Чтение онлайн

Двери соседней комнаты приотворились, и наружу вновь выглянула маленькая барышня Сяо. Сначала, осторожно вытянув шею, она прислушалась к негромким разговорам с кухни, потом поглядела по сторонам и встретилась взглядом с Чжан Вэйдэ. Он подумал: «Должно же было хоть в чём-то повезти!» и широко улыбнулся. Девочка моргнула и спряталась обратно.

Ах нет, даже дважды повезло. Насморк у него совершенно прошёл.

Чжан Вэйдэ вернулся к себе и стал терпеливо ждать, прижав ухо к двери. Очень скоро он услышал покашливание и торопливые лёгкие шажки: девочка как будто больше не веселилась, а беспокойно бродила туда-сюда по галерее второго этажа. Чуть погодя шаги стихли.

Он босиком выбрался наружу и увидел, что девочка висит животом на лестничных перилах и глядит вниз. Больше она не повернула голову в его сторону.

Двери их с Ло Мэнсюэ комнаты были приоткрыты, и Чжан Вэйдэ заглянул внутрь раньше, чем успел спросить себя, зачем это делает. Он не знал, что сказал бы в своё оправдание, если бы Ло Мэнсюэ не спала; нет, знал, сказал бы просто, что тревожится за их безопасность, несмотря на защитное построение.

Но она спала — далеко, на точно такой же высокой кровати, как в их комнате. Полог истончился от старости, а одеяло было отогнуто — видно, Ло Мэнсюэ делила кровать с девочкой, и та, тихонько встав, побоялась укрыть её снова, чтобы не разбудить.

Нога Ло Мэнсюэ была согнута в колене. Только это округлое колено под плотной белой тканью Чжан Вэйдэ и увидел — и отскочил в ужасе, уверяя себя, что остальное досочинил (тень мягкой груди за пологом, полуоткрытый рот).

Сестрица Ло спала в исключительно пристойной одежде, да и не была, в общем-то, похожа на человека, который в приступе негодования зарубит наглого извращенца мечом, но, представив её печальные глаза и пунцовый румянец, Чжан Вэйдэ совершенно пал духом и стукнул себя по лбу ещё лишних пару раз.

А всё проклятые болотные демоницы.

Подходить к барышне Сяо, чтобы не напугать, он не стал, только придвинулся на пару шагов поближе и стал делать вид, что тоже смотрит вниз, а сам время от времени скашивал глаза на неё. Девочка не просто коротала время, ожидая, пока Ло Мэнсюэ проснётся, а как будто кого-то ждала. Или искала.

Спуститься она так и не решилась и, устав наконец, направилась обратно к комнате.

Чжан Вэйдэ улыбнулся снова.

Барышня Сяо посмотрела настороженно, но не так запуганно, как вчера. Без плаща она казалась старше: накануне, не рассмотрев толком её лица, из-за робости и маленького росточка Чжан Вэйдэ решил, что ей не больше пяти, а ей сравнялось уже, должно быть, лет восемь-девять.

Следа тёмной ци на ней нынче не было.

— Здравствуй, сестричка. — Чжан Вэйдэ всё же решил рискнуть.

Накануне он был уверен, что нужно просто говорить с нею ласково, с малышами он всегда ладил хорошо, но восьмилетняя-то могла уже сполна набраться кичливости чиновничьей дочери и считать, что он обязан именовать её исключительно барышней: он ведь был не из какого-то там прославленного ордена, просто оборванец с заштопанным рукавом.

Она не обиделась. Но и не улыбнулась в ответ тоже, только моргнула.

Совсем заморыш. Личико смуглое, некрасивое до слёз, маленькие блестящие глаза. Бледно-розовый шёлк с мелкими цветочками её совсем не красил, и вообще платье ей было велико.

— Потеряла что-нибудь?

Пин-эр, вспомнил он, её зовут Пин-эр.

Она молча вытянула из рукава сшитую из разноцветных тряпочек куклу и тут же спрятала обратно.

— Не бойся, — сказал Чжан Вэйдэ. — Я же не отберу её у тебя. Я только в лошадок играю. Просто моя последняя лошадь немножко… расплавилась.

Кукол вообще-то он себе тоже шил в детстве — похожих, из обрывков ткани, только иногда ему доставались ткани подороже. Правда, что ли, добродетельные чиновники ужасающе бедны? Но платье выглядело дорого.

— Мы хотели погулять, — пояснила Пин-эр.

От кашля её голос звучал хрипловато и неожиданно взросло. Он-то ждал, что она пищит, как мышка.

— Я тоже.

— Ты же не обулся, — заметила Пин-эр с некоторым осуждением. Сама она, несмотря на ранний час, была одета и даже причёсана довольно тщательно.

Чжан Вэйдэ покачал туфли в руке.

— Не хотел будить брата.

— Сбежал.

Вот уж не по годам проницательна. Что значит, дочка судьи.

Но тут она прибавила совсем уж детское, странное:

— Моя кукла тоже ночью убегала.

— В окно улетела?

— Сестрица Ло говорит, окна надо закрывать. Может, уползла под дверь.

— Но теперь ты её нашла? Где?

Пин-эр указала подбородком на перила. Подумав, спросила:

— Ты тоже заклинатель?

— Конечно.

— У тебя нет меча. У того дядюшки очень большой клинок, а у тебя вовсе нет.

— Не все заклинают мечами. У меня есть талисманы. Вот гляди!

Он показал ей простой талисман: знак «огонь» над знаком «гуй», пламя, побеждающее призраков (он не особенно впечатлил Пин-эр), а потом — глупенькую безделушку, которую смастерил вечером для смеха. Весь узкий лист бумаги был густо исписан словом «сладости».

— Очень полезная штука, — заверил Чжан Вэйдэ. Пин-эр только равнодушно глянула на бумагу. — А ещё я умею гадать. Только мне лень искать черепаший панцирь. Хочешь, погадаю тебе по руке?

Пин-эр вновь на миг высунула из рукава ладонь, теперь левую, без куклы, но тут же передумала.

— Отец говорит, это всё обман, — сказала она, и её голос слёзно дрогнул. — Ловкач Мяо тоже так дурил народ. Талисманами разными.

— Почему? Я не знаком, конечно, с Ловкачом Мяо, но вообще способности заклинателей — не обман. Разве сестрица Ло не защищала тебя в лесу?

— У сестрицы Ло меч.

— Ладно, не огорчайся. Я тебя не заставляю гадать. — Чжан Вэйдэ положил туфли на пол и обулся. Нога ныла совсем чуть-чуть. — Я пойду ждать завтрак.

Подумав, он решил, что предлагать ей пирожное бессмысленно — всё равно она с ним не пойдёт.

— Рада, что скоро приедешь к своей тётушке? Может, она уже сегодня вернётся из монастыря.

Пин-эр неопределённо повела плечом. Впрочем, на её месте он бы тоже не проявил восторга, оказавшись у занудной набожной тётки, которую она, может, прежде даже никогда не видела. С другой стороны, любая тётка лучше, чем болезнь и медленная смерть от удара тёмной ци.

Чжан Вэйдэ вдруг пришло в голову, что она осматривается в поисках мстительного духа или его следов. Хочет проверить, безопасен ли постоялый двор.