Опасность близка
Шрифт:
«Ветеринары дают мне тразодон, — говорит Хэнкок. — Чёртов транквилизатор для лошадей. Да, я сплю».
Тразодон лечит бессонницу, связанную с тяжёлой депрессией. Откуда я знаю? Врачи мне его прописали. Я порвал рецепт через две минуты после выхода из больницы. Вернувшись домой, я решил, что больше не буду принимать таблетки. Похоже, Хэнкок — это ходячая аптека.
«Я делаю мармеладки с травкой», — смеётся Ленсон. «Тебе стоит попробовать, чувак. Спи как младенец».
«Может, попробую», — Хэнкок смотрит скептически. «Боль сильнее всего ночью».
Мне следовало отказаться идти в эту долину. Я передал вопрос вышестоящему руководству «Дельты».
Мне неловко, я хочу сменить тему.
«Где Мэри и Донни?»
«В их комнате», — Хэнкок кладет флакон в карман.
«Мэри вымоталась, мы весь день всё договаривались. Не думаю, что это физическое состояние, она и так очень напрягается.
Не могу ее винить.
Ленсон смотрит на широкоэкранный экран. В новостях показывают тот же репортаж о взрыве в нью-йоркском метро.
Это на катушке. «Мы убили их там, чтобы нам не пришлось убивать их здесь».
«Они крепкие, — мрачно говорит Хэнкок. — И преданные своему делу.
Они там не останутся. Это как игра «Бей крота».
«Эта война, — заявляет Ленсон, — идеологическая. Она продлится сто лет».
Я смотрю на него. «Если только мы не убьем их всех».
OceanofPDF.com
5
САЛЕМ, 21:00 ПЯТНИЦА
Голос Мэри Келлер мягок, но выдаёт её усталость: «Тебе пора спать, Донни».
«Мама, я не хочу спать. Можно мне ещё немного поспать с дядей?»
«Ложись спать, Донни, — говорю я мальчику. — Я буду здесь всю неделю. У нас много времени».
«Я скучаю по папе».
Мы сидим в баре отеля, потягивая напитки после долгого дня. Донни допил свой коктейль «Шерли Темпл» – 7-Up с вишнёвым соком. Он сонный и изо всех сил старается не заснуть.
«Пошли, Донни», — я встаю и хлопаю его по спине. «Я отведу тебя в постель. Завтра будет насыщенный день».
Я смотрю на Мэри. «У него есть ключ от номера?»
Мэри роется в сумке и протягивает мне карточку-ключ.
«Используй мой».
На пластике трафаретом выведено число 312. Я оставляю Мэри с Ленсоном и Хэнкоком. Провожу Донни к лифту.
Лаунж — один из двух переоборудованных салонов по обе стороны от стойки регистрации. В другом расположен ресторан. Над баром висит широкоэкранный экран. На нём транслируются новости, но звук отключён. Вместо этого внизу экрана бегут субтитры для слабослышащих.
Мы все присутствовали на свадьбе Келлера. Эскадрон был в парадной форме. Свадебный обряд обычно проводится на офицерских свадьбах. Ленсон взял на себя ответственность за аренду пары сабель в строевом отряде в Форт-Брэгге.
После церемонии Дэн и Мэри вышли из Мемориальной часовни имени Джона Кеннеди. Два ряда дельтас подняли мечи, образовав арку над головами пары. Пара прошла под аркой. Длинные светлые волосы Мэри сияли на солнце, а её щёки пылали. Ей было всего двадцать два года, и она сияла румянцем юности. В конце прогулки мы с Ленсоном опустили мечи, преграждая им путь.
Мэри выглядела удивленной, а Келлер ухмыльнулся.
«Поцелуй этого человека», — крикнул Хэнкок.
Мэри растая в объятиях Келлера, и они поцеловались так, словно завтра не наступит никогда.
Мы с Ленсоном подняли мечи. «Добро пожаловать в Дельту, мэм», — сказал я.
Я нажимаю кнопку лифта, и двери с шипением открываются. Мы с Донни заходим внутрь, и я нажимаю кнопку номер три. Двери с грохотом закрываются, и взору предстают Мэри, Ленсон и Хэнкок, сидящие за столиком в гостиной.
«Дядя Брид». Донни пристально смотрит на меня. У мальчика черты отца. Через десять лет он будет выглядеть точь-в-точь как Келлер. Пойдёт ли он по стопам отца? Для этого мальчика всё возможно.
«Да, Донни».
«Мама сказала мне, что папа погиб в результате несчастного случая».
Заперт в стальной коробке с безжалостным восьмилетним ребенком.
Донни говорит деловито: «Это ведь неправда, да?»
Стоит ли мне сказать правду или поддержать ложь Мэри? «Нет, Донни. Это не так».
Донни моргает, сдерживая слёзы. «Не говори маме, я знаю».
«Хорошо», — выдохнул я.
Мы выходим на третьей станции и следуем указателям на 312. Я вставляю карту в щель ключа и поворачиваю ручку. Дверь…
открывается.
Донни спрашивает: «Они найдут того, кто это сделал?»
«Не знаю. Они пытаются».
«Спасибо, дядя Брид», — Донни входит в комнату и поворачивается ко мне. «Теперь со мной всё будет в порядке».
«Спокойной ночи, Донни».
"Спокойной ночи."
Дверь закрывается и щелкает замок.
Я иду к лифту. Вспомните, как Келлер и Мэри разрезают свадебный торт церемониальным мечом. И подают друг другу первый кусок.
Чувствую себя паршиво. Когда возвращаюсь в гостиную, хочется кого-нибудь ударить.
«Донни измотан», — говорит Мэри.
«С ним всё будет в порядке». Я протягиваю Мэри её ключ-карту. Сваливаюсь в кресло и смотрю на своё пиво. Сейчас бутылка бурбона больше подошла бы моему настроению.
Ленсон и Хэнкок переглядываются. Годами мы прикрывали друг друга, но стали чуткими друг к другу. Годами мы проводили вместе больше времени, чем с родными.
Чем раньше я допью пиво, тем быстрее смогу заказать что-нибудь ещё. Я осушаю бокал одним большим глотком.
Я поднимаю голову, ловлю взгляд бармена и машу ему рукой.
«Двойной бурбон», — говорю я ему. «Makers Mark, если есть».
Бармен улыбается: «Уверен, что да».
Я смотрю, как он идёт к бару. С другой стороны зала на меня смотрит привлекательная женщина. Стройная, темноволосая, с серьёзным взглядом. Вежливо, без смущения, она отводит взгляд.
«Знаешь», — говорит Мэри, — «я всегда боялась, что Дэна там убьют».
«Разве ты не ненавидишь армию?» — спрашивает Хэнкок.
«Нет», — Мэри качает головой. «Конечно, я хотела, чтобы Дэн вернулся домой. Но если бы он хотел остаться в армии, я бы поддержала его на все сто. Я ему это и сказала».
Он хотел вернуться».
«Я знаю», — говорю я ей.
«Я была готова к тому, что его расстреляют, пока он был в армии», — Мэри выглядит беспомощной. «Это часть работы солдата.
Быть подстреленным — не работа скотовода. Не в этом веке.
Бармен приносит мне бурбон, и я выпиваю половину.