Чтение онлайн

Хотя, если честно, страх за свою драгоценную швейцарскую шкуру у него тоже присутствовал. Боялся он, ох как боялся. Вцепился в эту идею с подводными лодками, как утопающий за спасательный круг. Видимо, пытался скрыть испуг и делал вид, что он тут главный переговорщик. Ну да ладно, мне же лучше.

А с другой стороны… Один хрен я рано или поздно собирался выводить свои технологии на мировой рынок. Лодки? Да пожалуйста! Так и Швейцария довольна, и мне выгода.

К тому же отдать (точнее, продать за очень большие деньги, контрибуцию и личные извинения перед семьями каждого погибшего) швейцарцам партию големо-лодок… Да что может быть безопаснее? У них ни морей, ни океанов. Максимум — по озёрам будут свои парады устраивать, пугая местных уток.

Само собой, я не собирался отдавать свою технологию без «троянского коня». Пусть думают, что получили супер-оружие. Ага, как же! Против меня оно точно не сработает — я туда такой «бэкдор» встроил, что при первой же попытке направить их против Лихтенштейна, они сначала сами по своим хозяевам пальнут, а потом превратятся в груду бесполезного металла.

В общем, сделка получилась что надо. Контрибуция — охрененная, в казну княжества поступила такая сумма, что хватит на восстановление всего разрушенного, да ещё и на пару новых заводов останется.

Личные извинения перед семьями погибших при захвате тоннеля — само собой. Компенсации персонально каждой семье — тоже выплачены.

Да и гору, которую я отжал, им, естественно, не вернул. Фиг вам, а не стратегическая высота! Теперь это Лихтенштейн. И точка.

Я даже ненавязчиво продемонстрировал президенту Тюркильмазу возможности моих големов — тех самых, что недавно эффектно разнесли его «неуязвимую» армию.

Президент, надо сказать, впечатлился. Конкретно так охренел, если быть точным. Бедолага аж побледнел, когда увидел големов вблизи. И тут же загорелся идеей их купить! Мол, такие солдаты ему для его нового флота просто необходимы!

Пришлось подписать с ним договор о намерениях — мол, посмотрим на ваше поведение, господин президент, а там видно будет. Может, и продам парочку. Со скидкой, для друзей. Пусть пока помечтает.

Зато аэропорты и границы он разблокировал сразу. И доставку товаров тоже. Теперь у Лихтенштейна снова есть связь с внешним миром.

Ну и отпустил я его с богом. Точнее, с моими ребятами из «Альфы» — они его аккуратненько доставили обратно в резиденцию. Пусть теперь сидит и думает о вечном… то есть, о швейцарском флоте.

Зато теперь у меня появилась другая задумка. Пруссаки что-то совсем оборзели. Пользуясь своим эксклюзивным транспортным коридором, начали цены задирать так, что у меня волосы дыбом встали. Монополисты хреновы! Решили, что раз они единственные, кто может сюда товары возить, то можно нас на бабки разводить? Ну-ну.

«Здоровая конкуренция, — подумал я. — Вот что вам нужно, господа бюргеры. Чтобы жизнь мёдом не казалась».

И тут как раз очень вовремя нарисовался министр иностранных дел Пруссии, тот самый Вернон фон Штраф… да чтоб его! Короче, просто Вернон.

Вид у него был кислый и даже какой-то немного враждебный. Кажется, новость о снятии блокады и моём договоре со Швейцарией до него уже дошла. И ему это ОЧЕНЬ не понравилось.

— Господин Вавилонский, — начал Вернон, едва переступив порог моего кабинета. — Мы тут слышали… э-э-э… некоторые слухи… Насчёт ваших новых торговых партнёров…

— А, вы про швейцарцев? — я сделал невинное лицо. — Да, отличные ребята! Такие душевные! Мы с их президентом так мило поболтали. Решили вот немного посотрудничать. А что?

Вернон аж покраснел от натуги.

— Но как же наш эксклюзивный договор?! Как вы могли?! Мы же договорились!

— Присаживайтесь, господин министр, — я жестом указал на кресло. — Не нужно так нервничать. Кофе? Или, может, чего покрепче для успокоения нервной системы?

— Я не буду пить с вами! — набычился Вернон, но в кресло всё же плюхнулся. — Объяснитесь, пожалуйста! Вы нарушили наш договор!

— Договор? — я удивлённо приподнял бровь. — Какой договор, господин министр? У нас с вами был подписан лишь протокол о намерениях. Что-то о взаимовыгодном сотрудничестве. И, если мне не изменяет память, Пруссия обязалась поставлять нам товары по РЫНОЧНЫМ ценам. А вы что сделали? Цены задрали так, что оно как-то перестало быть выгодным. Так что, извините, господин министр. Здоровая конкуренция — двигатель торговли. Привыкайте.

Вернон замолчал, явно пытаясь переварить эту новость.

— Ладно, — сказал я, решив сменить тему. — Бог с ними, с поставками. Раз уж вы здесь, господин министр, давайте поговорим о реальных делах. Например, о мировой обстановке. Как там наши австро-венгерские «друзья»?

Вернон немного успокоился. Тема Австро-Венгрии была ему явно ближе.

— Да, — кивнул он. — По нашим данным, они готовятся к новому наступлению. Собирают силы, подтягивают резервы.

— Вот-вот, — кивнул я. — А раз так, то не пора ли нам, Пруссии и Лихтенштейну, объединить наши усилия? А, господин министр? Как вам идея небольшого такого союза? Против Австро-Венгрии.

Вернон аж подпрыгнул на стуле.

— Объединиться?! С вами?! Против Австро-Венгрии?! Господин Вавилонский, я не уполномочен обсуждать такие вопросы!

— Понятно, — я устало вздохнул. — Опять двадцать пять. Да ё-моё! Что ж за жизнь такая… Ничему люди не учатся! Это что ж получается, ещё и прусского канцлера теперь воровать придётся?!

Вернон выпучил глаза и побледнел.

— Ой! — я хлопнул себя по лбу. — Извините, господин министр! Совсем заработался, заговариваюсь уже! Я имел в виду президента республики Австро-Венгрия! Как там его?

— Леопольд Фердинанд, — подсказал Вернон дрожащим голосом.

— Ну вот, он самый! — подтвердил я. — Старый я, видимо, стал, память подводит!

Я улыбнулся ему самой своей добродушной и обезоруживающей улыбкой. Той самой, от которой у моих врагов обычно волосы дыбом вставали.

Федеральный дворец, город Берн

Швейцарская Конфедерация

Семь членов совета — семь столпов швейцарского благополучия, сидели вокруг овального стола с кислыми рожами.

Президент Тюркильмаз, напротив, выглядел на удивление довольным. После недавнего «незапланированного визита» в Лихтенштейн и знакомства с местными достопримечательностями (включая ту самую грандиозную подлодку), его взгляд на мир определённо изменился. Возможно, даже слишком.

— Господин президент! — не выдержал генерал Кнуп. Он аж привстал, опираясь кончиками пальцев о стол. — Мы требуем объяснений! Скажите — КАК вы могли подписать этот… этот… — он запнулся, подбирая слово поприличнее, но, видимо, не нашёл, — … этот ПОЗОРНЫЙ договор с Лихтенштейном?! После всего, что они с нами сделали!