Чтение онлайн

Я удивленно уставился на кулак.

— Хрена я сильный! Богов вырубаю с удара!

— Не обольщайся, Адри, — донесся снизу голос Персефоны. — У нее просто не осталось сил. Как и меня, собственно.

— Черт, ты в порядке? Прости я…

— Все нормально, — простонала богиня, с моей помощью поднимаясь на ноги и потирая спину. — Просто выжата как лимон. Ты сам как? Что ты тут вообще делаешь? Когда Афина говорила, что…

Что там говорила Афина, дослушать я не успел. Справа, а именно из-под завала, куда угодила Деметра, внезапно дохнуло свежими заморозками.

— Мам, осторожнее!

— Ах ты ж…

Окончательно обезумев, Деметра с безумным визгом снова бросилась вперед. Ледяной кинжал она отбросила в угол, предпочтя другое оружие. Ногти старухи вытянулись и побелели, так и искря инеем и морозом. Я пируэтом ушел в сторону, не желая подставляться разъяренной богине, Персефона тоже шмыгнула куда-то назад. Вовремя. Когти разъярённой богини вспороли воздух, где мы только что стояли, а сама она с совершенно ошалевшем выражением на лицо завизжала от ярости. Ну как тут этим не воспользоваться?

Мама схватила Деметру за плечо и потянула, подставляя мне бок.

— Адри!

Я, не будь дурак, не стал упускать момента и с размаха врезал старухе ладонью под ребра. Зеленый свет Ахиллеса прошёл сквозь порванную в клочья шубу и растекся по шершавой, пожелтевшей коже. Деметра взвыла от боли и отшатнулась, ударившись головой о выступающий камень. Глаза богини застилала бегущая из раны кровь. Персефона не дала ей даже момента собраться — быстрая подсечка, колено в спину, и старуха, едва дыша, с искривленным от бешенства лицом лежала, что называется «мордой в пол», придавленная телом богини.

Я присел на корточки рядом с Деметрой. Та, казалось, окончательно сбрендила и пронзительно выла, как загнанный в клетку зверь.

— Извините, бабуля. Не ваш сегодня день, — пробормотал я. — Мама знает карате.

— Не ёрничай, — осадила меня Персефона, толстыми стеблями закутывая старуху в кокон. Пронзительный визг старухи вышел на новый уровень, застив Персефону сморщиться. — Серьёзно, мам, хватит. Я же тебя предупреждала. Посиди тут пока, ладно? Мы еще поговорим. А теперь ты, молодой человек… Что ты тут делаешь?

Я постарался прикинуться валенком.

— А что я? Ничего не знаю, я тут случайно. Да и вообще, Аиду помочь не надо? А то один против титана… Кто знает, что случится.

— Не уходи от темы, — сурово произнесла Персефона, жестом руки отправляя кокон с матерью в угол. — Я все еще желаю знать, как ты замешан в этой истории

— Да не ухожу я, — пробурчал я, с ужасом осознавая, что звучу как провинившийся школьник. — Просто Аид…

— Твой отец, — мама специально выделила это слово. — И сам прекрасно справится.

Сам? Ну-ну. Я обернулся, не до конца уверенный, что могу доверять этим словам. Как оказалось — зря. Как раз успел застал финальный акт поединка титана и бога, отца и сына. Лидировал в котором, на мое удивление, второй.

Аид мастерски загонял Кроноса в угол. В воздухе один за другим вспыхивали лучи огненной энергии, разбивая в клочья черный песок, которым титан защищался. Лучи шли из портала в Подземный мир — все еще открытого, с тех пор как из него вышли супруги, один за другим они с чудовищной силой врезались в фигуру титана — в грудь, в плечо, в живот. Грохот стоял такой — хоть уши зажимая. Камень под ногами богов плавился и кипел от жара, но ни того, ни другого этого не волновало.

Кронос, чувствуя, что его лишают сильнейшего оружия, ревел и метал, как загнанный в клетке зверь. Титан сражался до конца. Волной искаженного времени откинул сонмы призванных Аидом душ, разметал их ударом серпа, а затем, осознав, что проигрывает в дальнобойном поединке, свернувшись в пружину, в длинном прыжке взвился в воздух, чтобы приземлиться рядом с Аидом.

Они сшиблись как звери, грудь в грудь. Ни изящества, ни техники. Просто сила, ярость и воля к победе. Кронос ударил первым — серп скользнул по боку Аида, оставив на теле глубокий разрез. Аид не отступил. Вцепился в титаническое запястье, вывернул, и с хрустом выбил оружие из руки врага. Серп отлетел в сторону, звеня, и замер у останков стены.

Кронос ударил снова, на этот раз кулаком. Аид увернулся, ответил прямым в челюсть, только чтобы нарваться на ответный хук в челюсть. Удары сыпались одни за другим, боги падали на развалины пола, катались, поднимались снова. Было видно, Кронос пытался вырваться — но Аид держал крепко. В какой-то момент драки он улучил момент и схватил титана за волосы. Тот взвыл, попытался дернуться, только чтобы сын приложил его лбом об обломок колонны.

— М-да, — пробормотал я, наблюдая их драку. — Это же обычный мордобой, ей-богу. Где красивые финты, опасные маневры и планы…

Неужели мы с Аидом также выглядели? Когда мудохала друг друга в Тартаре? Даже стыдно ей, богу.

— У каждого есть план, пока он не получит по морде, — грубо процитировала известного боксера мама и, посмотрев на рычащих мужчин, устало покачала головой. — Но я согласна, это ужас. Как вернемся домой, отправлю его к Ахиллу. Повелитель Подземного Мира, мастер копья и первенец Кроноса, не должен сражаться, как обычный мужлан. И в любую драку лезть с кулаками.

«И от кого он этого набрался, то…» — мысленно пробормотал я, искоса посмотрев на замотанные тряпками — она, что уличный боец из файтинг игры? — кулаки матери. Вслух я этого, понятное дело, говорить не стал. Мне еще жить охота.

— Бедный мальчик. Он этого не заслужил, — вывел меня из транса печальный голос матери. — И что я скажу Семеле…

Я проследил за ее взглядом и заметил тело Диониса, словно изломанная кукла, лежавшее у подножия упавшей колонны. Когда-то искрящиеся весельем глаза бога теперь бессмысленно уставились в небо, словно погибший спрашивал: Почему так получилось?

— Как он погиб? — сглотнув слюну, спросил я присаживаясь рядом с телом на корточки. — Кронос постарался?

— Нет. Деметра… Или я, — отвернувшись добавила Персефона, с отвращением уставившись на свои руки. — Мы не смотрели по сторонам. А он был ранен, попал под удар, не успел выбраться.

Я аккуратно перевернул тело на спину, только чтобы заметить коричневый корень, пробивший бедолаге сердце. Дионис даже не успел заметить, что умер.

— Ледышкой убило, — солгал я, возвращаясь обратно к матери. — Не повезло, бедолаге. Что поделать. Даже с богами бывает.

Не знаю, поверила ли мне мама, но от вопросов она воздержалась. Только тяжело вздохнула.

— Идем к твоему отцу, сынок. Кажется, он уже наконец закончил, как ты выразился «мордобой». Я хочу уже покончить с этим делом и вернуться домой. Я устала от Верхнего Мира.