Чтение онлайн

Глава 13.

Сюрприз для Цветаны

Переславль-Кочары

Вчерашний конфликт в группе дальнейшего развития не получил. На следующий день в начале первого занятия по предмету с загадочным название «Введение в дендрологию и лесоведение» староста группы раздала студенческие билеты, зачетные книжки и читательские билеты.

Потом декан, то самый старикашка, который принимал у меня документы, Леонид Сергеевич Корольков с трибуны у доски приступил к чтению лекции. Для меня, честно говоря, было новостью, что декан еще и преподавательской работой занимается. Встретив мой взгляд, он вдруг приостановил лекцию и громко, на всю аудиторию поинтересовался:

— Антон Николаевич! Вы еще не передумали перевестись на дневное отделение?

— Нет, — я встал из-за стола. — Спасибо, Леонид Сергеевич, за предложение. Но нет, не передумал.

И снова сел.

Кто-то (в основном, девчонки, хотя какие там девчонки, в нашей группе «девчонки» были в возрасте от 25 и выше, Ирине Дмитриевне так вообще за 40 было) старательно пытались записывать, кто-то откровенно зевал. Вчерашняя четверка задиравших меня на стоянке великовозрастных лоботрясов и двух составивших им компанию в общежитии дам, приближающихся к бальзаковскому возрасту, отравляла атмосферу в аудитории густым перегаром. Помимо этого, шестерка ощутимо мучилась неслабым похмельем. Вокруг их голов светился ярко-красные болезненные ореолы, а у дам, помимо этого, проявились очаги боли и в районе желудков. Очевидно, очень хорошо вчера отметили начало занятий. Конечно, можно было их полечить, но я посчитал это лишним. Перебьются! Кстати, эти две дамы, видимо с целью маскировки своего похмельного состояния, накрасились, как индейцы, выходящие на тропу войны.

Лекция длилась два академических часа — два урока по 45 минут, если считать по школьному. В пятиминутный перерыв почти весь мужской состав, кроме меня и Валерия Александровича, сбежал на улицу покурить. А Валерий Александрович вдруг подсел ко мне, протянул руку, поздоровался и поинтересовался:

— Ты где работаешь, Антон?

— В Кутятинском лесхозе, — ответил я. — Помощником лесника.

— Нравится работа? — насел он на меня.

— Нравится, — согласился я.

— Переходи ко мне, — предложил он. — Персональным водителем. Автомобиль новый, «волга». Комната в общежитии, через год квартиру получишь. Зарплата 200, нет, 250 рублей. Согласен?

Дамочки, сидящие сзади, навострили уши.

— Нет, — я покачал головой. — У меня новый дом в деревне, хозяйство. Куда-то срываться совершенно не хочется.

— 300 рублей! — предложил Валерий Александрович.

Я отрицательно покачал головой.

— Извините, Валерий Александрович, не в деньгах дело.

— Да? — удивился он, пожал плечами и бросил. — Ну, смотри сам. Моё предложение остается в силе!

Он отошел, а дамочка, сидящая сзади, перегнулась и ткнула меня кулаком в спину:

— Пацан! Ты хоть знаешь, кому ты отказал? Знаешь, кто это?

Я повернулся к ней. Она была самой симпатичной и молодой из женщин в нашей группе, но, тем не менее, всё-таки старше меня, лет 25. А еще она обладала неплохой фигуркой, во всяком случае, еще неиспорченной возрастом и всякими излишествами.

— Не-а, не знаю, — ответил я. — Но мне его предложение не интересно.

— Это Валерий Александрович Журавлев, директор колхоза «Чкаловский»! — вполголоса яростным голосом сообщила девушка. — Колхоз-миллионер, главный поставщик крупного рогатого скота на мясокомбинаты области. Эх, меня бы он позвал к себе! За такую зарплату я на любую работу пошла бы!

— Так иди, попросись к нему! — посоветовал я и отвернулся.

— Дурак ты! — ответила девушка.

После этой лекции на большой перемене я вместе со всеми направился в буфет. Давешняя шестерка оказалась в очереди первыми и все поголовно заказали холодный гранатовый сок — и парни, и дамы. Аж по два стакана. Первые они выпили тут же, со вторыми отошли к столикам, сели вместе и уже не спеша, с наслаждением потягивали бордовую жидкость. Видимо, помогало: на их лицах даже наступало некоторое просветление.

Я себе взял жиденький кофе и плюшку, отошел к окну. В основном, все мои одногруппники брали выпечку и что-то из напитков. Вчерашние салаты, котлеты, потерявшие свой товарный вид еще при изготовлении, остались невостребованными.

Дамочка, которая сидела на занятиях позади меня, к чаю взяла бутерброд с тонким ломтиком вареной колбасы, оглянулась и, не найдя свободных мест, отошла ко мне.

— Приятного аппетита, — пожелал я.

— Спасибо, — буркнула она. — Валя. Меня Валей зовут.

— Антон, — представился я.

— Ты на дневное не поступил что ли? — прожевав, спросила она. — Хотя нет, декан тебя звал переводиться.

— А зачем? — я пожал плечами. — Я работаю в лесхозе, мне нравится. Директор лесхоза потребовал, чтобы я учиться поступал. Сам я, честно говоря, и не планировал.

Последнее я, конечно, соврал. Мамаев не требовал, рекомендовал, так сказать, советовал.

— А мне диплом нужен, — сообщила Валя. — Иначе всю жизнь так и придётся в кассе сидеть.

— Где? — не понял я.

— В кассе бухгалтерии, — пояснила она. — В совхозе. А с дипломом, неважно каким, и должность повыше будет, и уважение…

— Да? — удивился я: вот уж не думал, что уважение в коллективе от диплома зависит.

— А ты почему в общагу не заселился? У тебя родственники здесь?

— У меня квартира в городе, — сообщил я. — Недалеко отсюда.

— А что ты в районе делаешь тогда? — удивилась она. — Здесь работы не нашел?

— Мне в деревне нравится, — усмехнулся я, немного шокированный её назойливостью.

— Чем ты после учёбы сегодня будешьзаниматься? — продолжала допытываться Валя.

— Еще не придумал, — я пожал плечами, поставил пустой стакан на стол для грязной посуды. Звонок спас меня от дальнейших расспросов. Однако я не угадал: Валя подхватила сумку и плюхнулась на стул рядом со мной:

— Не возражаешь, я с тобой посижу?

Я пожал плечами, мол, сиди, место не куплено. Как оказалось, моё согласие было грандиозной ошибкой.

Следующую лекцию по предмету «Экологические основы природопользования» читал длинный и худой, похожий на жердь, преподаватель лет 30-ти, длинноволосый, с большими, постоянно сползающими на кончик носа очками. Он постоянно бросал вопросительные взгляды на нас, смущался, словно боялся, что нам будет непонятно. Разумеется, мало, кто слушал его выступление.

Валя, пользуясь моментом, тут же стала меня доставать меня вопросами:

— Тебе сколько лет?

— С кем ты живешь?

— Братья-сестры есть?

— Кем работаешь?

— Откуда у тебя машина?

— Какая тебе музыка нравится?

— Девочка у тебя есть?

Я не успевал отвечать на её вопросы и уже через пятнадцать минут стал задумываться, как бы аккуратно наложить на неё паралич языка. Увы, специального конструкта немоты в известных мне заклинаниях магии Жизни, Разума или Смерти не было. Разве что пустить аккуратный несильный импульс магии Смерти в корень языка? Или лучше наложить на неё заклинание крепкого здорового сна? Этот вариант мне показался наиболее подходящим.