Чтение онлайн

— Всё! Всё, что ты знаешь. У меня вся жизнь перевернулась! — воскликнула она. — Понимаешь, нет? Да еще этот тут с древней кровью…

Выезжая с лесного проселка, я едва не зацепил несущийся из Кутятина в сторону Коршево мотоцикл с коляской. Мотоциклист, плотный живчик, в «космическом» шлеме-сфере (мечта всех мотоциклистов от 15 до 50 лет), гневно просигналил мне, остановился, развернулся в седле и пригрозил кулаком. Я тоже остановился, вышел из машины, развел руками:

— Извини, дорогой! Не заметил…

Мотоциклист еще раз махнул мне рукой, газанул и поехал дальше.

— Номер у него какой-то странный, — вслух сказал я. — Аббревиатура «ЭСТ». Эстония, что ли? Куда забрался-то, болезный! Заблудился что ли?

Мотоцикл был хорош! Двухцилиндровая «Ява-350» да еще с коляской.

Мы поехали дальше. Выехали на трассу. Минут через пятнадцать Наталья Михайловна вдруг спросила:

— У тебя деньги есть?

— Есть, — ответил я. — Сколько надо?

— Рублей триста, триста пятьдесят, — попросила она. — Разумеется, верну всё до копейки!

Я засмеялся: по сравнению с Альбиной у неё запросы были гораздо меньше.

— Если вдруг вам что-то нужно купить из одежды, скажите мне, — сказал я. — Через своих знакомых я достану, что захотите.

— Это хорошо, — согласилась она вполне серьезно. — Может, завтра? Я бы сегодня составила список, что нужно, а завтра мы бы съездили к твоим знакомым?

— Только с утра, Наталья Михайловна, — попросил я. — После обеда я хотел бы вернуться. У меня там всё-таки дела.

Она замолчала, но ненадолго. Минут через десять она вдруг выдала мне:

— Ты с Быковой спал?

— Нет, — на автомате ответил я и вспылил. — Какая разница? Спал, не спал… Можно подумать, что у вас мужчин не было!

— Не было, — ровным голосом ответила Наталья Михайловна. — Да, я девушка. Мой жених разбился на мотоцикле за два дня до свадьбы. Цветана это отметила, сказала, что для меня это очень хорошо: передача силы пройдет легче, да и учиться тоже будет проще. Оказывается, — она криво улыбнулась, — девственность имеет большое значение.

Я молчал, не зная, что ей на это сказать, наконец выдавил:

— Мне очень жаль, что так получилось, Наталья Михайловна.

— А мне уже нет, — отмахнулась она. — Во-первых, перегорело. Во-вторых, после гибели Константина его родственники накинулись на меня всем своим кагалом, обвиняя, что это я виновата. Хотя на самом деле, он с друзьями мальчишник устроили. У них водка кончилась, он и поехал за добавкой в магазин. Не доехал. И, наконец, спустя эти три года, я поняла, что Костя был герой не моего романа. Мы разные с ним были. Тогда я этого не понимала.

— В одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань, — задумчиво сказал я.

— Ну, в принципе, верно! Так и есть.

Мы въехали в поселок. Я подогнал машину к её дому. На скамейке у подъезда сидел Саша Помазков. Увидев нас, он даже привстал.

— Плевать! — поймав мой взгляд, заявила Наталья Михайловна. — Всё уже решено. Мы договорились, что я приеду через четыре дня. Это будет воскресенье.

— Я за вами заеду, — предвосхищая её вопрос, заявил я. — Завтра с утра. Поедем с вами в магазин. Хорошо? — посоветовал я. — И через четыре дня я тоже за вами заеду. И еще, Наталья Михайловна, советую много вещей с собой не набирать. Всё-таки машина под рукой, два часа, и мы тут.

— Да, действительно! У тебя точно с Быковой ничего не было?

Я даже поперхнулся:

— Нет!!!

Она перегнулась и весело чмокнула меня быстрым поцелуем в губы. Я замер. Наталья Михайловна выскочила из машины, улыбнулась мне и помахала рукой прежде, чем скрыться в подъезде.

Глава 14.

Опять утюги на подоконнике, профессор Плейшнер

и прочие Маты Хари

Москва.

Столешников переулок, недалеко

от здания Генеральной прокуратуры Советского Союза.

— Знаете, Павел Петрович, а вы были правы! — заявил полковник юстиции Некрасов собеседнику. — В Переславском УВД в уголовном розыске творится сущий бардак. Всё, как вы говорили. Держите, здесь копия моего отчета.

Он протянул собеседнику конверт, в котором находились несколько листов отпечатанных под копирку.

— Убили 14 человек, а уголовного дела нет и в помине, — продолжал Некрасов. — Материалы оперативного дела забрало «кегебе»…

Он так и произнёс — презрительно сквозь зубы, словно выплюнул и проблеял по-козлиному: кегебе!

— Налицо все основания для организации целевой прокурорской проверки! — патетическим тоном заявил Некрасов и добавил. — Я мог бы заняться.

Его собеседник, Павел Петрович, коротко стриженый мужчина лет около пятидесяти в строгом сером костюме, больших роговых очках, кивнул, ответил:

— Большое спасибо, Юрий Олегович, мы всё тщательно проверим. Могу вас заверить, что если изложенная вами информация подтвердится, вопрос о вашем переводе в наше ведомство, разумеется, с повышением в звании, будет решен окончательно.

Он поощрительно улыбнулся и продолжил:

— Недалеко отсюда будете сидеть. Собственный кабинет, служебный автомобиль. Молоденькую секретаршу, правда, не обещаю.

Он коротко хохотнул. Некрасов угодливо поддержал, подобострастно хихикнул.

— Ну, а что? — заметил Павел Петрович. — Дело молодое…

— И еще, — продолжил он после небольшой паузы. — По убийству, которое замолчали, скрыли… Вы ничего странного не заметили?

— Смотря, что вы подразумеваете, — ответил Некрасов. — Там очень много странного, начиная от предыстории и заканчивая тем, что «кегебешники» хоть и поспешно сожгли дом, но участок оставили огороженным.

— А охрану выставили?

— В том-то и дело, что нет! Я дважды ездил, проверял: охраны нет. Только колючую проволоку поверх забора натянули, да ворота опечатали.