Чтение онлайн

– Боюсь, он не сможет в этом участвовать.
– Прервал мои размышления настоятель.
– Его раны всё ещё кровоточат. Я с трудом подавил едва не сорвавшийся с губ идиотский вопрос. Кровь, конечно, не стоит раненому сопровождать ведьму, наверняка в её арсенале есть нечто подобное тому, что вытворяло с кровью то чудовище в Олидбурге. Гадство, сопровождать этого монстра в одиночку не слишком умная затея, особенно если учесть, что я о ведьмах знаю немногим больше, чем до появления в этом мире. Чёрт возьми, да я вообще ничего о них не знаю, кроме того, что они опасны.

– Хорошо, мне понадобиться проводник и телега, подготовьте всё необходимое, завтра выступаем.
– Потребовал я, обдумав своё положение. На самом деле это прекрасная возможность улизнуть и от Аврелия, и его странностей, и от всех остальных, кто меня ищет, но в идеале, конечно, договориться с ведьмой, надеюсь, она станет сговорчивее.

– Но, братья экзекуторы уже ждут!
– Попытался возмутиться настоятель.

– Пусть ждут, я должен подготовиться должным образом!
– Рявкнул я в ответ, картинно бросив руку на рукоять пистоля.

– Хорошо-хорошо.
– Зачастил настоятель, что-то с ним не то после визита к ведьме, как подменили человека. Хотя нет, больше на раздвоение личности смахивает. Совсем недавно я чаи гонял с довольно ушлым индивидом, а теперь он больше кисель какой-то напоминает. Как-то быстро он сломался перед угрозами. Может, за это его и сослали? В этом мире всё же более воинственные клирики в цене.

Распрощавшись с настоятелем, я первым делом направился проведать инквизитора. Если он в сознании, то нам есть о чём поговорить. В конце концов, если мне предстоит сопровождать ведьму, то стоит посоветоваться с профессиональным инквизитором. Спустившись по небольшой деревянной лесенке и проскочив столь же короткий коридор, я очутился в весьма примечательном месте. Что в нём примечательного? Ну хотя бы то, что пол и стены здесь выложены камнем, а ещё пучки трав, свешивающихся с потолка. Запах здесь стоял тоже весьма специфический. Что ж, вот и посчастливилось мне увидеть средневековый аналог лазарета. Хотя гм... скорее всего, эта комната для чего-то другого предназначена. Аврелий лежал на грубо сколоченной койке под целым ворохом шкур и, кажется, бодрствовал. Как оказалось, я ошибся, несмотря на открытые глаза, Аврелий ничего не замечал вокруг и не реагировал на все мои попытки его добудиться. Глаза его все еще были налиты кровью, но слава богу больше не светились, а может мне и вовсе это тогда померещилось. Уродство, и где мне теперь разузнать про то, как ведьм транспортировать? Наверняка тут не одна собака зарыта, а целая стая как минимум. Ну да ладно, пойду, отдохну, часок-другой, а там, глядишь, и Аврелий в себя придёт.

– Стой, — голос инквизитора застал меня врасплох, к тому же звучал он словно из могилы.

– Очнулся, значит, — пробормотал я обернувшись. Аврелий по-прежнему лежал без движения, единственным изменением были вздувшиеся на шее жилы.

– Я ускользнул из-под контроля, ловушка, беги, — не то простонал, не то пробормотал инквизитор.

– Ловушка какая ещё ловушка?

– Этого монастыря нет на картах, уходи быстрее, скоро этой оболочке придётся подчиниться... — последнее слово Аврелий произнёс с такой ненавистью, и одновременно обречённостью, что я невольно сделал шаг назад.

– О чём ты?

– Уходи, я больше не могу сопротивляться, он почти восстановил моё тело, уходи... — прошептал он, прежде чем вновь потерять сознание.

– Не обращай внимания на его слова, брат. — раздался позади старческий голос.
– Брат Аврелий болен, а в горячке люди часто говорят самые странные вещи.

С трудом подавив первый импульс, я медленно обернулся, голос принадлежал мужчине лет пятидесяти.

– Он точно поправится? — спросил я больше по наитию.

– Возможно, у него сильный жар, пожал плечами лекарь, ну а кем ему ещё быть, раз уж он торчит рядом с больным. Интересно, как он ухитрился войти в комнату так, чтобы я не услышал. А, впрочем, неважно учитывая слова Аврелия ничего удивительного, что я потерял бдительность. Положив руку на лоб инквизитора, я убедился в том, что лекарь прав в одном — у Аврелия действительно жар, причём такой, что нормальный человек уже отдал бы богу душу. При таком жаре галлюцинации норма. И всё же странный какой-то бред.

– Присматривайте за ним, — вздохнул я, прежде чем покинуть комнату.

– непременно, — донёсся до меня ответ лекаря.

Тряхнув первого попавшегося на глаза монаха, я потребовал отвести меня куда-нибудь, где можно поспать в тишине и уюте. Судя по совершенно квадратным глазам монаха, моя просьбы была по меньшей мере экстравагантной. Ну конечно, кто ж из них, смиряющих свою плоть постами и дисциплиной, будет дрыхнуть, если день только начался? Плевать, всё равно я скоро уйду из этого мира, думаю, ведьму вполне можно уломать. Надо только, чтоб лишних ушей в округе не было. В конце концов, я прогрессивный человек своего века, неужели я не найду способа заставить это клыкастое чудовище мне повиноваться? Да чёрт с ним, пытки ещё никто не выдерживал. Ну кто, спрашивается, может помешать мне развести в лесочке костёр, и методично прижигать выступающие из-под цепей части ведьмы? Инквизитор я или погулять вышел? Так накручивая себя подобным образом, я и следовал за монашком.

К тому моменту, как меня подвели к пустующей по вполне понятным причинам келье, я уже придумал с десяток способов добиться желаемого. Поблагодарив монаха, я с наслаждением растянулся на кровати. Такие мелочи, как отсутствие матраса, подушек и прочих радостей меня давно уже не волновали. Прикрыв глаза, чтоб не видеть нарочитую убогость обстановки, я сосредоточенно вспоминал всё, что слышал от Аврелия о ведьмах. Но как ни крути, а знания мои по-прежнему нельзя было назвать не то что всеобъемлющими, но даже приемлемыми. Всё, что я знал о ведьмах, сводилось к тому, что они опасны, безжалостны, и могут управлять кровью. Пожалуй, после сегодняшнего дня можно добавить, что красотой эти чудесные создания тоже не блещут, так что перепутать это с человеком просто невозможно. А вообще, довольно любопытно, ведьмы такими становятся в процессе освоения запретных знаний или это вообще отдельный вид? А ладно, не буду забивать себе подобными тонкостями голову, для меня главное — вернуться в тепло и уют двадцать первого века. И всё же, что-то тут не сходится, что-то постоянно ускользало от внимания, а любые попытка понять, что именно не принесла ничего кроме усталости и головной боли. В конце концов, я провалился в сон, махнув на все странности рукой.

Тук-тук, тук-тук, — размеренный гул проникал не просто проникал в уши, нет, он буквально впитывался всей поверхностью тела, а ещё он очень напоминал сердцебиение. Очнувшись ото сна, я несколько минут вслушивался в этот гул. Поднявшись с постели, я накинул на плечи свой бронированный плащ. Приятная тяжесть доспеха придала уверенности, а её очень не хватает, когда просыпаешься от звука сердцебиения, причём не своего, а чужого, и судя по гулу, сердце, должно быть, действительно большим.

Несмотря на непрекращающийся гул, мне удалось успокоиться. Господи, так и рехнуться недолго! Тряхнув головой и сосредоточившись на молитве, я с трудом нашарил выход из комнатушки. Ладно, надо посмотреть, что это за сердце такое, постояв немного, я определил направление. Идти приходилось в кромешной темноте, должно быть, лучина погасла. Сколько же я спал? Вывалившись в наполненный тьмой коридор, я старательно восстановил в памяти недавний маршрут, по которому прибыл в эту комнату. Стоило прервать молитву, как тьма стала гуще и, кажется, в ней появились, какие-то тени. Господи, неужели я всё-таки рехнулся?! Как-то разом вспомнились так и не выполненные обещания 'молиться, поститься и быть праведником'. 'Господи, прости грешника!' — Взвыл я, ощутив, как нечто мерзкое коснулось щёки. И, никакого отклика, проклятье, а чего я хотел? Гласа божьего с небес или зондеркоманду ангелов, высланных ради моего спасения?

Тени продолжили сгущаться, хотя куда уж дальше? И так не видно ни зги. Тук-тук, тук-тук, — не унималось невидимое сердце, и его стук явно доносился со стороны часовни. Надо посмотреть какого чёрта там твориться — Мелькнула в голове здравая мысль, заодно, может, и тени эти гадкие отстанут. Словно поняв ход моих мыслей, тени, устроили вокруг безумную пляску. От этой свистопляски немедленно закружилась голова. Проклятье, куда же идти? Кое-как нащупав стену, я побрёл вперёд или назад, уже неважно, главное — не останавливаться. Шаг ещё шаг, за ним ещё, не останавливаться, не прекращать читать молитву, похоже, только она и не даёт теням сожрать меня с потрохами. И почему я не сдержал слово? Ну что мне стоило сходить за отпущением грехов, всё равно же с Аврелим в церковь заходил. Исповедали бы меня, да и дело с концом. Звуки сердцебиения с каждым шагом становились все громче постепенно они из едва слышимых превратились в размеренный гул.

– А, чёрт!
– Споткнулся я о порог, тени вокруг взвыли в один голос, вокруг стало в разы светлее, я даже разглядел часть коридора, в которой находился. Если память мне не изменяет, то я на верном пути ещё метров пятнадцать и впереди будет часовня. Стоп! Тени разошлись? Что я сделал? Ага, кажется, понял.

– Чёрт!
– Рявкнул я громко, тени хлынули в сторону, сквозь тёмную хмарь проглянуло клонящееся к горизонту солнце. Так это что получается? Это слово их пугает? Ха, как всё просто то оказалось, и как я раньше то не догадался? Подпольные организации всегда эффективней своих 'светлых' коллег. 'Только плату требуют непомерную' — Вмешался в мысли внутренний голос. Вспомнив о цене, я припустил к церкви, во весь голос, выкрикивая слова молитвы. Ну, его на фиг, лучше не рисковать, с момента появления в этом мире я как-то стал серьёзней относиться к таким вещам — уж очень велика вероятность того, что бог всё-таки существует. А если это так, то как-то не хочется загреметь на вечные муки в ад из-за такой ерунды.

Влетев в часовню, и чуть ли не ползком добравшись до алтаря, я принялся истово молиться. Под нарастающий гул сердцебиения, странно, но оно словно бы задавало такт моим словам. Пожалуй, впервые в жизни я делал что-то 'истово' и... ничего. Окружившие меня тени по-прежнему никуда не делись, но я не собирался сдаваться. Господи! Может, я и не праведник, но и не такой уж грешник, если пришло моё время, так отправь, хотя б в чистилище, хрен с ним — с раем! Сознание на миг помутилось, неожиданно услышал свой собственной голос только вот вещал он какую-то тарабарщину. Меня прошиб холодный пот, а следом едва заметная вибрация в, где-то в районе пояса привлекла моё внимание. Наваждение схлынуло я больше не слышал тарабарщину озвученную моим голосом, а вот вибрация никуда не пропала навевая воспоминания о моём мире. Также себя вёл, когда-то мой сотовый во время важных встреч и в другие не менее 'удобные моменты'. Только вот нет у меня сотового...да и редкий сотовый вибрирует в тон сердцебиению.