Чтение онлайн

Пард решил зря голову не ломать. Вольво сам спросит обо всем, если решит посоветоваться перед принятием какого-нибудь решения. И он молча уселся за руль легковушки, даже не обернувшись на неподвижного шефа и его девчонку-секретаршу. Гонза тотчас уселся рядом, то и дело скашивая миндалевидные глаза навыкате в сторону реки и сгоревших причалов.

Вольво молчал минут пять. Потом легонько тронул Парда за плечо.

–  Какие у тебя дела с фирмой «Соло»?

–  Дела?
– переспросил Пард.
– Дел практически никаких. Друзья детства, мы выросли вместе. Из всей компании только я да Дюша откололись. А остальные так вместе и держатся. Фирму, вон, организовали. Крутятся помаленьку. Я с ними в основном водку пьянствую да пиво на природе потребляю. По праздникам.

–  Понятно, - прервал его Вольво.
– Ты говорил, что они могут помочь с колесами?

–  Думаю, да. Одно из направлений их деятельности - прирученные машины напрокат.

–  Замечательно, - оживился Вольво.
– Где у них офис?

–  На проспекте Мира, недалеко от Дюши.

–  Правь туда.

–  Нет вопросов!
– Пард энергично вывернул руль; «Черкассы» предупредительно всхрапнули двигателем, повышая обороты. Вторая машина пристроилась следом, бампер к бамперу.

Они вновь миновали Ингульский мост, с Пушкинской свернули на Большую Морскую и долго мчали пустынной почему-то улицей. Пард вообще заметил, что в районе Николаева много живых постоянно ошивалось лишь на Соборной да на Херсонском проспекте. Ну, на Мира и Октябрьском еще, основных артериях южного района. А вокруг Соборной улицы оставались большей частью тихими и пустынными. И дремотно-неспешными какими-то.

Всегда. Сколько Пард себя помнил.

Они миновали парк полуэльфа Петровского, пересекли Херсонский и Пограничную, и рядом с автовокзалом влились в жиденький поток машин, что втекал с кольца на проспект Мира.

–  Уже почти на месте, - сказал Пард негромко.
– Сейчас, за рынком, пару кварталов осталось.

–  Это не рядом ли с водохранилищем?
– подозрительно спросил Вольво.
– А?

–  Рядом. Напротив, - подтвердил Пард.
– Там девятиэтажка есть, а перед ней скульптура - эльфка с голубями. В этой девятиэтажке они и гнездятся…

–  А я помню, как эта девятиэтажка росла, - неожиданно сказал Гонза.
– Плохо, правда. Я тогда еще маленький был.

Слева мелькнули крытые ряды колосовского рынка. Еще несколько минут - и пара «Черкасс» затормозила на асфальтовом пятачке перед памятной девятиэтажкой.

В холле дежурила все та же глуховатая женщина-гном. Парда она прекрасно помнила, но всегда приставала с расспросами и норовила не пустить к лифтам. На этот раз она уже приготовилась броситься в атаку, но Вольво и Иланд окатили ее такими ледяными взглядами, что вахтерша мгновенно сникла и покорно махнула рукой:

–  Левый лифт, вызывайте…

И спряталась в стеклянную дежурку, зыркая оттуда, как паук из паутиновых джунглей под потолком.

Пард нажал на тотчас вспыхнувшую кнопку рядом со створками дверей и наверху глухо загудел разбуженный лифт.

Пятый этаж. Комната пятьсот тринадцать.

Здесь почти ничего не менялось. Направо - комната начальства, там, скорее всего, сидит мрачный директор-Уца, вечно озабоченный орк Липа и беззаботный бородач Вишня в выгоревшей футболке и неизменных подтяжках, неотделимых от всех его джинсов.

В левой комнате, конечно, сидит Дроба за основным компьютером «Соло», единственный на фирме, кто мог претендовать на звание техника и на знание большого числа формул. Рядом - девчонки. Вера, Ленка, Лиза. Большие любительницы попеть. Возможно, с низу, из гаража поднялся Гена, полувирг, очень похожий внешне на Зеппелина. Тогда он сидит рядом с Дробой, или играется за вторым компом во что-нибудь военно-зрелищное. Компьютерные формулы Гена знал слабо, но игру загружать худо-бедно научился.

Пард толкнул правую дверь. Вошел.

Уца, Вишня и Липа действительно сидели за столами. А на диване обнаружились даже Мокар с Лисиком, и даже Леся с центрального.

–  Е-мое!
– изумились солисты.
– Кто пожаловал!

В кабинете начальства сразу стало тесно. Впрочем, это не помешало усадить гостей за низкий столик. Гномы скользнули к стене, Иланд с Вахмистром уместились рядом с Мокаром и Лисиком на диване; сюда же сел и Пард. Для остальных подвинули стулья, а Уца, мгновенно определивший в вирге Вольво босса всей пожаловавшей компании, немедленно предложил ему свое собственное директорское кресло. Впрочем, Уца с Вольво, вроде бы, были знакомы и раньше вертели какие-то сделки в Центре, так что удивляться было незачем.

Вера с Ленкой быстро убрали кружки с недопитым чаем и захлопотали у холодильника. Инси дернулась было помочь им, но ее остановил Липа, мгновенно становившийся галантным и предупредительным едва в радиусе пяти шагов появлялась хорошенькая девушка любой расы. Правда, на сотрудниц «Соло» это распространялось не всегда…

Минут десять ушло на приветствия, ни к чему не обязывающие вопросы и ни к чему не обязывающие ответы. Уца, конечно же, добыл из сейфа заветную бутылочку с «Памятью мира», а она у Уцы, как известно, никогда не стояла в сейфе наполненной меньше чем наполовину. Пард улавливал нетерпение Вольво, и уже после первой рюмки тот приступил к делу.

–  Извините, что тороплю, - сказал Вольво солистам.
– Но у нас действительно времени в обрез.

Уца понимающе вскинул руки. Время… Кому его хватает?

–  Нам нужны машины. Штук пять. Пять хорошо прирученных машин, и еще - хорошо прирученный катер. Поможете?
– Вольво пытливо взглянул на Уцу, Липу и Вишню, тоже безошибочно вычленив из разномастной толпы именно тех, кто принимает решения.

–  С машинами - нет проблем, - отозвался Уца и повернулся к Вишне.
– Звякни Гене, узнай, что у него свободное…

На мгновение директор «Соло» умолк, размышляя.

–  С катером сложнее, у нас катеров просто нет. Но я сейчас попробую найти…

Уца взял со стола телефонную трубку.

–  А кого ты попытаешься дернуть, если не секрет?
– поинтересовался Вольво.

–  Южный порт, шестнадцатый причал, каботажку, - Уца пожал плечами.
– Да мало ли! Марика, в конце-концов, у него тоже щупальца повсюду.

–  А каботажкой кто нынче командует?

–  «Черноморский». Но мы там почти никого не знаем, - Уца набирал номер.

–  Занято в гараже, - сказал из угла Вишня. Бородка его смешно топорщилась.

–  А, вдребезги-пополам, у меня тоже занято, - вполголоса ругнулся Уца, и в тот же миг его трубка мелодично свистнула. Кто-то звонил.

–  Да?
– Уца приложил телефон к уху.
– То есть, как, глохнут?

Глаза его округлились. Послушав еще с полминуты, он растерянно отнял трубу от уха.

–  В гараже непонятка, - сказал он вопросительно глядящим Липе и Вишне.

–  Гена матерится на чем свет…