Чтение онлайн

Надеясь успокоиться, Сергей заставлял себя думать о чем угодно, кроме предстоящего разговора с неизвестным милиционером, и неожиданно вспомнил о цветах, лежавших на переднем сиденье его "жигулей". Чтобы розы сохранили свежесть, он заботливо завернул стебли в мокрую газету... Господи, при чем тут розы?! До них ли ему теперь? Они завянут и попадут на помойку. О чем он жалеет? Снявши голову, по волосам не плачут!

Без десяти минут четыре Сергей увидел невысокого, остроносого человека в серебристо-сером дакроновом костюме, с только-только вошедшим в моду портфельчиком-кейсом в руке. Человек бесцеремонно оглядел Сергея с головы до ног и, взявшись за ручку двери, ведущей в зловещую комнату, отрывисто спросил:

– Холмогоров?

– Я.
– Сергей встал.

– Посидите. Я вас вызову, - пообещал человек с кейсом и скрылся за дверью.

Это он!
– понял Сергей, хмуря брови. Человек с кейсом ему не понравился. А еще больше не понравились его глаза - заметно скошенные к носу, наглые, ироничные. Выглядел он года на два-три старше Сергея и явно следил за своей внешностью, но золотой перстень с печаткой, косо подбритые бакенбарды и поблескивающий костюм свидетельствовали о пошловатом вкусе. Сергей предпочел бы иметь дело с дубоватым службистом вроде капитана Винокурова.

– Заходите, - позвал его косоглазый, выглянув в коридор.

Сергей вошел в комнату, где стояли три письменных стола. За одним сидела средних лет женщина с капитанскими погонами на форменной блузке, другой был свободен, а за третий, у самого окна, уселся косоглазый.

– Присаживайтесь, Холмогоров.
– Косоглазый указал на стул.
– Познакомимся. Я - следователь, капитан милиции Затуловский Роман Валентинович. А вы кто?

Выяснив анкетно-биографические данные Сергея, Затуловский весело спросил:

– Скажите, Холмогоров, вы знакомы с Ильиным?

– Ильиных много. Кого из них вы подразумеваете?

– Станислава Николаевича, проживающего на Гражданском проспекте, 122, корпус 2, квартира 43. Вспомнили?

– С ним я не знаком, - спокойно ответил Сергей.

– Вы в этом уверены?

– Я такого не помню.

– Ах, не помните? Какая жалость! А когда вы в последний раз виделись с Тартаковской?

– С к-какой Тартаковской?
– запинаясь, спросил Сергей.

– С Марией Сигизмундовной, - угодливо подсказал Затуловский и, изобразив восторг, поднял глаза к потолку.
– Такая женщина! Ее нельзя забыть, Холмогоров! Мечта поэта!

У Сергея моментально пересохло во рту.

– Вспомнили?

– Я не знаю никакой Марии Сигизмундовны!

– Вот как? Ну что же, это легко проверить.
– Затуловский снял телефонную трубку и набрал номер.
– Коля? Выручай... Да, именно твоего возраста... Угадал, один уже есть!.. Спасибо, сейчас буду!

Он готовит какой-то подвох!
– холодея, подумал Сергей.

– Холмогоров, за мной!
– приказал Затуловский и вышел из-за стола, прихватив с собой кейс.

Они прошли по коридору и очутились в более просторном помещении, где уже находилось несколько человек. Возле двери на краешке стула сидела русоволосая девушка, рядом с нею дремал одутловатый мужчина, а слева у стены читал газету спортивного вида парень.

Затуловский за руку поздоровался с парнем и сел за стол, усадив Сергея перед собой.

– Товарищи!
– обратился он к русоволосой девушке и к ее соседу. Присядьте поближе. Вы будете понятыми при предъявлении для опознания сидящего передо мной гражданина Холмогорова. Вы обязаны удостоверить факт, содержание и результаты следственного действия, при производстве которого вы присутствуете. Вам все понятно?

– Угу, - промычал одутловатый. В это время открылась дверь, и на пороге появился еще один парень.

– Наконец-то!
– Затуловский облегченно вздохнул.
– Коля, включи верхний свет.

Вошедший выполнил просьбу Затуловского и сел у стены, слева от читавшего газету.

– Гражданин Холмогоров, попрошу вас сесть рядом с теми товарищами, скороговоркой произнес Затуловский.
– Разъясняю вам, что вы вправе занять любое место среди лиц, предъявляемых к опознанию, то есть по вашему желанию сесть между ними или с краю. Вы меня поняли?

Сергей молча кивнул и сел справа от парня с газетой. Вошедший последним тотчас пересел вплотную к парню с газетой, и они втроем образовали группу, как будто собравшуюся сфотографироваться на память, что, впрочем, и произошло. Затуловский достал фотоаппарат из кейса, сделал несколько снимков, а затем вышел в смежную комнату и вернулся в сопровождении старухи, в которой Сергей с ужасом узнал соседку Тартаковской.

– Александра Алексеевна, вы приглашены для опознания, - вежливо обратился к ней Затуловский.
– Прежде чем мы приступим к следственному действию, я обязан предупредить вас об ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний. Распишитесь вот здесь.

Старуха уткнулась носом в протокол и поставила подпись.

– Благодарю вас, Александра Алексеевна. Взгляните на этих граждан и скажите, нет ли среди них знакомых вам лиц или лица?

– Не вижу я, сынок, - пожаловалась старуха.
– Который год глаукома.

– А вы подойдите поближе к ним.

Она подошла вплотную к сидящим и долго всматривалась в лица, поминутно вытирая обильно выступавшие слезы. Когда она остановилась возле Сергея и наклонилась к нему, он взглянул в ее оловянные глаза, заметил редкие седые волоски на подбородке и брезгливо отшатнулся, почувствовав исходящий от нее запах тления.

– Как наши успехи, Александра Алексеевна?
– поинтересовался Затуловский.

– Справа который будет, чернявенький, он и есть мазурик!
– без колебаний определила старуха.
– Верно говорю, сынок.

– Почему вы так думаете?

– Причесочка на нем аккератненькая такая, волосок к волоску. И родинки две: на виске и на шейке. Обоя мне в память запали, сынок.

Затуловский увел обрадованную старуху и вернулся с Тартаковской, которая сразу же опознала Сергея.

– Вот он!
– заявила она, гневно указывая пальцем.
– Клянусь всем святым! Он производил впечатление интеллигентного молодого инженера, а оказался грязным мошенником, который с иезуитским...

– Достаточно, Мария Сигизмундовна, - бесцеремонно перебил Затуловский. Нам все ясно, а ваш комментарий мы отложим до очной ставки...

Оформив протокол, Затуловский еще раз поблагодарил всех участников опознания и вместе с Сергеем вернулся в свою комнату.

– Удивляюсь вам, Холмогоров, - с издевкой сказал он, снова усаживаясь за стол.
– Как вы могли забыть Тартаковскую?

Сергей еще не решил, что ответить и стоит ли отвечать, когда зазвонил телефон.

– Затуловский!
– назвался следователь, сняв трубку.
– Слушаю, товарищ майор!.. Да... Да... Уже сделано!.. Нет, и не пытался... Понял... Сейчас буду!