Чтение онлайн

Я пристально на нее смотрю.

– Вообще-то я нашла список пропавших вещей. Эльва забрала его и пыталась спрятать, она слишком настойчиво совала нос в дела тети Фрэнсис.

Бет опускается на стул напротив.

– Если честно, я хотела защитить Фрэнсис от нее самой. Я взяла вещи, причинявшие ей беспокойство, связанные с тем предсказанием. Она нервничала даже из-за вилок: по ее словам, они выглядели слишком по-королевски. Она многие десятилетия ими пользовалась, не понимаю, отчего вдруг стала так волноваться. В общем, я решила, что с глаз долой – из сердца вон. Из дома я ничего не выносила. Просто прятала. – Она умолкает, глядя на меня. – Видимо, ты нашла остальное, раз уж поселилась в той комнате?

Я киваю.

Я размышляю о Бет. Она кажется открытой и честной, вряд ли она убила тетю Фрэнсис. Ночные озарения снова твердо встают на нужные места, и я не вижу вреда в том, чтобы честно ответить насчет своих планов на ферму.

– Я не собираюсь забирать вашу ферму, Бет. И знаю, что здесь выращивает твой дед. – При этих словах глаза Бет слегка округляются, но она молчит. – Он должен это прекратить, но я собираюсь предложить ему другой прибыльный бизнес, легальный. Я хочу отдать вам «Роллс-Ройс», мне он все равно без надобности.

Бет оживляется.

– Правда? Это так много для нас значит. Мы обожаем эту машину.

– Конечно. Ну, если только ни один из вас не убивал тетю Фрэнсис.

Бет смеется, но я шучу лишь отчасти. В любом случае мои слова немного разряжают обстановку. Теперь можно и позавтракать. Я решаю сделать ставку на Бет.

– Можешь оказать мне услугу? – спрашиваю я, отчаянно надеясь, что чутье меня не подводит. – Отнесешь мой рюкзак мистеру Гордону? – Я достаю из-под стола рюкзак, стоявший у моих ног. Если вечером что-то пойдет не так, результаты расследования должны оказаться у него. – Здесь несколько скучных бланков, которые я должна была подписать, потому что мы вовремя не заплатили за электричество в Челси.

Хлипкое объяснение, но на кону стоит слишком многое, чтобы рассказывать ей всю правду.

– Конечно, – соглашается она и берет рюкзак.

Остается только надеяться, что Бет доставит его по адресу, но сделает это быстро и не станет заглядывать внутрь.

– Спасибо.

Я выхожу в сад, чтобы найти укромное местечко и сделать несколько звонков. Пора приступать ко второй фазе плана.

Я нахожу в интернете номер кабинета доктора Овусу, и она берет трубку после второго гудка.

– Привет, это Энни Адамс, – говорю я.

– А, привет, Энни. Как сыпь? Полагаю, она давно прошла.

– Да, спасибо. Но вообще-то я звоню по другой причине. Не знаю, что именно тетя Фрэнсис рассказала вам о своем расследовании, но у нее были доказательства, что Магда продает наркотические медикаменты. Как я узнала из документов тети Фрэнсис, Магда получала лекарства через вас, сфабриковав правдоподобное основание для этого. Поэтому я звоню не для того, чтобы вас в чем-то обвинять.

На том конце линии на секунду воцаряется тишина, а потом я слышу приглушенные ругательства. Когда доктор Овусу отвечает, ее голос полон сдерживаемого гнева.

– Магда сказала, что процедура заказа изменилась. У нее были списки лекарств на официальных бланках и накладные, все выглядело подлинным. И она заказывала не только окситоцин или морфин – в основном в ее списках был стандартный набор для «Скорой». Инъекции эпинефрина, инсулин и тому подобное. – Она ненадолго умолкает. – Вы уверены?

– Уверена.

– Тогда я должна позвонить Роуэну. Пусть с этим разбирается он.

– Он уже в курсе, – отвечаю я, и у меня сосет под ложечкой.

Интересно, насколько детектив Крейн приблизился к разгадке убийства тети Фрэнсис? За три дня столько всего произошло, а на разгадку осталось еще четыре. Но это не имеет значения, если Крейн раскроет убийство уже сегодня. Я даже не могу заставить себя пожелать ему быть плохим детективом или как-то ему помешать. Придется действовать по плану и надеяться, что я получу ответы первой.

– Но у меня есть просьба, – добавляю я. – Вы не могли бы поговорить с Магдой, но не раскрывать ей, что все знаете. Ради Фрэнсис.

– Вы же не впутаетесь в какое-нибудь рискованное предприятие, Энни? А то я ведь с легкостью попрошу Роуэна вас обуздать, если решите прыгнуть выше головы.

– И позволите ему раскрыть дело раньше меня? Позволите «Джессоп филдс» застроить поместье непонятно чем, лишь бы выжать побольше денег, и тем самым настроите против себя всю деревню?

– Я думаю, вам следует больше доверять Роуэну, – говорит она. – Он действует очень осторожно, Энни, стараясь обезопасить всех и при этом выполнить свою работу, а вам дать возможность провести собственное расследование. Но если вы умрете, то никому не поможете.

Я изо всех сил пытаюсь взять себя в руки, потому что чем больше размышляю над планом, тем глупее он кажется.

– Можете распустить кое-какие слухи? – спрашиваю я. – Шепните Магде, что я раскрыла убийство Фрэнсис. Сможете это сделать?

– Вы уже знаете, кто убийца? Потому что в таком случае должны обратиться к Уолту Гордону.

– Мне кажется, я раскрыла дело, но надо получить еще кое-какие доказательства. Так вы мне поможете?

Снова повисает пауза, и наконец я слышу вздох.

– Хорошо, – соглашается она.

– Спасибо.

– Но я также сделаю все возможное, чтобы вы оставались в безопасности, а значит, сообщу Роуэну о нашем разговоре.

Я морщусь.

– Поступайте, как считаете нужным.

– Вы тоже, – говорит она и отключается.

Я сжимаю и разжимаю кулаки в одном ритме с церковными колоколами и понимаю, насколько нервничаю перед встречей с Джоном Оксли. Время в Грейвсдаун-холле тянулось слишком медленно, и я была уже не в состоянии просто бродить по комнатам. Поэтому я вызвала такси, решив, что нельзя избегать церкви и семейных связей. Церковь стоит на пригорке, напоминая уменьшенную копию руин замка на большом холме в другом конце города. Я медленно поднимаюсь, пробираясь между покосившимися надгробиями и разросшимися тисами.

Из церкви вытекает людской ручеек – женщины в лиловых и бирюзовых шляпках болтают с мужчинами в помятых костюмах. Я оглядываюсь на подножие холма и вижу мелькание объемного белого платья, а потом дверца элегантного черного автомобиля захлопывается. Мне кажется, сейчас неподходящий момент, чтобы подойти к Джону и сказать: «Здравствуйте, я Энни, ваша внучка», поэтому я нахожу скамейку чуть в стороне от церкви, откуда могу немного понаблюдать. Вскоре людской поток редеет, а машины движутся только в одном направлении – к гостинице «Касл-хаус».

Джон беседует с пожилой дамой, но смотрит не на нее, а на меня. Он выглядит точно так же, как на фотографии с церковного сайта – седые волосы аккуратно зачесаны, худощавое телосложение говорит об активном образе жизни. Не могу сказать почему, но он производит впечатление теннисиста или гребца. Я пытаюсь представить, как в восемнадцать лет он тайком встречался с Эмили – воплощенный стереотип подростка изменщика и обманщика. Пытаюсь представить его убийцей и чувствую удовлетворение, когда мне это не удается.