом узнают не те люди…
– Знаю, Айла. Прекрасно знаю, – серьезно кивнул Риман. – Но ты же видела Кирианa после ее последнего визита? Он как будто светится изнутри. Да, это рискованно. Да, это почти безумие, учитывая разницу в их положении. Но если это его настоящий шанс… и наш шанс для всего отряда попасть в Первый Полк… возможно, этот риск оправдан? – командир усмехнулся без тени веселья. – К тому же, если кто и способен выпутаться из любой, даже самой безнадежной передряги, так это полковник Шайлар Рейтор. Помнишь, я рассказывал вам, как она нас с Олли вытащила тогда из окружения на Таранисе? Я уже мысленно прощался с жизнью. А она появилась из дыма и огня на своем Агилисе, как… как настоящая валькирия из древних легенд. Она невероятный воин и командир. Возможно, рядом с ней и Кириан станет только сильнее. Научится чему-то важному.
– Очень хотелось бы в это верить, – тихо вздохнула Айла. – Просто… прошу вас, будьте осторожны. Вы все.
– Будем, Айла, – твердо пообещал Риман. Он посмотрел на ее тонкую руку, лежащую на столе рядом с его собственной. Ему так сильно захотелось снова коснуться ее пальцев, как тогда, в их прошлый разговор, утешить, поддержать, показать, что он рядом. Он медленно протянул руку и осторожно накрыл ее ладонь своей.
Айла вздрогнула от неожиданности и быстро подняла на него глаза. Ее щеки залил густой, заметный даже в полумраке библиотеки румянец. Девушка смущенно отвела взгляд в сторону, но руку не убрала. Ее пальцы под его ладонью были тонкими и чуть прохладными.
– Значит, будем здесь. Вместе, – тихо, но с нажимом повторил Риман свои слова, сказанные ей когда-то в госпитале, но теперь вкладывая в них совершенно новый, гораздо более глубокий смысл.
Айла снова посмотрела на него, и в ее карих глазах он увидел не только смущение и удивление, но и зарождающееся доверие, и слабую искру ответного тепла. Они сидели так несколько долгих мгновений в полной тишине огромной библиотеки, и Риман чувствовал, как его сердце наполняется непривычной нежностью и сильным, почти яростным желанием защитить эту хрупкую на вид, но невероятно сильную девушку от всех бурь прошлого и будущего.
***
Кириан
Осень на Санаре окончательно вступила в свои права, окрашивая парки и сады Академии во все оттенки золота и багрянца. Дни становились заметно короче, ночи – длиннее и холоднее. Для Кирианa Старга и Шияра Сатори они часто сливались в одну бесконечную рабочую вахту в лаборатории нейросистем. Их секретное расследование инцидента на летнем симуляторе, казалось, окончательно зашло в тупик. Тонкий след аномальных пакетов данных, так хитро замаскированных под служебный трафик административной сети Академии, обрывался где-то в глубине системы, не давая ни малейшей зацепки об их истинном источнике, получателе или конечном назначении. Полковник Лисар Дидакис приказал им снизить активность и не рисковать, но ни Кириан, ни Шияр не могли просто сидеть сложа руки, зная, что где-то рядом действует предатель. Почти каждую ночь, когда основная масса кадетов погружалась в сон, два друга снова и снова возвращались к зашифрованным логам, прогоняя их через все новые и новые алгоритмы анализа, пытаясь найти то, что они могли упустить ранее.
– Опять ничего, – в очередной раз устало выдохнул Кириан, откидываясь в высоком лабораторном кресле и с силой протирая покрасневшие от многочасовой работы и хронического недосыпа глаза. – Абсолютно пусто. Словно это был призрак в сети. Появляется и исчезает без малейшего следа. Ни зацепок, ни паттернов…
Шияр, как всегда внешне невозмутимый и сосредоточенный, молча колдовал над своим личным планшетом, его пальцы с почти нечеловеческой скоростью порхали над сенсорной панелью ввода. Внезапно Шияр замер, его обычно спокойное лицо напряглось.
– Не совсем пусто, Кириан. Возможно, я что-то нашел.
Кириан мгновенно подался вперед всем телом.
– Что там? Говори! Нашел зацепку?
– Не уверен, но есть интересная корреляция. Я применил нелинейный фрактальный анализ к временным меткам появления этих твоих аномальных пакетов и сопоставил их с внешними циклами передачи больших массивов данных самой Академии. Смотри сюда, – Шияр вывел на большой голографический дисплей на стене сложную, пульсирующую цветом диаграмму временных рядов. – Вот эти пики активности, аномальные пакеты, замаскированные под внутренний админ-трафик… они появляются в сети строго синхронно с началом каждого сеанса пакетной передачи больших объемов данных из общего медицинского инфо-терминала в Учебном Центре Академии на Центральный Медицинский Архив Вооруженных Сил Ополчения на Аркадии Прайм.
– Общий медицинский терминал в Учебном Центре? – Кириан нахмурился, пытаясь осмыслить информацию. – Но к нему же имеют санкционированный доступ сотни людей! Любой инструктор медицинского факультета, любой кадет-медик старших курсов или даже любой старшекурсник другого факультета со специальным допуском мог им воспользоваться для отправки данных!
– Именно в этом и смысл, – спокойно кивнул Шияр. – Идеальное прикрытие для передачи скрытого сообщения. Канал абсолютно легальный, трафик по нему всегда очень объемный – легко спрятать внутри небольшой зашифрованный пакет с нужной информацией. Этот канал используется как триггер для активации скрытой программы и, возможно, как часть сложной системы маскировки дальнейшего маршрута пакета. Отследить реального отправителя через этот общедоступный узел стандартными методами сетевого аудита – практически невозможно.
– Значит… значит, наш «крот» – это кто-то с доступом в Учебный Центр и, вероятно, к общим медицинским данным курсантов или персонала… – Кириан задумчиво потер висок. Круг подозреваемых все еще был огромен, но теперь появился совершенно новый, неожиданный вектор для поиска. – Нужно немедленно доложить об этом полковнику Лисару!
Они связались с Дидакисом по защищенному каналу связи прямо из лаборатории нейросистем. Лисар появился на экране почти мгновенно, его лицо было хмурым и усталым – очевидно, новости с фронта были по-прежнему не слишком радостными. Командир молча выслушал их подробный доклад, внимательно рассмотрел выведенные Шияром на экран диаграммы и выкладки.