Чтение онлайн

— Почему? — мой голос тих. Я не могу оторвать взгляда от ненависти, расцветающей на лице Калела. Что мы ему сделали? В груди тяжелеет от его горя.

— Алира, ты веришь, что демон, вот этот демон способен действительно полюбить полубога? Посмотри, через что прошел этот несчастный. Он стал беспощадным. Тем, кто знает лишь как разрушать. Он убьет тебя. Он был рожден, чтобы истребить полубогов. Так предначертано судьбой, и это единственное предупреждение для тебя, — от слов Меркурия на мои плечи будто опускается груз, а в животе сворачивается узел от страха.

Может, Калел и правда жесток и не доверяет мне, но я видела, как верен он своему королевству. Я знаю, что в нем есть доброта. Может, мы и впрямь никогда по-настоящему не полюбим друг друга, но мое сердце уже желает быть рядом с ним. Я не могу делать вид, что не жажду, чтобы он обратил на меня свой взгляд.

Подняв подбородок, я зло смотрю на бога.

— Это не настоящий Калел.

Губы Меркурия растягиваются в жестокой, но привлекательной улыбке.

— Тогда ты не знаешь Калела. Он был создан из самого пепла подземного мира.

Я бы солгала, сказав, что слова бога не поселили сомнения в моем сердце.

— Как ты поступишь, дочь Венеры? Теперь, когда я передал послание богов, мое дело сделано, — проскользнув мимо меня, он идет к мальчику. Плащ Меркурия обращается в дым, предвосхищая его скорое отбытие.

— Подожди! Меркурий, услышь мой зов. Это боги наслали на меня проклятие временной петли? — кричу я. Меркурий запрокидывает голову и смеется надо мной.

— Какое необычное проклятие, да? Мощное. Я бы сказал, что лишь божество способно создать такое, — он насмешливо постукивает себя по губе пальцем.

Я сдерживаю злость.

— От чего Калел стал таким? — спрашиваю я, и в моем голосе слишком много мольбы.

Меркурий лишь подмигивает мне, прежде чем исчезнуть окончательно.

Видение исчезает вместе с ним, и я оказываюсь в лесу наедине с самой ночью. Слышно лишь мое напряженное дыхание. Лишь божество. Значит, я была права, и кто-то из богов наложил на меня проклятие. Но почему? Нахмурившись, я прижимаю ладонь к сердцу.

Папоротник громко шуршит и на поляну выбегает Калел. Увидев меня, он вздрагивает.

— Вот ты где. Что случилось? — спрашивает он, глубоко хмурясь, от чего шрам на его щеке натягивается. Я не могу на него не смотреть, зная, каким юным он был, когда получил его. Он останавливается на расстоянии вздоха от меня, слишком близко и вместе с тем слишком далеко. Я хочу обнять его и утешить, как и его молодую версию до этого.

После показанного Меркурием видения, в груди появляется пустота, когда я смотрю на него. Как могла быть уготована настолько страшная судьба кому-то настолько прекрасному, как Калел? Как могут боги полагать, что моя собственная судьба не изменится благодаря мирному соглашению?

Должно быть, Калел замечает печаль в моих глазах, когда я смотрю на его шрам.

Он делает шаг назад, и волнение искажает его лицо.

— Что огонек показал тебе? — холодно спрашивает он, надевая маску безразличия.

Мои пальцы впиваются в край плаща. Я не хочу его обманывать, так что говорю правду.

— Тебя.

Его брови опускаются, отбрасывая тень на лицо.

— Меня? Тебе придется уточнить, маленькое божество.

Я нервно сглатываю.

— Я бежала за тобой по лесу, а потом ты упал на поляне. У тебя был… — я поднимаю руку, чтобы коснуться пальцами его шрама, но он перехватывает мое запястье, и маска на его лице дает трещину.

— Ты видела, что произошло? — его голос еще темнее, чем взгляд, и от обоих меня слегка подташнивает.

Я качаю головой.

— Я видела лишь тебя на поляне, проклинающего полубогов за ненависть к демонам, — кажется, от этого ему становится чуть легче. Он отпускает меня, разворачивается и идет обратно к лагерю, опустив плечи.

Несколько раз я открываю рот, чтобы спросить, что тогда случилось, но не могу найти в себе достаточно сил.

Прямо позади нас клубится пугающий туман, который волнует меня так сильно, что я решаю не поднимать этот вопрос снова.

КАЛЕЛ

Спрятанный в долине между двух горных хребтов, Торнхолл был прекрасным поселением и никогда не должен был узнать ужасов войны. И все же, вот мы здесь.

Я разглядываю заброшенные здания и прислушиваюсь к звенящей тишине, наполняющей воздух.

Нападение происходило ночью, а поселение такое маленькое, что полубоги даже не озаботились тем, чтобы огнем выкурить демонов из жилищ. Они просто убили всех в домах вместо этого. Теперь эта земля опустела, урожай не убран, а скот и все, кто когда-либо жили здесь, мертвы.

Ноги несут меня к знакомой двери. Я останавливаюсь и сжимаю челюсти. Ступеньки дома моего детства все еще покрыты ее кровью. Мама.

Тесса кладет руку мне на плечо и кидает на меня быстрый, полный сочувствия взгляд, прежде чем приказать войску следовать за ней. Я благодарен ей за возможность провести минуту наедине со своими мыслями.

Воспоминания о тех, кого мы потеряли, всегда тяжелы. Я не могу избавиться от чувства вины за то, что не успел прибыть вовремя.

Копыта и сапоги стучат по брусчатке, пока я не остаюсь в тишине, но я чувствую, что Николай рядом. Мой самый старый друг. Я был крайне удивлен, когда он вызвался вступить в мое войско в качестве ученика Мава. Он никогда не стремился в битву.

Я тяжело вздыхаю.

— Я собирался перевезти ее в свой дворец через неделю после нападения, — я печально провожу пальцами по дверному косяку, на котором мама отмечала мой рост на протяжении многих лет. Торнхолл всегда будет моим домом.

Николай тоже вздыхает.

— Мы должны были увезти всех жителей поселения, когда линия фронта стала ближе. Но никто из нас не мог предвидеть того, что случилось, Калел. Ни ты, ни король, — он подходит ближе и прислоняется к старой кирпичной кладке.

— Ты ошибаешься, Ник. Я должен был увидеть уловку Короля Борлина. Я был тем, кто принял его предложение о мире, — моя челюсть сжимается, и я подавляю желание ударить кулаком по стене.

Николай успокаивающе смотрит на меня.

— Поэтому ты согласился жениться на полубогине? Чтобы себя наказать? Знаешь, у нее доброе сердце. Я несколько раз использовал на ней свой дар видения, и ее душа чиста. Она хочет лишь выжить.