Чтение онлайн

— Выпустил я этого полячишку, — ухмыльнулся Еремеич. — Довел до мордовских лесов и вывел на железную дорогу к станции.

— До мордовских лесов? — ахнул лесник. — Это ж без малого четыреста километров с гаком.

— А то! — гордо ответил Еремеич. — Пусть знает наших! Оголодал он у меня. Десять дён одними ягодами да грибами питался. Двух лягушек сырыми сожрал!

Местный участковый, седоватый мужичок предпенсионного возраста в чине капитана милиции, Куликов Михаил Сергеевич, которого все в округе звали либо Сергеич, либо Анискин по имени одноименного телегероя, меня воспринял поначалу настороженно. Однако после того, как я подлечил ему «пузо», как он говорил, а по факту язву желудка, а его жене сердце, зауважал меня, стал величать не иначе, как по имени-отчеству Антон Николаевич.

Как-то раз вечером, сидя в беседке у самовара за столом за чашкой чая, я поведал Еремеичу о своих городских приключениях, о взаимоотношениях и с уголовниками, и с милицией, и с чекистами. Церковников тоже вспомнил.

— Искать меня будут, Силантий Еремеевич, — заключил я. — Рано или поздно наведаются и сюда.

— Ха! Не беда, — усмехнулся лесной хозяин. — Как наведаются, так и отведаются! Я уже давно, глядя на тебя, дорогу в Кочары всем закрыл. Ну, кроме, разве что твоего дружка Макарыча да автолавки. Ну, и тем, кто с тобой вместе приезжает. Остальные, если здесь не живут, сюда не попадут. Кружить будут, а не попадут! Анискин вон два раза приезжал, да так не доехал. Всё или в болото упирается, или в Коршево к себе назад возвращается! Знаешь, как он ругался?

Мы — и я, и банник, и домовой — все посмеялись.

— Может, попаримся? — предложил я Еремеичу. Как раз Федул баньку истопил.

— Не, — отмахнулся лесной хозяин. — Благодарствую, Антон. Не любитель я…

Глава 12.

Заочник школы дураков

Переславль.

— Привет, Денис Владимирович, — сказал я в трубку. — Как дела? Как поживаешь? Не соскучился?

— Антоха! Наконец-то! — радостно заорал в трубку Устинов, словно мы не виделись сто лет. — Какими судьбами? Ты где?

А виделись всего-то пять дней назад. Я приезжал пополнить свой бюджет с помощью клиенток Зинаиды Михайловны. Тогда с утра мы с ним и пересеклись, пообщались аж почти с полдня.

Сегодняшний мой визит был обусловлен необходимостью, связанной с посещением института. Вчера в обед в Кочары прикатил Василий Макарович и сообщил, что директору лесхоза звонили насчет меня из института.

— Завтра с утра к 10.00 тебе надо быть в институте, — заявил лесник. — То ли установочная сессия для заочников, то ли лекции какие. В общем, вот так.

Он вручил мне выписку из трудовой и заверенную в кадрах лесхоза рукописную копию паспорта. Я получил от него аванс за август в сумме 11 рублей 20 копеек, расписался в ведомости.

Выезд в институт рушил все мои планы. За Кузьку я не переживал — домовой Евсеич его голодным не оставит. Саженцы минимум на неделю останутся без магической подпитки, домик я на задах за огородом хотел сделать — берлогу для Мишани, который периодически стал заглядывать в гости. Медведь после соответствующих воспитательных процедур отнесся с понятием к тому, что по огороду ходить нельзя, грядки не топтать, овощи-фрукты не жрать, яблони-груши не трогать. В основном, Мишка заходил повозиться-поиграть с Кузькой да поклянчить лакомство, какую-нибудь сладость.

Теперь придется всё на время отложить.

— Я сейчас пока дома, — сообщил я. — К половине десятого выдвигаюсь на Костюкова к главному корпусу института. Если есть желание, подваливай.

— Обязательно! — заявил Устинов. — Выдвигаюсь!

Из своей деревни я выехал с утра, часов в шесть. Пользуясь возможностью «короткой дороги» проскочил уже не до Коршево, а до самого райцентра Кутятино, и около восьми утра был уже дома, на квартире. Квартира пустовала. Maman всё еще отдыхала на юге.

Я сварил себе кофе. В деревне я, в основном, пил чай да травяные настои, которые смешивала белая ведьма Цветана. Узнав об отказе Альбины учиться у неё, она очень огорчилась, переживала до сих пор и почему-то решила, что я смогу найти ей другую ученицу. Каждый раз, когда я возвращался из города, она, встречаясь со мной, с надеждой спрашивала:

— Ну, как, не встречал? Не нашёл?

Я ей как-то проговорился, что могу видеть в человеке магическое ядро, и сейчас только виновато пожимал плечами в ответ. Увы…

Я запарковался на институтской стоянке. Сегодня здесь наблюдалось неожиданно много машин, в основном, «уазики», «нивы», пара «буханок» с дремлющими водителями, даже «волги» с районными госномерами.

Тут же обнаружился Устинов, который сразу же залез ко мне в салон, поздоровался и поинтересовался:

— Ничего, что я к тебе вот так, бесцеремонно? А то пойдём ко мне, в мою…

Он махнул в сторону своего «жигуля».

— Нормально, — улыбнулся я. — Видишь, учиться приехал!

— Надо, надо, — с самым серьезным видом согласился Устинов. — Ученье свет, а неученье — чуть свет и на работу. Что, впрочем, одно и то же.

— Взял бы мне да и помог, — заявил я. — Чтоб меня от занятий того… не дёргали. А то ведь целая неделя коту под хвост!

— А ты не рад? — засмеялся Денис. — Дома побудешь…

— В пустой квартире из угла в угол пошатаешься, — усмехнулся я. — Знаешь, Денис, у меня дел в деревне хватает: огород, скотина.

— Взял бы, пригласил бы в гости, — намекнул он.

— Как знать, может и приглашу, — уклончиво ответил я. — Ты мне с институтом порешай!

— Ладно, придумаем что-нибудь, — вздохнул Денис.

Никаких дел или вопросов ко мне у него не было. Со стороны могло показаться, что он приехал просто так, по дружбе, пообщаться. В общем, весь разговор крутился о том, где я сейчас осел, живу и чем занимаюсь.

Ничего конкретного я Денису о себе не сообщил, чем его немного разочаровал.

— В конце концов! — возмутился он. — Вдруг ты срочно понадобишься?

— Если срочно понадоблюсь, — повторил я. — Звони в лесхоз директору. На следующий день приеду.

На этой ноте мы с ним расстались. Но помочь мне с занятиями он, тем не менее, пообещал.

Сначала нас, всех поступивших в институт в этом году на заочное отделение, загнали в актовый зал. Всего нас оказалось около 200 заочников. Я посчитал: примерно 10 рядов по 20 кресел. Там мы просидели полтора часа, слушая выступление ректора, проректора по хозчасти и деканов факультетов.

Потом мы разошлись со своими деканами по факультетам. Нас снова рассадили по аудиториям. На лесотехнический, кроме меня, поступили еще 24 человека, причем из них я оказался самым молодым.

Девушка, секретарь декана, собрала у нас копии трудовых книжек, паспортов, фотографии для студенческих и читательских билетов. Дала расписание занятий на неделю.