Ох уж эта жизнь молодая да сельская! Или жизнь после жизни
Шрифт:
– Василеночка...
– Говори уже.
– хмыкнула знахарка.
– Вижу, что что-то опять задумала.
– Ну чего ты?!
– возмутилась я.
– Ничего я не задумываю. Вот вообще!
– И сейчас ты тоже ничего не придумала?
– Ну... Как тебе сказать?
– замялася и все же решилась - Давай мыло с тобой варить?
Молчание повисло в отдельно взятом доме. Даже Черныш перестал храпеть под столом. Все уставились на меня большими глазами и не моргали.
– Не надо так молчать на меня! Я дело предлагаю. Наварим мыла со всякими полезными травками, будем благоухать ромашками да репейником и выйдем на междугородний рынок. Озолотимся!
– размечталась я.
Василена скептически посмотрела на меня:
– И ты знаешь как его варить? С травами я помогу, а вот как мыло делать я не знаю.
– покачала она головой.
– Это к косметическим алхимикам надо идти, но они свои секреты не выдадут.
Я загрустила. Вот, как раз, состав мыла-то я и не знала. Ну глицерин, а что еще-то? В прошлой жизни можно было заказать мыльную основу и уже к ней добавлять все, что душе угодно. Хоть травы, хоть настои, хоть масла... А из чего делают эту самую основу?
– Я знаю как его варить.
– удивил нас Любомир.
– Работал когда-то у мыловара в Малых Пичужках. Дегтярное, - кивнул он в сторону умывальника - Это его работа.
Дальнейший чуть агрессивный диалог был между мной и Василеной.
– Надо его в долю брать!
– Сомнительный он какой-то. Чуть Владияра не угробил.
– Мы его перевоспитаем.
– Такого лося? Не малыш уже, чтобы воспитанием заниматься!
– Если что, то рога этому лосю поотшибаем!
– Некогда мне, Олена, этой дурью маяться.
– Сейчас зима! Чего делать-то собираешься? Травы под снегами искать?
– Вот именно, что зима! Всегда кто-то болеет. А у тебя, насколько я помню, заказы на шапки есть.
– У меня муза вязательная пропала. Хочу другим чем заняться, пока она не вернулась.
– Папа-то знает о твоей затее?
– Ты когда такой вредной стала?
– Когда с тобой связалась!
– Будешь со мной мыло варить?
– Буду!
На этом мы успокоились и продолжили мирно пить чаек.
– А меня никто спросить не хочет?
– ошарашенно поинтересовался Любомир.
– О чем?
– не поняла я.
– Я, может, не хочу в вашей затее участвовать?
– А ты не хочешь?
– посмотрела на него Василена.
– Хочу!
– Ну, а чего тогда выделываешься?
– спросили дети хором.
Любомир помолчал. Рассматривая каждого присутствующего за столом, он немного струхнул под видом наших решительных выражений лиц.
– Вы со мной, как с табуреткой прямо!
– обиделся он.
– Даже мнением не интересуетесь.
– Ты просто еще не привык. Но это временно.
Почему-то мои слова его не утешили. Странно.
Домой шли вдвоем. Дядюшка решил проводить меня по темноте.
Луна спряталась за тучами и стало совсем ничего не видно. Ветер шелестел остатками сухой листвы на деревьях и кустах и бросал мне в лицо колючие снежинки. Поскользнувшись несметное количество раз, я ухватилась за руку Любомира. Фонари придумали бы какие что ли! Ноги ж переломать можно.
За поворотом показались огни. Что там такое интересно? Поздний вечер уже. Обычно все по домам сидят или спать укладываются.
В саду между домом старосты и церковью мелькали два факела. То слева, то справа, они выныривали из-за стволов деревьев и приближались к нам.
– Олена?
– раздался мужской голос - Кто это с тобой?
К нам пробрались Ясмина и отец Митрий. Романтический вечер среди сугробов? Затейники какие!
– Дядюшка это мой. Знакомьтесь - Любомир Матвеич.
– я махнула рукой в сторону парочки и продолжила - А это святой отец Митрий и его невеста Ясмина.
– Дядя?
– девушка пригляделась к родственнику - А я тебя знаю! Ты в Заостровье охотником был пару лет назад.
– Было дело.
– кивнул Любомир - Сейчас здесь на пилораме тружусь.
Батюшка пристально смотрел то на меня, то на мои руки, что вцепились в рукав дяди, а то и на самого дядю. И что он там себе напредставлял? Фантазер, ей богу!
– Владияр знает, что ты в ночи гуляешь с мужчиной?
– И даже поощряет!
– рыкнула я.
– Никак замуж спихнуть не может, вот и выгоняет охотиться на мужиков.
Отец Митрий покачал головой и заявил:
– Я поговорю с ним. Совсем твоим воспитанием перестал заниматься.
– А вы что тут в темноте делаете?
– перешла я в наступление.
– Али ограничитель любопытства где потеряли, а теперь с факелами ищете?
Меня за руку дернул Любомир, слегка тормозя. А вот не надо лезть в чужую семью! Я ж ничем противозаконным и антиморальным не занимаюсь. При этом каждый видит во мне бог знает что!
– Мы тропы расчищаем.
– фыркнула Ясмина.
– Скоро праздник будет. Надо подготовиться.
– Что за праздник? Я что-то запамятовала.
Ответил батюшка:
– Окончание года и наступление снежной тишины.
Новый год, чтоль? Мой любимый праздник. Надо бы подарочки какие сообразить.
– А когда он будет?
– Олен, ты никак все позабыла?
– нахмурился батюшка - Приходи завтра в храм, я тебе освежу память. И помолимся. И воды еще тебе дам святой. И в грехах покаешься. И...
– Это лишнее.
– остановила я отца Митрия.
– Но я приду. А то и правда позабыла.
Лишь бы в жертву меня не принес, а там я разберусь. Хорошо что боженька наш мирный. Вот был бы какой-нибудь Сатана... Воображение ярко нарисовало брутального отца Митрия в балахоне и с ритуальным окровавленным тесаком. Вот он заносит надо мной свое орудие и, с криком "покайся", обрушивает его на бочку со святой водой. Вода с шумом придавливает ко дну купели и я тону. Даже моя фантазия не лишила бзика отца Митрия в отношении водных процедур. Факел в его руке еще больше подстегнул мои фантазии. Бррр!
– Ну, это... До свидания, что ли?
– мурашки стадом пробежались по моей спине.
Ну и зачем я такое напридумывала? Спать-то теперь как ложиться?
– Ты, Любомир, тоже приходи.
– Как только выдастся свободная минутка.
– кивнул дядя.
– Отец Митрий, и я пойду.
– из-за дерева выскочила Глафира с лопатой.
– Поздно уже. Кабы отец с матушкой не заругали.
Чернявая бросила неприязненный взгляд в сторону Любомира и, чеканя шаг, отчалила к своему дому. Тот проводил девицу взглядом полным любопытства. Отойдя немного от трудящейся парочки богослужителя и воительницы, дядя поинтересовался: