Чтение онлайн

— Гля, как Валюха Малого обхаживает! — достаточно громко заметил сзади кто-то из компании Вадима.

— С нами вчера даже не посидела, — а это уже голос Вадима.

— Брезгует, сучка! — вполголоса заметил кто-то еще.

Валентина повернулась и на всю аудиторию, ничуть не стесняясь, заявила:

— С вами пить, себя не уважать!

Преподаватель на кафедре тут же стушевался и замолчал.

— О как! — ответил тот же голос. Я повернулся и, глядя на эту четверку, предупредил:

— В лоб дам! Всем четверым, если дальше мешать будете.

Меня сразу же поддержали и наша староста, и Валерий Александрович:

— А ну заткнулись все!

Они замолчали, только тот же парень буркнул в мой адрес:

— Потом поговорим…

— А ты, правда, из-за меня с ними драться будешь? — шепотом поинтересовалась неугомонная Валентина.

— Блин! — мне захотелось выругаться.

На этот раз меня спас декан, который зашел в аудиторию и, окинув нас взглядом, громко сказал:

— Ковалёв!

— Я! — я встал из-за стола.

— Пошли! — декан махнул рукой, приглашая следовать за ним. У себя в кабинете он, оглядев меня, сообщил:

— По ходатайству компетентных товарищей от занятий ты освобождаешься. Будешь, так сказать, заниматься самостоятельно. Но на экзаменах и зачетах поблажек не жди!

Он грозно посмотрел на меня и протянул листок бумаги:

— Это список учебной литературы, которую тебе надо взять в библиотеке. За расписанием посматривай, в декабре в десятых числах начнется сессия. Понял? Свободен!

Ну, что-что, а экзамены и тем более зачеты меня не пугали. С моей-то памятью и не сдать? Тридцать три раза «ха-ха».

— До свидания! — я развернулся и ушел. В библиотеку решил сегодня не заходить, заехать на квартиру, а потом в деревню. С телефона-автомата в холле института набрал телефон Устинова.

— Привет, Денис! — поздоровался я.

— Здорово, здорово, Антон! — отозвался тот.

— Спасибо за помощь!..

— Не за что, рад помочь.

Я повесил трубку.

Недалеко от сельхозинститута находился облоно — областной отдел народного образования. Я вывернул со стоянки на улицу и, проезжая мимо остановки, увидел Наталью Михайловну Гревцову, стоявшую в ожидании то ли троллейбуса, то ли автобуса.

Учительница математики была одета словно на открытый урок. Во всяком случае на открытом уроке она была именно в этом наряде: длинная, ниже колен плиссированная серая юбка, ослепительно белая блуза с кружевами на груди и элегантный приталенный жакет с изящной золотой брошью на левом лацкане. Вместе с тем от неё прямо-таки веяло унынием, какой-то непонятной безысходностью, а над головой клубилась серая дымка. Мне стало не по себе.

Мгновенно нажал тормоз, остановился, заглушил двигатель и выскочил из машины:

— Наталья Михайловна! Здравствуйте!

Она повернулась ко мне, окинула меня равнодушным взглядом и вяло кивнула:

— Здравствуй, Ковалев! Тебе чего?

— Садитесь, подвезу! — тут же предложил я.

— Куда ты меня подвезешь? — её голос прямо-таки обжигал морозной стужей.

— А куда скажете, туда и подвезу! — не отставал я. — Хотите, в Химик. Хотите… Да куда надо, туда и поедем.

Она улыбнулась уголками губ, посмотрела на моего «Росинанта».

— Надо же, едва школу закончил, а уже и машиной обзавелся, — без малейшей нотки зависти заметила она. — А тут…

Она не договорила.

— Это подарок бабушки, — ответил я и пошутил. — Садитесь, Наталья Михайловна! Едем! Отвезу, денег не возьму!

Наталья Михайловна равнодушно согласилась (прямо как в той сказке 'что воля, что неволя — всё равно!):

— Ну, поедем. В поселок, куда же еще?

Она села рядом со мной на пассажирское сиденье, огляделась. Я аккуратно тронулся, повернул налево, на улицу Ленина — в сторону поселка Химик. Я вёл машину осторожно, почему-то стесняясь показать, что водитель из меня еще неопытный. Машин на улице было мало. С началом осени, окончанием сезона отпусков и началом нового учебного года транспорта прибавится.

— В институт поступил? — бесстрастным голосом спросила Наталья Михайловна. Я почувствовал, что вопрос задан чисто из вежливости, из-за того, что бы что-то спросить.

— На заочку, — ответил я. — В сельхоз на лестех.

— А что так? — мой ответ её удивил.

— Да работа у меня появилась интересная, — улыбнулся я. — А институт это так, для галочки, чисто из-за диплома. А вы как?

— Никак, — она отвернулась от меня, глядя в окно. — Из школы ушла. Малевская-то осталась и по-прежнему в завучах. Заступник у неё нашелся в облоно. Вот работу ищу. Пока безуспешно.

— Совсем? — осторожно удивился я. — Неужели у нас в городе учителей избыток?

Я почувствовал себя виноватым. В принципе, из-за меня у Гревцовой возник конфликт с Малевской. Да и без чувства вины у меня было желание ей помочь. Но как? Можно было предложить ей деньги. У меня с собой в кошельке лежало рублей 500. Месяца на три ей хватило бы с избытком при прошлой-то её учительской зарплатой в 120–150 рублей в месяц. Так ведь не возьмёт Наталья Михайловна, не тот она человек. А как тогда помочь? Работы для неё у меня на примете не было.

У меня родилась идея. Магическое ядро у Натальи Михайловны сверкало зеленым огнем. Да и размер был уже с теннисный мячик. Если её показать Цветане?

— Совсем! — повысила голос учительница. — То есть абсолютно. Никому математики не нужны. В школах полный комплект. Осталось только в районах смотреть. В облоно обещали помочь, только там сидит этот кадр…

Последние слова она произнесла сквозь зубы.

— У меня есть одна идея, — сказал я. — Мне кажется, я вам смог бы помочь, Наталья Михайловна!

— Чем? — впервые в её голосе появилась какая-то заинтересованность.

— В работе! — ответил я, сворачивая к стоянке возле кафе «Театральное». — Давайте выпьем кофе, и я вам всё расскажу.

Наталья Михайловна пожала плечами, вроде соглашаясь на моё предложение.

Я выбрал столик в углу подальше от входа, взял меню.

— Вы позволите мне сделать заказ? — несколько церемонно спросил я у неё.

Она вяло улыбнулась. Время было около полудня, можно и пообедать слегка. Подошел официант. Я тут же сделал заказ: два зимних салата, две котлеты по-киевски, два кофе и пару эклеров. Учительница удивленно подняла брови: