Чтение онлайн

Его помощник, молодой полковник Джамиль, почтительно кивнул.

— Так точно! Лёгкая прогулка! Только… — он немного замялся.

— Что «только»? — нахмурился Исмаил. — Не мямли, Джамиль! Говори, как есть!

— Не понимаю я, зачем нам такая силища? — полковник указал рукой на марширующую армию. — Семьдесят тысяч! Да мы этой толпой можем всю Европу раскатать! А тут — какое-то мелкое княжество, плюнуть и растереть! Зачем султан Мурад дал нам столько войск? Как будто мы на самого Шайтана идём!

Исмаил усмехнулся.

— А ты думаешь, наш великий султан просто так войсками разбрасывается? Нет, Джамиль! Это — демонстрация силы! Чтобы все видели! И русские, и пруссаки, и эти… швейцарцы! Чтобы знали своё место! А заодно — и солдатам нашим разминка не помешает. После Кавказа им нужно боевой дух поднять. А что поднимает боевой дух лучше, чем лёгкая победа и трофеи? Султан обещал — кто отличится, получит всё! Золото, рабы, земля… Так что наши янычары сейчас рвутся в бой, как голодные волки! Их и подгонять не надо!

И действительно, колонны шли бодро, солдаты перешучивались между собой и уже мысленно делили будущую добычу. Они устали от тяжёлых боёв на Кавказе, где только грязь, кровь и смерть. А тут — тёплая, сытая Европа, богатые города, беззащитные жители… Просто рай для вояк!

Они как раз проезжали мимо небольшой австро-венгерской деревушки. Аккуратные домики с красными черепичными крышами, ухоженные сады, пастбища…

— Привал! — скомандовал Исмаил. — Пополнить припасы! Если понадобится — силой.

— Но, господин генерал, — осмелился возразить Джамиль, — это же союзная территория!

Исмаил презрительно сплюнул.

— Да какие они нам союзники? Так, временные попутчики. Сегодня они с нами, завтра — против нас. Так что берите всё, что нужно. Кто будет сопротивляться — сажайте на кол! Мне плевать на их недовольство! Мы — османы! Мы — сила! А они пусть заткнутся и радуются, что мы их вообще не вырезали!

Воины, услышав приказ, радостно загомонили. Через несколько минут они уже врывались в дома, вытаскивая всё, что попадалось под руку — еду, вино, скотину, даже какую-то домашнюю утварь.

Но деревушка оказалась пуста. Жители, видимо, прослышав о приближении османской орды, поспешили убраться подобру-поздорову, бросив всё своё имущество.

— Жалкие трусы! — сплюнул Исмаил. — Даже сражаться не стали! Сжечь эту дыру! Чтобы и следа не осталось!

Чёрный дым поднялся к небу, когда османские солдаты, хохоча и поджигая дома, покидали разорённую деревню.

Через два дня они были уже у границ Лихтенштейна. Разведка доложила: укрепления слабые, гарнизон малочисленный, население в панике.

— Отлично! — Исмаил довольно потёр руки. — Значит, действуем по плану «Пустынный Ястреб». Наносим быстрый, неожиданный удар! Артиллерия подавляет их жалкие пушки, танки проламывают стены, десант зачищает остатки. Всё просто и понятно! Захватим их сраное княжество за один день.

— А что насчёт стен? — спросил Джамиль. — Говорят, они крепкие.

— Пф-ф-ф! Для этого у нас есть «Скорпион», — генерал кивнул в сторону огромной самоходной установки, которую везли на специальной платформе под усиленной охраной. — Одна ракета — и от их стен останется только пыль.

— А големы? Говорят, Лихтенштейн использует каких-то боевых големов.

— Против них — наши Одарённые с Дарами воды и ветра! Они этих каменных истуканов в песок сотрут!

— Ну а сам Вавилонский? Он же вроде как сильный маг?

— Это задача для отряда «Безмолвных». Они возьмут его живым. Султан Мурад хочет лично поразвлечься с этим сопляком. А возможно, и сделать из него раба для своей дочери.

Генерал был абсолютно уверен в успехе. Он уже представлял, как победоносно зайдёт в Вадуц, как его солдаты будут грабить город, а он сам будет сидеть в захваченном княжеском дворце, попивая вино из золотого кубка.

Османская армия подошла к границе Лихтенштейна почти вплотную. До хвалёных стен Вавилонского оставалось меньше пятнадцати километров. Почти идеальная дистанция для атаки.

— Вперёд! — скомандовал Исмаил. — За султана! За Великую Порту!

Танки и бронетранспортёры рванули вперёд, поднимая тучи пыли. Солдаты с боевым кличем устремились за ними.

Они уже приближались к стене и собирались сделать пробный залп, как земля под ними зашевелилась.

Сначала это было похоже на лёгкую дрожь, как при землетрясении. Но затем земля буквально разверзлась. Твёрдая почва превратилась в зыбучий песок.

Танки, боевые машины, обозы с припасами — всё это начало медленно, но неумолимо погружаться в песчаную бездну. Солдаты, в панике пытаясь выбраться, барахтались, как мухи в паутине, увязая всё глубже. Крики ужаса, проклятия, предсмертные хрипы слились в один жуткий гул.

Песчаное болото раскинулось на огромной территории, поглотив не только авангард османской армии, но и добрую часть австро-венгерской земли, на которой они стояли.

Хаос. Паника. Смерть.

Офицеры, стоявшие на твёрдой земле, с ужасом смотрели на это безумие.

— Что… что это?! — пролепетал Джамиль дрожащим голосом.

— Магия… — прошептал другой полковник. — Это его магия… Вавилонского!

Исмаил застыл, боясь даже пошевелиться, чтобы тоже не провалиться под землю. Его уверенность и бравада — всё это в один миг куда-то испарилось. Он просто молча смотрел на то, как его гордость — непобедимая армия тонет в песке, как жалкие насекомые.

Но генерал быстро взял себя в руки. Ярость и уязвлённое самолюбие вытеснили страх.

— Не паниковать! — рявкнул он. — Вы что, испугались?! Этот щенок Вавилонский потратил все свои силы на этот трюк! Он теперь пустой! Вперёд! Вперёд, я сказал! Атакуем! Не дайте ему опомниться! Раздавите его! Сотрите в порошок!

Те немногие, кто уцелел, не успев увязнуть в песке, бросились в атаку, стреляя на ходу. Инстинкт самосохранения боролся в них с животным страхом перед гневом генерала.

И тут со стороны Лихтенштейна раздался звук. Гулкий, протяжный, пробирающий до костей. То ли боевой рог, то ли труба… Непонятно. Но от этого звука у османских солдат застыла кровь в жилах.

На вершине стены — той самой, что ещё недавно казалась им лёгкой мишенью, появилась фигура. Теодор Вавилонский. Он стоял, гордо выпрямившись, и ветер трепал его волосы. Он не выглядел уставшим или ослабленным. Наоборот, казалось, что он полон сил и готов к бою.