Чтение онлайн

После этого общения, напомнившего интенсивный горячий душ, беседа с Хелен и Фрэнсис походила на редкий тепловатый дождик. Филлис в беседе и вовсе не участвовала: суетилась вокруг стола, изредка шикая на Болдуина.

Наконец заняли места за столом. Русов сел рядом с напряженной Джанет.

Грегори встал, держа бокал с шампанским.

– Вы знаете, - сказал не спеша, - что и я участвовал в войне с Россией. Непонятная и ненужная была эта война, но не об этом сейчас речь. Я тогда в глаза не видел ни одного русского. Впервые увидал, когда этот молодой человек появился на моей веранде. Я и не думал тогда, что он мне понравится. А тем более не думал, что понравится моей племяннице. Иначе я поостерегся бы пускать его в дом. Ведь он взял бедную девочку в плен так же легко, как мы когда-то разгромили Россию. И с чем я остался теперь? Ни службы, ни здоровья, ни племянницы. Так кто кого в конце концов победил?

– Но, дядя!
– вскинулась Джанет.

Грегори положил руку ей на плечо.

– Не принимай этого всерьез. Я рад за тебя, Джанет. И хочу напомнить Юджину об одном русском обычае. Я читал - у вас принято ''обмывать'' новые вещи. Так вот, мы пока не видели колечка, из-за которого собрались. Так и шампанское выдохнется!

Русов покраснел, полез в карман и достал кольцо с бриллиантами. Кое-как нацепил на палец Джанет и неловко поцеловал ее. Раздался хор поздравлений, все выпили шампанского (Джанет и Хелен только пригубили) и принялись за еду.

Позже несколько слов сказала Хелен. Она выглядела элегантно в голубом костюме и говорила красиво, хотя и немного официально: о мостике любви, который соединил два ранее враждебных народа.

После обеда стали танцевать. Русову только раз удалось станцевать с Джанет. Он любовался завитками ее рыжеватых волос, ушком с филигранной подвеской.

– Ты очень красивая сегодня, - сказал он.

Но глаза Джанет потемнели, словно тень легла в зеленой глубине леса.

– Как жаль, что моей мамы нет сегодня, - молвила она, слегка отстраняясь от Русова.

После этого он танцевал с Хелен. Было неловко, потому что та танцевала гораздо лучше Русова. Но и в ее красивых голубых глазах проглядывала грусть.

– Наверное, вы много разговаривали с Грегори, - сказала она, ведя Русова в танце.
– Из-за чего началась та война? Зачем все это было?

Русов виновато улыбнулся:

– Мы не нашли ясного ответа. Но я вспоминаю слова матери: беды мира от того, что во многих охладела любовь. Только любовь не мыслит зла ближнему.

Хелен покачала головой. Она кружила Русова, держа в отдалении от себя.

– Это старая песня. Христианская мораль никого не спасла.

Русов вздохнул:

– Любовь вообще редкость в нашем мире. Слишком много хищничества - и в отношениях людей, и между странами. Вот моя мама любила людей. Хотела помочь даже незнакомым - так, как она это понимала. Поэтому и приехала в Россию. Она знала, что другой народ - тоже ближний твой. Слишком сократились расстояния, современное оружие действует со скоростью света. Помнится, один русский мыслитель сказал, что целые миры гибнут от недостатка любви... Но политики этого не понимают.

Хелен неуверенно улыбнулась:

– Нам трудно полюбить Россию. Но я не знала, что вы такой умный молодой человек. Джанет повезло.

И отошла, оставив Русова в смущении.

Потом Русов танцевал с Фрэнсис, Джин и Лу... А потом гости стали разъезжаться. Уехала Хелен - одна в просторной машине. Прибыл длинный автомобиль и забрал Майка и Фрэнсис. Двух пожилых леди увез Болдуин. Филлис гремела посудой, убирая со стола. Они сидели втроем, и последние аккорды полонеза Огинского величаво и печально плыли по опустевшей гостиной.

Вдруг Джанет заплакала, быстро встала и, путаясь в красивом платье, побежала вверх по лестнице. Русов вскочил, но его удержал Грегори.

– Ты ничем не поможешь, - бесцветно сказал он.
– Сиди.

Филлис еще яростнее загремела посудой. Появился Болдуин и немедленно получил выговор за то, что слишком долго ездил. Наконец эта странная парочка уехала. Только тогда Русов решился подняться наверх.

Против ожидания, Джанет не плакала, а покачивалась в кресле. Свет не был включен, и в слабом освещении из коридора ее платье казалось черным.

– Как тебе Филлис с Болдуином?
– спокойно спросила она.
– Влюблена в него, но все время пилит. Я удивляюсь, как он терпит? Ты бы терпел, если я тебя пилила?

– Не знаю.
– Русов почти ощупью нашел стул и сел.
– Наверное, постарался бы. Но вообще у нас дома были патриархальные нравы. Никто и думать не смел возражать отцу.

– Ну, это уже крайность, - рассудительно сказала Джанет.
– Азиатские нравы. Но ты не беспокойся, Юджин. Я постараюсь быть послушной женой... в основном, конечно. В Библии сказано, что жена должна уважать мужа. Мама говорила, что это мудрый совет. Мужчины очень обидчивы.

– А у нас в церквях читают, - вспомнил Русов, - ''да убоится жена мужа своего!''

– Ну нет!
– Джанет стала раскачиваться сильнее.
– Этого ты от меня не дождешься!

– Я этого и не хочу, Джан, - улыбнулся Русов.
– Какая ты красивая сегодня! Прямо как королева из сказки. У меня в детстве была книжка с картинками. На одной была нарисована красавица королева, а перед ее троном мальчик и девочка...

– И что с ними стало?
– поинтересовалась Джанет.
– С мальчиком и девочкой?

– Кажется, их разлучил злой волшебник. Но когда мальчик вырос, то стал прекрасным юношей, победил волшебника и освободил свою невесту. А про королеву я не помню.

– Значит, у этой сказки был счастливый конец, - молвила Джанет.
– А какой конец будет у нашей?

Зеркало над туалетным столиком слабо светилось. Вдруг Русову показалось, будто в нем мелькнуло что-то белое. Он вздрогнул. И вздрогнул снова, когда услышал голос Джанет. Оказывается, она внимательно наблюдала за ним.

– Не бойся. В этот дом не проникнет никто. По крайней мере, пока жив Грегори.

Так немного странно закончился день помолвки Русова. И только лежа в постели, он вдруг понял, что боялся этого дня - словно наложит какие-то путы на него. Он улыбнулся и скоро заснул.

На следующей неделе Русова ожидал сюрприз. Его позвал Грегори и вручил официального вида бланк.

– Тебе электронная почта из Атланты.

Русов прочел. Это оказалось приглашение из Всемирного университета при Институте глобального управления. Сообщалось, что ему, Юджину Русову, может быть предоставлен грант для оплаты учебы на выбранном им факультете. К сожалению, у них не было студентов из России и часть фонда оставалась неизрасходованной. Ему предлагалось прибыть уже в январе, чтобы посещать курсы по совершенствованию английского языка и подготовиться к вступительному тесту SAT.